Велесовы сыны
Шрифт:
— А Агата?! Она тоже того? В смысле вампирша? — На Настоятеля было жалко смотреть, но никто жалости к нему не испытывал. Впервые, за то время, которое он управлял монахами, настоятель не знал что ему говорить и что делать.
Неаполитанец, Джакомо, расхохотался сначала тихо, а потом всё сильнее и сильнее. И наконец, он захохотал громогласно, во всю свою итальянскую глотку, словно помешанный. За ним начали смеяться даже Эмиль и Рене.
Конверсы смеялись долго и заразительно. И только Дитмар не участвовал во всеобщем веселье.
— Все не так уж печально, как кажется, Ваше Преподобие! Можете мне поверить. Вы остановились, как нельзя, вовремя. — Дитмар перевёл дух, выпалив
Не каждый вечер узнаешь такие подробности о своих близких и тех, кого знаешь несколько десятков лет.
— Ну и дураки мы с тобой, Франсуа, старые безмозглые дураки! Сколько лет, эта женщина водила нас обоих за нос? Я даже боюсь вслух произносить эту цифру! — Итальянец Джакомо, был из тех, кто пришел в монастырь вместе с настоятелем, а потому мог не церемониться если дело касалось чего-то важного. — Ладно, хорошо то, что хорошо кончается! Или всё-таки ещё не кончается?
— Это, вам, наверное, лучше узнать у Дитмара! Он единственный, кто действительно знает подноготную этого кошмара! — Франсуа де Готье развёл руками, как бы соглашаясь заранее, со всем тем, что преподнесет всезнающий иезуит.
Но, на удивление, тот свернул беседу и вернулся к теме написания ответа на письмо переданное Агатой. Сейчас это было самым важным для спокойствия Ватикана и дальнейших поисков эликсира.
— Тогда, в подвале, мы с вами так и не договорили, Ваше Высокопреподобие! А потому, многое аспекты остаются, для вас, тайною за семью печатями. Я уже рассказывал, тогда, как мы захватили Веронику. После расскажу, как ушёл от нас Леонид Гангрел, князь вампиров. — Дитмар на секунду замолчал, видимо вспоминая подробности, а затем произнёс. — В той тюрьме, где находится Вероника и содержат именно таких монстров, какими и являются высшие кровососы.
Виктор тоже, из их числа, но сейчас он перешел на сторону добра. От него-то нам стали известны детали и подробности этого загадочного происшествия.
Остальные внимали ему открыв рты и затаив дыхание, так как никогда ничего подобного они не слышали. И даже не подозревали, что такие чудовища существуют на самом деле.
Если ты не знаешь, на сто процентов, то никогда не отличишь вурдалака от обычного обывателя.
Закон Маскарада в действии и работает без осечек. Все высшие вампиры понимают — только так можно избежать гонений и преследований, так как люди на земле пребывают в господствующем качестве.
Менять положение вещей не реально и нарушит равновесие и гармонию. А ведь помимо вампиров есть куда более могучие сущности, отвечающие за порядок мироздание.
В Трансильвании из-за графа Дракулы пострадали многие и многие кровососы. Эта война не закончилась до сих пор и ведёт к истреблению всех вампиров на той земле.
Так что всё держится в строжайшей тайне, чтобы предотвратить панику.
— Все подробности этого дела засекречены, и не разглашаются под страхом ужасной смерти. Но теперь, вам, по моему, полагается знать, что случилось на испанской каравелле, бриге и двух пиратских галерах, которые испанцы все-таки захватили. От одной, не сталось ничего, даже маленького обрывка парусов, потому что корпус суденышка разнесло ужасным взрывом. Мы, помешать этому не смогли. — Лоб у говорившего вспотел, словно он опять переживал все случившееся. — На этом корабле, тогда, и погиб мой отец. Именно от него мы узнали место, где можно было поймать берберских корсаров. Жаль, что сына Хайреддина Барбароссы, с ними не было. В тот момент, он поехал в Константинополь, к своему отцу и султану Сулейману Великолепному, возглавлявшему Великую Порту. Хызыр Реис хотел представить наследника самому главе, а потому на галере руководил помощник капитана Мехмед-паша, раньше времени угодивший
— Всё это очень интересно и занимательно Дитмар, но у меня возникает один вопрос. Можно я задам его прямо сейчас, потому что он, как нельзя более существенный? — Сосредоточенный и серьезный взгляд настоятеля, говорил о мыслительном процессе, который шел в голове этого незаурядного человека.
— Конечно мессир! Спрашивайте! Расскажу всё что знаю, и объясню всё, что вас заинтересует, — последовал незамедлительный ответ, — Если, конечно, это не нарушает чьей-то тайны.
— Надеюсь не нарушает, хотя кто вас, иезуитов, разберёт? Вы великие мастера конспирации. И частенько, любите навести тень там, где её никогда, до этого, не было! У вас кругом сплошные тайны, секреты, мистификации. Никогда не поймёшь, где здесь правда, а где вы опять, что-нибудь, навыдумывали! Ну, а главное, для чего, вы навыдумывали это всё! Хотя, может быть, сейчас несколько другой случай! — Аббат нахмурился и помявшись, потихонечку спросил Дитмара. — Все принявшие монашеский сан, независимо от своего ранга, давали и дают обеты безбрачия - целибат? Так это или нет?!
— Да, конечно, это ведь обязательное условие! Ордена доминиканцев, францисканцев, иезуитов и ещё многие, основаны на послушании, целомудрии и нищенском существовании, — иезуит прямо-таки переменился в лице, — А что, в этом обете, такого? Все нищенствующие ордена приносят подобные клятвы! Этого требует монастырский устав.
— Однако, у вашего деда, ставшего доминиканцем появился сын, ваш отец! Как такое могло случиться, не понимаю? Более того, как это прошло мимо такого яростного ревнителя церковных устоев, как Торквемада?! — Настоятель замялся, но переборов себя продолжал. — Не сочтите за хамство, но я действительно не понимаю вот этого. Неужели суровый кардинал сделал исключение?! На него это не похоже!
— Ну вот мы и добрались до истины! А вы, наблюдательны, сеньор Аббат! И внимательно следили за моим речами. Это радует меня, весьма радует! — Монах засмеялся, но как-то не совсем весело. — То, что я сейчас расскажу и послужило главною причиной того, что пришлось подбирать подходящую родословную для меня. И хотя мои предки были достаточно древнего и знатного происхождения, но родные деда от него, просто-напросто, отказались.
Вздохи, которыми, все присутствующие, сопровождали рассказ Дитмара, выдавали внимание собравшихся. Ну, а тот, отхлебнув приличный глоток вина продолжал трагическое повествование.
— Да, это было именно так и не удивляйтесь. К сожалению, истории подобные нашей, происходили достаточно часто. Я знаю несколько подобных случаев, но фамилии называть, здесь, не стану. По линии деда, фамилия Родрик происходила от валлийского личного имени Риддерч, что означает «знаменитый правитель», хотя некоторые предпочитают читать ее как Родерик. — Иезуит замешкался размышляя говорить или не говорить все подробности. Но, махнув рукой на приличия, выдал всю нелицеприятную правду. — Когда мой дед был похищен и подарен эмиру, то все родственники о нём просто-напросто позабыли, вычеркнув его из фамильных списков, будто бы его никогда и не существовало. Он ведь находился в плену. А перестав быть свободным, человек может потерять репутацию. Мало ли что может выясниться потом и всё это, ляжет грязным несмываемым пятном. А кому это надо? Репутацией, мои предки дорожили гораздо более, нежели жизнью своего внука. Потому и вопросов об освобождении деда, у моей родни, больше не возникало. Торквемада, тогда, помог решить этот казус, подтвердив, что по материнской линии у меня в роду готские короли — Ульрик, Аларик и Атаульф, а его заверения было, более чем, достаточно. Маленькие издержки того, к чему нас обязывает наша генеалогия.