Велесовы сыны

Поляков Эдуард Николаевич

Надобно иметь желание победить! Не бояться рискнуть собою и целостностью своей драгоценной шкуры, которую тоже могли продырявить и повредить.

А как раз вот этого и не наблюдалось у большинства из имеющихся у него сторонников. Потому всё и складывалось так печально! Полагаться на команду лишенных стержня бесхребетников, было бы непростительной роскошью в его нынешнем положении. Враг слишком хитер, силен и могуществен!

– Можно обратиться за помощью к сеньору Архиепископу. Хотя в конфликтах со Святым Престолом, Старый Лис предпочитает нейтралитет. Хитрец всегда выжидает, кто

победит. На чей хер муха сядет, тот и прав! А он всегда, на стороне правого. И эта двойственность очень для нас печальна. Ведь только Владыка и способен повлиять на сложившуюся с Папой коллизию.
– Тонкие пальцы нервно перебирали янтарные чётки, инкрустированные перламутром.

– Еще Великий герцог тоже мог бы замолвить решающее словечко!
– На склоненной голове главы монастыря стала видна пульсирующая на виске венка.
– Но захочет ли Его Высочество это сделать? Принц крови существо на редкость взбаламошное и совершенно непредсказуемое. Порой он и сам не ведает, что ему взбредет в голову через минуту.

Поднявшись с обитой сатином скамьи, гигант принялся мерить пространство размашистыми шагами:

– Вся загвоздка состоит в чем? Соблаговолят ли вышеназванные милорды заниматься нашим с вами спасением? Я в этом далеко не уверен!

При этом он нарочито не замечал угрюмой подавленности своих сторонников впавших в глубокую меланхолию.

– Может поступят какие-то здравые предложения? Говорите, у кого есть какие-нибудь идеи. Но только здравые и не умаляющие наше достоинство.
– Тишина. Никто не стремился высказывать своё мнение во всеуслышание. Инициатива во все времена была наказуема.

Злая улыбка скользнула по презрительно искривлённым губам Джакомо-библиотекаря:

– Испортить отношения с тем, кто носит тиару и кольцо рыбака, не побоятся только самые безрассудные! Имеются ли такие безумцы среди наших сиятельных покровителей? Простите, но я в этом очень и очень сомневаюсь!

– Это серьезное противостояние интересов! Оно-то, как раз, и происходит в нашем с вами конкретном случае!
– Аббат понимал насколько сложным будет всё изменить.
– К сожалению тут все наши усилия бесполезны. Топор палача или костер братьев-доминиканцев, вот последний, самый убедительный аргумент в этом непростом диалоге!

Отметая капитуляцию без борьбы, этот воин до мозга костей, по привычке проговаривал ситуацию вслух.

– Нам нужна дополнительная страховка!
– посоветовал хитрый итальяшка из Неаполя. Его мозги готовы были закипеть от усилий, изыскивая подходящую военную хитрость, - Нужен изящный маневр, позволяющий сохранить голову на плечах, не теряя достоинства и не понеся значительного ущерба.

В свое время Джакомо начитался работ великого флорентийца и сейчас следовал его дорогой. Именно на Католическую церковь и папство Макиавелли возлагал вину за раздробленную и разоренную внутренними междоусобицами и внешними вторжениями в страну.

– Только так, дорогие мои соратники по несчастью! Только так и никак иначе! Мы не имеем права проигрывать в этой войне!
– Воспитанный на учении и сентенциях Никколо Макиавелли, брат Джакомо, понимал, что победить Папу в лоб никакими силами не удастся. Надо попробовать договориться.

Вот

только что можно предложить тому, у кого половина мира в кармане?

Взвешивая свои шансы на победу или хотя бы на почетную ничью, они отчетливо понимали, в плен никого из них брать не будут! Без дополнительной помощи одолеть такого врага, было просто напросто не реально. Коронованные особы и герцоги, не могли позволить себе свободу и независимость от религии. Чего уж тут говорить про аббатство!

Даже такое именитое и древнее заведение как Руанская обитель, не давало ни малейшего шанса на благополучный исход в противоборстве с преемником Святого Петра. Раймунд VI, граф Тулузы, Сен - Жиля, герцог Нарбонны, маркиз Готии и Прованса и тот был покорен и повержен. Разве это не показатель могущества тех, кто ему противостоял!

Замечательный пример и наглядное видение того, какой незыблемой властью и силой обладают Его Святейшество и те, на кого опираются в Вечном городе. Копья и мечи рыцарей-крестоносцев - это истинная опора Католической церкви! Яркий пример, как легко и быстро можно лишить иллюзий того, кто решит, что он слишком силён и самостоятелен. Для того, чтобы тебя низвергли с Олимпа вовсе необязательно быть мавром или сарацином! Убийство своего легата, монаха-цистерцианца Пьеро де Кастельно, в Ватикане никому не простили. В результате, Лангедок поменял своего хозяина.

Пожалуй проще всего, из монашествующих орденов, было доминиканцам.

Псы Господни всегда были карающей дланью Римско-Католической Церкви. Этот Орден, который повсеместно вел борьбу в интересах Его Католического Величества имел очень длинные и сильные руки. Причём боролись доминиканцы, как с последователями Реформации, так и с расплодившимися везде и всюду катарами. Выходцы из города Альби, известные как катары или альбигойцы, изначально и были целью создания инквизиции.

Главная задача Ордена - ревностно защищать интересы добрых католиков! А что же делать с недобрыми? Какие-никакие, но они тоже ведь христиане? А вот тут, не судите строго, всё будет так как получится!

Когда крестоносцы грабили захваченные Лангедок, Аквитанию и Прованс, то у одного из предводителей рыцарей носящих кресты, поинтересовались: "Как можно отличить доброго католика от еретика-альбигойца?"

Он ничтоже сумняшеся отвечал: «Режьте всех! Господь разберётся!»

Исполняя волю Святой инквизиции, проповедники и миссионеры, крестом и мечом несли свет истинной веры туда, куда могли дотянуться копьями и мечами. Особенно много работы им предстояло проделать на территориях современной Португалии и Испании.

Распавшись на множество мелких эмиратов завершил своё существование, процветающий Кордовский халифат. А ведь совсем недавно, за право спокойно жить и спать, большинство христианских государств Пиренейского полуострова, платили в казну халифа немалые отступные.

Везде, где бы ни появлялись Господни Псы, загорался свет истинной католической веры. На городских площадях и перекрестках начинали чадить адовы кострища. Тысячи приговорённых страдальцев по всему свету, корчились в очищающем пламени, укрепляя собою веру тех, кого божественный огонь чудесным образом миновал.