Век эмпирей
Шрифт:
— Думаю, я лучше проверю метаболическую способность этого клона, — пробормотал он. — Будем здоровы!
Сузив глаза, она взяла напиток, попробовала глотнуть, — и тут же чуть не задохнулась.
— Кажется, клон требует модернизации, — бормотал он, поставив бокал на наградную пластину. Она пробовала восстановить самообладание. Он отметил, как отрасли ее волосы; она выглядела намного более яркой и здоровой, чем тогда, когда они виделись в последний раз. Но это все еще была только доля того великолепия, которое поразило его во время первой встречи.
— Я скучаю по той тебе, — ляпнул он. — И мне надо было
— Не обязательно, — выдохнула она. — Зачем ты сделал это с собой?
— Я… праздную мое награждение, но думаю, что должно быть сольное выступление.
— Фигня, — она понизила голос, — у меня есть право поучаствовать в этом празднике, лейтенант. Никаких сольных выступлений…
— Отлично. — Корвин смотрел на нее раздраженно. — Могу я тогда поинтересоваться, чтоименно я, как предполагается, праздную? Возможно, полмиллиона человек мертво. Или мы собираемся начинать войну с Альянсом Калдари. Гребаный брюлик, давай все выпьем, пока не рухнем.
Она смотрела на него недоверчиво.
— Ты должен праздновать признание флотом твоей храбрости в борьбе против таких неравных сил.
— Яна, мы… не… умираем, — почти рычал он через сжатые зубы. — Довольно легко быть храбрым, когда обладаешь этим качеством. А что насчет «неравных сил» по отношению к остальным? Бедные дураки, которые были сожжены заживо, задохнулись или разорвались на части в течение того «большого» сражения, ха? Тем, которых считают «удачливыми», устраивают приличные похороны, в то время как я получаю награду. — Он протянул пустой бокал. — Еще глоток, кэп! Начинаем… праздник!
— Да что с тобой творится, в самом деле? — спросила она, качая головой. — Корвин, ты стал здесь героем! Ты вернул свое доброе имя и перестал быть избалованным мальчиком…
Корвин хлопнул рукой рядом с наградной эмблемой, сбивая бокалы. Несколько старших чинов в баре, большинство из них офицеры Федерации, оглянулись и уставились на него.
— Ты когда-то сказала мне о вашем опыте… капсулира, — он запнулся. — Того, что за тобой наблюдают,а ты ощущаешь себя беспомощной. Знаешь, как это проходило для меня? Это было безболезненно.Я видел, как мой собственный проклятый труп плыл рядом, и затем я проснулся, как будто мне все это только приснилось. И это, это — загробная жизнь. Продолжение того сна.
— Это — подарок нам, — сказала она почти любезно. — Хорошо, что переход прошел для тебя настолько естественно…
— Я всегда хотел быть частью истории — перебил он. — Именно потому я пошел во флот. Но теперь я хочу вернуть мою старую жизнь больше всего на свете. Я тоскую по тому, во что можно верить… по той смертельной безотлагательности, которая позволяет жить «сейчас» и наслаждаться мгновением.Я тоскую по тому, чтобы не знать, что случится, когда закончится эта жизнь. Я отдал бы все, чтобы вернуть эту тайну назад!
— Корвин, учись принимать свой дар, — произнесла она спокойно, оглядываясь вокруг, чтобы видеть, обращает ли кто-нибудь на них внимание. — Используй его, чтобы сделать что-то хорошее для тех, кто лишен такого дара. И пожалуйста, потише, не забывай, что ты пьян…
— Из-за
Теперь уже окончательно разъяренная, Яна выбрала момент, чтобы взглянуть на него.
— Вы забыли, каковы ваши обязательства, лейтенант? — спросила она.
— О, на том стоим, — ответил он, выкатив глаза. — Служу королю и отечеству, et cetera…
— Вы на службе Федерации, согласны ли вы с ее выбором «празднований» или нет, — бросила она. — Войны — это наша работа, и не наше дело обсуждать, или пытаться понять, или подвергать сомнению причины, почему мы идем по этому пути. О, вы правы, лейтенант, мы другие. Я не подвергаю сомнению свою ответственность, я не заморачиваюсь поисками своего места в этой чертовой вселенной каждый раз, когда меня просят выполнить работу! Вы знаете, почему? Поскольку, если я начну копаться в себе, реальныелюди, люди, вам симпатичные, умрут в битвах, в которых мы обязаны участвовать. Флот похвалил вас за то, что вы хорошо защищали этих людей, хорошо делали свое дело, а вы расхныкались, что имели шанс спасти этих самых людей, которых вас наняли защищать!
Корвин безуспешно пытался поймать ее пронзительный взгляд своими расфокусированными глазами.
— Вы даже знаете, что завтра — тридцатый день ультиматума Кейтана Юна КОНКОРДу?
— Именно ради этого я и прибыла сюда, — сказала она, вставая с места. — И из-за этого все выглядит еще более смешным. Фактически я не могла и предполагать, о чем вообще собиралась говорить с вами.
— Капитан, я у вас в подчинении, — сказал он через пьяный туман, понизив голос, как будто собирался сообщить ей тайну. — Но неплохо, если бы вы еще и хотели меня.
Она уставилась на него с полным отвращением.
— Вы назначены в Пограничную Зону, — сказала она решительно. — Завтра вы являетесь в 4:00.
Сердце Корвина упало.
— Требуются лучшие пилоты для патрулирования этого региона, — сказала она. — Вы, очевидно, отвечаете требованиям.
И она двинулась прочь, яростно тряхнув головой.
— Протрезвей, ты, пафосный слизняк!
Регион Эссенс, созвездие Виерес
Система Ледистьер, планета IV, луна 4
Административная станция президента
Территория Федерации Галленте
Объемная звездная карта Нового Эдема висела над президентом Фойританом, собравшимися членами его кабинета и представителями Сената Федерации. Адмирал Этеррер, при котором находился весь его штат, ныне возглавлял брифинг по вопросам национальной безопасности. Рядом с адмиралом вновь оказался Эген Гойсин, Госсекретарь Федерации.