Век Дракона
Шрифт:
– Мы уже в Бресилиане, - негромко доложила эльфийка, поддёргивая на спине колчан, полный стрел.
– Все, на всякий случай, приготовьтесь… Приготовьтесь к чему угодно. Йован, при случае, не сомневайся применять магию крови.
Однако лес вокруг, постепенно оживая и наполняясь обычными звуками, от шелеста коричневато-желтой листвы до перещелкивающих голосов то ли птиц, то ли мелких грызунов, казался мирным и тихим. Хотя хмурое небо низко висело над, словно, наполовину облетевшими кронами деревьев, и вокруг по-прежнему было довольно сумрачно, а холод, немного отступивший, продолжал заставлять поплотнее
– А тут не так уж страшно, - чувствуя, как боязливость, навеянная россказнями эльфийки, постепенно отступает, почти весело проговорила Лелиана.
– Я-то думала…
Делавшиеся все гуще заросли расступились, и рыжая бардесса умолкла на полуслове. Лесная тропа привела их к большой поляне, словно разъединявшей лес на две части - до и после нее. За поляной чаща казалась куда темнее и гуще, являя собой довольно мрачный вид. Но не это заставило замолчать словоохотливую подругу Командора.
На ветвях деревьев, прямо над тропой, висели тела двух мужчин и женщины. Руки у всех были связаны за спиной, и поэтому сомнений в причине их смерти не возникало. Подъехав поближе, Алистер внимательно осмотрел каждого из несчастных.
– Шеи сломаны, - в ответ на вопросительные взгляды, нехотя пробурчал он.
– Умерли они от этого. Но кто мог это сделать? Долийцы?
Нерия бросила на тела короткий взгляд и кивнула, отвернувшись.
– Все - в крестьянской одежде, - Алистер еще раз скользнул глазами по повешенным и обнажил меч.
– Не наемники. Что они делали здесь, в лесу?
– Создатель милосердный, за что их убили?
– Скорее, из предосторожности, - Нерия обняла себя за плечи, наблюдая за тем, как сын Мэрика по одному перерубает веревки, и тела со стуком падают на землю.
– Они ничего не сделали, просто слишком близко подошли к стоянке долийцев.
Старая магиня покачала головой.
– Бессмысленная жестокость.
– Отчасти она оправдана… в глазах долийцев, - почувствовав на себе взгляды спутников, молодая эльфийка поежилась.
– Они устраиваются на стоянку на всю зиму. Если эти люди набрели на лагерь… они могли вернуться и привести королевских солдат. И тогда долийцам бы не поздоровилось. Мы сами убивали или пленяли тех храмовников, которые приходили к нам, или хотя бы проезжали мимо. Благодаря этому мы до сих пор живем спокойно.
Всадники спешились. Алистер и Йован перетащили одеревеневшие от мороза тела подальше от деревьев и положили рядом.
– Нужно бы устроить им огненное погребение, - предположила Лелиана, с сочувствием глядя на убитых крестьян.
– Нельзя оставлять их так! Но мы в Бресилиане… Не знаю, можно ли тут…
– Лучше не надо, - Нерия сняла шапку и, привычным движением откинув за спину волну тяжелых темных волос, натянула ее обратно.
– Только не в этом лесу. На огонь можно приманить… кого угодно. Или… разбудить. Ну, знаете… Поедем, нам нужно добраться к месту до темноты.
Йован встретился глазами с Серым Стражем, бывшей послушницей, потом поймал строгий взгляд старой магини и вздохнул.
– Я бы мог попробовать сжечь их без дыма, - снимая перчатки, и зажимая их подмышкой, предложил он.
– Но тепло и… запах все равно будут.
Нерия
– Тогда давайте быстрее, - видя, что спутников не переубедить, и не желая тратить время на пустые разговоры, она сняла с плеча свой посох, тонкий, словно сделанный из переплетений травяной лозы.
– Я помогу. Но прошу, поскорее! Тут нельзя задерживаться.
Йован, Винн и Нерия встали с трех сторон от лежавших одно подле другого тел и почти одновременно подняли руки. С вытянутых ладоней, переплетаясь, заклубились языки огня, которые, подчиняясь воле рождавших их магов, образовывали пылающий кокон вокруг мертвецов - почти не дававший дыма, но своим жаром быстро уничтожавший их плоть. Лелиана и Алистер отступили, прикрывая руками лица. Жар над телами стоял такой, какого никогда бы не дали обычные уголь или дрова.
Опустившись на колено, Лелиана читала молитву - ту, которая полагалась быть произносимой в подобных случаях. Стоя рядом, сын Мэрика некоторое время вслушивался в слова священной Песни, глядя, как в очистительном пламени трескаются уже кости неудачливых крестьян, когда его внимание привлек какой-то звук. Хотя, назвать звуком это было бы неверным. Алистер был готов поклясться, что не услышал ничего странного, или, хотя бы, подозрительного, но мысли о необходимости проверить внезапно охватившую его тревогу, появились вдруг и сразу.
Положив руку на рукоять меча, Страж сделал шаг в сторону темневших поблизости зарослей. Не оставлявшее его беспокойство продолжало настойчиво биться в охваченный неуверенностью рассудок, и Алистер медленно потянул из ножен меч. Ощутив словно несильный толчок под колени, он сделал еще один шаг, потом еще один…
– Стой!
– внезапно прекратившая творить огонь эльфийка обернулась и, в три прыжка догнав Стража, с силой дернула его за плечо. Очнувшийся Алистер несколько мгновений моргал в пространство, но, под недоуменными взглядами спутников, Нерия уже тянула его обратно, к лошадям.
– Все, больше нельзя! Быстрее, убираемся отсюда! Быстрее!
Выражение лица молодой эльфийки отбивало всякую охоту к расспросам. Лелиана первой оказалась в седле. Йован помог взобраться на лошадь старой магине и, спустя короткое время, всадники уже удалялись от открытого места крупной рысью.
Теперь уже тревогу, коснувшуюся разума Серого Стража, чувствовали все. Узость дороги не позволяла ехать рядом, и отряд Алистера растянулся длинной цепью, следуя за Нерией, что скакала впереди. Узловатые ветви, на которых зеленая листва шелестела вперемешку с мертвой и пожухлой, склонялись к самой тропе, задевая головы и плечи, и словно норовя вцепиться в живую плоть. Из глубины леса, все нарастая, доносились шорохи и треск.
– Что происходит?
– улучив момент, проорал Алистер в сторону проводницы, уворачиваясь от очередного норовившего сбросить его толстого сука.
– Что это?
– Не знаю!
– Нерия прижималась к шее своей лошади, обнимая ее руками и по-прежнему не трогая поводьев.
– Должно быть, пробудился какой-то дух. Он отвяжется, если успеем уйти! Нужно добраться до граничной полосы, которой долийцы ограждают свои стоянки. Ни один дух не сможет пересечь их защитный барьер!
– Далеко еще до этой полосы?