Вечный Странник
Шрифт:
– Передам, – покладисто согласился эльф. – Да я так и знал. Я так и думал, что тебе тут отлично живется. – Он бросил взгляд на компанию девушек за соседним столом и понизил голос: – Я бы на твоем месте тоже не вернулся.
Маг взглянул на него с подозрением.
– Брось, я тебя знаю не первую тыщу лет. Что задумал?
– Ничего. Напротив, искренне рад за тебя, старина!
Тильвус обеспокоенно поерзал на скамейке.
– Старина?! Кто бы говорил… Послушай, я помню, у тебя есть отвратительная черта – умеешь ты свои проблемы перекладывать на другие плечи.
– Не понимаю таких заявлений, – высокомерно проговорил Тисс.
– Брось, прекрасно понимаешь! Только ничего у тебя в этот раз не выйдет. Кто бы ни явился из нашего мира, убедить меня вернуться обратно он не сможет.
– Да из нашего-то мира как раз никто и не явится, – туманно сказал эльф. – Дураков нет, кому ж хочется порхать летучей мышью и питаться… чем эти твари питаются, кстати?
– Понятия не имею. У друидов спроси, они должны знать.
– Спрошу. – Тисс придвинул поближе вазочку с фисташками. – Да, совсем забыл сказать… тебе вряд ли будет интересно… Твой зачарованный меч… словом, он тоже здесь.
Тильвус облил бороду пивом.
– Здесь – это где? – быстро спросил он. – В этом мире?
– В этом мире и даже в этом городе, – сказал Тисс. – Странник явился за своим хозяином – что ж тут удивительного? Ты что, забыл его характер? Знаешь…
– Замолчи! – приказал Тильвус. Он глядел перед собой сосредоточенным взглядом и барабанил по столу пальцами с неровно обкусанными ногтям.
– Не хочу тебя слушать. И знать ничего больше не хочу. Я поклялся не вмешиваться – и не буду. В прошлый раз было мое последнее вмешательство! – торопливо заявил он, видя, что его собеседник открыл рот. – Так что на помощь не рассчитывайте! И я не собираюсь искать в городе Странника. И не надейтесь на это!
– Да кто надеялся-то?! Я же сразу так всем и сказал: нечего на него рассчитывать, – сказал Тисс. – На тебя то есть. Обойдемся!
– Вот и отлично, – недовольно пробурчал маг. – Обходитесь.
Когда Тильвус и Тисс покинули бар, на улице уже совсем стемнело. Медленно разгорались оранжевым светом высокие кованые фонари, вспыхивали спрятанные в траве газонов маленькие прожектора, и из темноты, словно театральные декорации, выступали нарядные фасады зданий, подсвеченные голубоватым светом.
Маг и эльф прошли пару кварталов, свернули на неосвещенную боковую улочку, обрамленную высокими тополями, и остановились.
– Рад был повидаться с тобой, старина, – самым сердечным тоном произнес Тисс.
– Взаимно, – пробурчал Тильвус, с подозрением поглядывая на приятеля – в голосе эльфа ему послышались ехидные нотки. – Можешь заглянуть как-нибудь… если время будет.
Тот улыбнулся, блеснув в темноте зубами.
– Не обещаю. Когда разгораются войны, становится как-то не до гостей, знаешь…
Тильвус засопел.
– Ну ладно… – пробурчал он. – Ладно! Некогда так некогда. Уговаривать не буду. Ты мне вот что скажи…
Но Тисс уже исчез, растворившись в городских сумерках.
– Чтоб тебя! – выругался Тильвус. – Чтоб тебе пусто было! Только хотел спросить, что
Он посмотрел на черное ночное небо, подсвеченное городскими огнями, определил, что скоро начнется дождь, почесал под лопаткой и поплелся к овощебазе – определяться на ночлег.
ГЛАВА 3
«Уж каких только чудодейственных таблеток для похудения нам не предлагали, каких только научных доказательств не приводили, каких только гарантий не давали!» – написала Сати и с тоской поглядела в окно.
В маленьком скверике, возле клумбы с левкоями курили две белокурые девушки в баварских костюмах. В направлении речного вокзала тащился хмурый бородатый дед-дачник с маленькой тележкой. На девиц в пышных коротких юбках он не обратил никакого внимания. Сати вздохнула: в глубине скверика располагался ресторан немецкой кухни «Пивнушка», и там, по слухам, подавали настоящее баварское пиво и замечательные белые сосиски с горчицей. Проверить слухи не было никакой возможности: цены в «Пивнушке» повергали простых смертных в шок. Девушки трудились в ресторане официантками, Сати видела их уже не первый раз.
– Так… – Она уставилась в монитор. – Что ж там дальше-то? Ага! – Пальцы снова забегали по клавиатуре. – «Так как же похудеть и не поправиться?» – написала Сати и задумалась.
В самом деле – как? Теперь, после небольшого вступления, следовало мягко и деликатно намекнуть на существование в Городе Центра восточной медицины, который практиковал иглоукалывание и сдирал неплохие деньги с желающих расстаться с лишним весом.
– И только у нас, в нашем Центре специалисты высочайшего класса помогут вам… Помогут, ага… нет, это что-то очень глупо, про специалистов «высочайшего класса…». Даже для рекламы глупо…
Задребезжал телефон. Сати схватила трубку.
– Да! – раздраженно рявкнула она, одним глазом косясь на свой текст.
– Здорово, борзописец! – раздался в трубке бодрый голос Никиты. – Чего делаешь!
– С голоду помираю, – буркнула Сати. – Снимки из музея готовы?
– Музеи-шмузеи… Готовы. На сервере возьми. Папка «Музей». Поняла? А что, есть сильно хочешь?
– Да иди ты…
Сати шмякнула трубку, прекратив разговор, и вернулась к работе.
– Так… «Похудеть и не поправиться»… ага…
С утра в редакции было непривычно тихо, поэтому Сати сидела на своем собственном месте, за столом возле окна. Обычно, когда с репортажей возвращались шумные корреспонденты, ей приходилось перебираться в вечно пустующий кабинет ответственного секретаря редакции: рекламные тексты иной раз требовали тишины и сосредоточенности, особенно когда заказчик сам не знал, чего он хочет. Неподалеку от нее, на потертом зеленом диване сидел фотокорреспондент с литературной фамилией Аверченко и, хмуря светлые брови, вдумчиво читал «Интим-газету». Газету издавали в дружественной редакции, что находилась на соседней улице, и фотокор, пользуясь знакомствами, всегда брал номерок на халяву. Халяву потом прилежно изучала вся мужская часть редакции и долго делилась впечатлениями, столпившись в курилке.