Вечный Странник
Шрифт:
Покинув «тонущее судно», работники магазина оказались на солнечной улице и понуро побрели в тень тополей.
– Эх, Никита, какого мы дурака сваляли! – огорченно сказала Сати, усаживаясь на чугунную решетку газона. – Надо было сначала холодильники сфотографировать, а потом уже за стол садиться. А теперь ждать придется, пока это здание разминируют. А тут, между прочим, четыре этажа, пока их все обыщут, столько времени пройдет.
Сисадмин развел руками:
– Кто знал! Но
Он вытащил из сумки две бутылки пива.
– Будешь?
– Давай, – согласилась Сати. – А пожевать ничего не захватил?
– Я думал, ты об этом позаботишься. – Никита ловко открыл бутылки ключом от машины. – А ты коммерческому директору глазки строила.
– Я о холодильниках с ним разговаривала, – неубедительно соврала Сати. – Про объемы продаж узнавала.
Саперы подъехали оперативно. Из машины выпрыгнули две собаки и, натянув поводки, бодро поволокли своих проводников в магазин.
– Ишь, – произнесла кассирша и поджала губы. – Знают, куда идут.
Вслед за саперами из машины вылезла корреспондентка одной из местных радиостанций – вездесущая Юлька. Она всегда первой узнавала все криминальные новости благодаря мужу, работающему в пресс-службе УВД.
Юлька важно помахала рукой Сати и скрылась за зеркальными дверьми.
– Гм… а Хамер-то наш и не знает, – задумчиво проговорила Сати. – Позвонить ему, что ли? Хотя, он, кажется, в «Чародейку» поехал?
Медленно потянулись минуты ожидания.
Никита допил пиво и оглянулся в поисках урны. В ту же минуту, как по волшебству, рядом возникла немытая личность в мятых штанах и продранной майке-сетке. Физиономию личности украшал свежий фингал под глазом.
– Вам бутылочка пустая не нужна?
– Бери, дед, – великодушно разрешил Никита.
Тот спрятал бутылку в пакет и вопросительно уставился на Сати.
– Бутылочку забрать можно? – сиплым голосом поинтересовался он. Сати вздохнула.
– Не допила я еще, неужели не видно?!
Бомж задумчиво поскреб в бороде, отошел в сторонку и принялся ждать.
Между тем сотрудники универмага, утомившись от ожидания, стали роптать.
– Нашли, когда минировать, – ворчал пожилой маркетолог. – Ничего святого у людей!
– Ох, чувствую я… – бухгалтерша, не сводя глаз с входной двери, прижала руки к груди, – чувствую я, они разминируют сейчас красную рыбу.
– Не терзайтесь так, Ирина Сергеевна, – лицемерно утешал ее бравый начальник охраны. – Сами рыбку засаливали?
– Сама, конечно… А вот сейчас… я точно знаю… сейчас они проверяют паштет из печенки… или фаршированную щуку. С риском для жизни.
– И водку… – мрачно добавил маркетолог,
– И водку, само собой… Ее-то они в первую очередь проверят. А что саперы не разминируют, то их собаки сожрут.
Наконец дверь хлопнула и показалась Юлька, что-то жуя на ходу.
Главный бухгалтер выпрямилась и сверкнула глазами.
– Ну что, нашли мину? – агрессивно спросила она.
– Ищут, – неопределенно сообщила Юлька. – Гм… там ребята спрашивают… можно им салатик «Оливье» попробовать? Немного совсем?
Бухгалтераша в отчаянии махнула рукой:
– Пусть пробуют! Только быстро! Котлеты остывают!
Никита захохотал. Сати допила пиво, протянула бутылку бомжу. Тот убрал добычу в пакет и побрел дальше, шаркая пластиковыми шлепанцами.
Саперы и вправду управились. быстро, к тому же оказались людьми хорошо воспитанными и знакомыми с приличиями: всего попробовали по чуть-чуть. Правда, таинственным образом исчезли две бутылки водки, но пропажа эта на фоне всего, что присутствовало, осталась не замеченной никем, кроме самой хозяйки торжества.
В конторе Сати и Никита появились только после обеда. Сисадмина прямо на пороге изловил менеджер по работе с регионами и заявил истеричным голосом, что в их отделе сам собой перестал работать принтер.
– Принтер-шминтер, – недовольно пробурчал Никита, отправляясь в отдел следом за причитающим менеджером. – Опять, наверное, в сеть его забыли включить?
Сати поднялась на свой этаж и сразу же наткнулась на ответственного секретаря газеты, всегда грустного, настроенного на философский лад и оттого похожего на сотрудника похоронного бюро.
– Где ж ты бродишь? – скорбно спросил он. – Клиент приезжал, с макаронной фабрики. Хотел на макет рекламы глянуть.
– А я тут при чем? Отправил бы его к дизайнерам. Я макетами не занимаюсь.
– Понятно дело, что не занимаешься, – печально согласился секретарь, изучая носки собственных ботинок. – Но клиент хотел видеть всех, причастных к его рекламе…
– Этот макаронщик крут неимоверно! – Сати скривилась. – Господи, и макет-то у него с гулькин нос, а шуму!
– Это да… Крут, я уже понял. Круче него только яйца Фаберже, ага… Но реклама ему понравилась. – Секретарь несколько оживился. – Обещал до конца недели заплатить.
– Еще бы не понравилась! Сколько наши дизайнеры с ней возились! – Сати вздохнула. – Вот на что приходится тратить талант и лучшие годы жизни.
– Да… – неопределенно отозвался секретарь, снова погружаясь в пучины меланхолии. – Мы – офисные пролетарии. На что нам скажут, на то и потратим…