Вечное дерево
Шрифт:
– Почему так? Ведь не должно быть этого. Не должна - как это сказать копейка на душу падать? Всетаки, как ни говори, главное - моральная сторона, а не заработок.
– Противопоставлять не надо.
– Но кто же будет выполнять заведомо невыгодную работу?
– А кто эти детали обрабатывал до сих пор?-ответил на вопрос вопросом Полянцев.
– Но от них отказываются. Дело чуть ли не до драки доходит.
– Это нам известно. И причины тоже известны.
– Так в чем же дело?
Полянцев посмотрел на Степана Степановича
– Над этими проблемами как раз сейчас и работают.
Все не просто. Скажу доверительно: мы с вами накануне больших экономических преобразований в промышленности.
– Это хорошо, - одобрил Степан Степанович.
– Все не просто,- повторил Полянцев и перешел к теме, которая интересовала больше всего: - Так, так.
Вот вы кто... А на молодежь, значит, уговорили?
– Уговорили, - спокойнее, без внутренней предвзятости ответил Степан Степанович.
– Я действительно всю жизнь с молодыми, но в армейской обстановке, А тут другое... Совсем другое.
– Да, - подтвердил Полянцев.
– Обстановка другая. Но люди, моаодежь та же.
– Всякая,- отозвался Степан Степанович, вспомнив Кольку и его дружков, лодырей и волын-щижкв, и -Медведя - старательного п-арая, и своего Журку, который еще ни то ни се, вроде бы работает, ею оказали, что "раже с этими сачками замечен.
– Ведь и в арчяэьи яршюдилвсь иметь дело с разаивюи.
по характеру парнями, - сказал Полянцев.
– И -обстановка, думадо, бывала равная, "научизшсъ не теряться.
– Это верно, - водтвердил Стпеяал Степ-айовищ и, вспомвив слова, сказаняъте Клешюа, слова, что (бальаR кольнули его, спросил: - А вот с ними, с молодежью. Кда тут быть с материадьаюй затаитересэдваяэиэстажэ:? Не испортят ли молодежь деньги?
– А у вас есть дети?
– в ов очередь сирогял Полянцев.
– Ну и как?Даете вы им зда карзяаишйе раоавди. ?
– Это другое делR..
– Другое, - саэтласиася Поляэвдев.
– Но и -тут ловсяжому бывает. Ииогда -балуют родители, перебарзздввают. Важно дать мтаувствсяаать, как дастаэотся деньги..
– Это правильно, - подтвердил Степам Стежанавич, всиомнив сваю иеаижунэ жизнь, ежою мхносшь, когда кажда-я заработатаная вашвика была ему дорога, квтда ия гордился растущим от получки к получке заработайж.
Полянцев говорил йсторопливо. И эта неторопливость нравилась Степану Стеяляовагау.
– А то, что достается трудам, - щ-еиитсз, - уверенно сказал Поляаде". Чем труднее достается - теи больше ценится. Мне кажется, одним из недостатков нашей работы с молодежью .н явл-дется то, чтго мы тое даем ей почувствовать цеиу деш, вещей, жижи. Пйтому-то " относятся они к ним легко - тратят, бросают, ке берегут
– Это так, - олять подтвердил Степан Степанович л вспомнил своего Журку, недавний случай, когда тот отказался носить еще приличный джемпер.
– Им вынь да подай. За модой гонятся.
– Пусть гонятся,-сказал Полянцев.-Вопрос в другом. Ка" достается
Он говорил езде о многом, ао весь разговор сводился к тому, что с молодежью йадта считаться, в се интересы вникать, не властвовать, не командовать, а умело руководить, направлять.
– Относительно денег...
– Полянцев улыбнулся одними губами.
– Как же им без них? В кино, на танцы, в кафе без денег не пойдешь. Да если еще с девушкой, представляете?
– Да, - согласился Степан Степанович и снова подумал о Журке. Никогда еще он не видел его с девушкой, никогда еще тот не просил денег на двоих. Правда, финансированием Журки занималась мать, но, случись такое, она непременно доложила бы.
– Правда, тратить они не умеют, - сказал Полянцев и улыбнулся.
– Помню, мой в первые получки деньги все не на то тратил, то вдруг спиннинг купил, то слаломные лыжи.
– Сколько же ему?
– не удержался от вопроса Степан Степанович.
– Да двадцать второй, в армии дослуживает... Я в его годы ротой командовал.
Это сообщение удивило и приблизило Полянцева к Степану Степановичу. "Значит, не такой молодой, как кажется. Значит, фронтовик". А фронтовики были для него своими, особо уважаемыми людьми.
– На каком фронте были?
– Да был и на Ленинградском под Пулковом, а после Прорыва, вернее, после ранения - на Второй Белорусский попал.
– А я на Украинском, на Прибалтийском.
И тут оба не удержались, ударились в воспоминания.
Среди разговора Полянцев посмотрел на часы.
– Извините, - сказал Степан Степанович, поняв этот жест как намек на окончание разговора.
– Нет, это вы извините, - в свою очередь сказал Полянцев.
– Времени действительно мало, мне в горком надо. Но я бы хотел и вас послушать, и у вас поучиться, точнее, посоветоваться. То, что я говорил, - для вас не открытие...
– Нет, почему же, - проговорил Степан Степаневич.
– Ладно, не будем... Как вот вы смотрите на молодежь, на рабочую молодежь, почему она не очень стремится к рабочей профессии, почему не держится на одном месте?.. Я спрашиваю у вас потому, что вы опытный человек, а главным образом сравнить можете... Сколько лет вы не были на заводе?
– Двадцать пять, - с готовностью ответил Степан Степанович. Теперь ему и самому хотелось поговорить по душам, потому что вопрос этот и его волновал.
– Я так думаю, - произнес он после паузы, - мало ею занимаются на заводе, терпения не проявляют. А молодым что?
Им надо дать почувствовать красоту труда, увлечь их надо.
– Пожалуй, так, - поддержал Полянцев.
– Потом - коллективность, - продолжал Степан Степанович, довольный тем, что его мысли находят поддержку у секретаря райкома.
– Это я уже по армии знаю. Когда они вместе, в коллективе, тут всяким разгильдяям, нерадивым туго приходится. Тут, если, конечно, коллектив правильно настроен, и лодырям надо подтягиваться.