Ваза
Шрифт:
– Стиральную машинку. Автомат. Там даже рекламная штучка приклеена. Мама теперь жалуется, что ей заняться нечем, но это она так шутит.
– Как здорово! Я почему-то не верила, что такое возможно.
– Возможно, честное слово. Чайник закипел. Вы нальете или мне все сделать.
– Лучше я сама, вы сидите, - метнулась Катерина, опасливо глядя на табуретку. Семен усмехнулся.
Катерина поняла, что он все понял, покраснела, а потом рассмеялась.
– Ладно, не будем разводить церемонии, понятно, что вы слишком
– Думаю, это пройдет. С возрастом все проходит.
– Вы говорите как старый старик!
– Я действительно не молод.
– Да? И сколько вам лет?
– Тридцать восемь.
– Ужас! Как можно в таком дряхлом возрасте пешком на девятый бегать, ума не приложу. Можно я буду тебя на "ты" называть? А ты меня? У меня есть один знакомый, ему тридцать четыре, но я с ним чувствую себя ровесницей. Да и на работе со многими на "ты".
– Я непротив. Спасибо.
– Семен принял чашку с чаем.
– Рассказывай, что у тебя такое стряслось, отчего так горько рыдала.
Катерина покраснела. Не рассказывать же ему, что вчера вляпалась в дерьмо под дверью, тема явно не для чаепития, да и стыдно до невозможности. Коврик она выкинула. И никогда в жизни больше не положит.
– Проблем никаких, ночь вдалась тяжелая, почти не спала, вот с утра и устроила себе разрядку. Ты извини меня, со мной такое впервые.
– Не страшно, главное, ничего не произошло, не так ли?
– Да, да, - энергично подтвердила Катерина. Она явно врала.
– Семен, ты и вправду сыщик?
– Вправду.
– А чем ты занимаешься? Преступления расследуешь?
Семен улыбнулся. У него улыбка была красивая, широкая. Хотя, подумала Катерина, когда человек улыбается искренно, у него улыбка всегда красивая, у любого. Даже у меня.
– Девиз нашего агентства: "Никаких трупов", негласный конечно. Мы разыскиваем людей, занимаемся слежкой.
– Как интересно!
– Ничего интересного. Ходить следом за человеком, который не подозревает о слежке, не очень приятно. Так что забудь о романтике, ее нет.
– И все равно, лучше, чем моя работа. Поехал, документы оформил, получил материалы, сдал на склад и все! Результатов работы не видно.
– Без твоей работы не будет сделана другая, - возразил Семен.
– Я знаю, - отмахнулась Катерина, - только это не утешает.
– Ты в отпуске?
– Да. В связи с травмой головы. Пришлось выйти в отпуск. А я мечтала пойти летом.
Они мирно попили чай, прошли в комнату, Семен посмотрел скромную библиотеку Катерины, спросил, что она предпочитает читать, и пригласил ее к себе домой.
– Что
– Удобно. Я тебя туда и обратно отвезу. У меня "Нива". С мамой познакомишься, она замечательная. Какой смысл дома сидеть? Поехали.
– Ты спускайся, я же помню про твою клаустрофобию, а я оденусь и выйду.
– Жду.
Семен вышел. Катерина натянула джинсы, свитер, надела берет, хотя на улице было тепло, надела куртку и зазвонил телефон.
Она стояла с одним сапогом в руках, и боялась подойти. Если опять угрозы, она не выдержит.
Звонила мама. Катерина быстро закруглила разговор, неудобно было заставлять человека ждать. Телефон зазвонил немедленно, она не успела натянуть второй сапог. Мама что-нибудь забыла.
– Да!
– Катька, ты, куда вчера исчезла? Я же просил подождать!
– сердито сказал Стас.
– Я звонила тебе вечером, но ты трубку не брал, хотела объяснить.
– Объясняй. Я ночевал в гостинице, у меня дома невозможно находиться.
– А что случилось? Опять взрыв?
– встревожилась Катерина.
– Потом объясню. Так почему ты сбежала?
– Я не сбежала, я ушла. Не могла же я оставаться, ты встретился с девушкой...
– И ты немедленно ретировалась, сделав выводы? Идиотка! Запомни, я с тобой пришел, должен был с тобой и уйти. Поняла?
Катерина вдруг почувствовала радость. Просто огромную радость.
– Что молчишь?
– Ой, Стас, прости, мне надо бежать, меня на улице Семен ждет, я и так задержалась.
– Подождет. Что за Семен? У меня к тебе просьба, можешь ты подъехать в аэропорт? Я бы сам тебя взял, но у меня нет времени, иначе опоздаю в самолет. Папа болен, я ему нужен. Я передам тебе ключи от квартиры, и расскажу, что надо делать.
– Стас, давай мы тебя подождем на трассе, у Семена "Нива", он меня довезет.
– Договорились, буду где-то через минут сорок.
Катерина надела, наконец, второй сапог и решительно стянула беретку. Голова вспотела.
Не будет она прятаться от придурков! Она теперь не одна. Семен защитит или Стас, когда вернется. Катерина спустилась в лифте на первый этаж. Лифт оказался пустым, никто не запрыгнул в последнюю минуту, никто не остановил его между этажами, никто не пытался напугать ее в тамбуре.
Семен терпеливо выслушал ее извинения, согласился, что она придумала правильно, и предложил ей проводить Стаса, он поедет следом, так что к нему домой они приедут попозже.
Катерина рассказывала Семену, пока они ехали, какой Агапов хороший, какой заботливый, настоящий опекун.
"Опекун, твою мать, за две недели, что я за ним таскался, у него побывало шесть подружек, вернее, он у них".
Семен притормозил, и свернул на обочину. Впереди, метрах в десяти от них, стояла белая "Нива". Гаишник в форме что-то смотрел, подняв капот.