Ваза
Шрифт:
Алкашом оказалась женщина. Бедняга стояла на коленях, трясла головой, по лицу ее текла дождевая вода вперемешку с кровью. Стас взялся поднять ее на ноги, испытывая брезгливость, оттого, что это не какой-нибудь работяга, а женщина так напилась и, жалось, к ее беспомощному состоянию. Куртка дамочки была усыпана мелкой стеклянной крошкой. Крошкой от хрустальной вазы. Тяжеленной вазы, подаренной им же, Люське, на какой-то праздник, вазы, которую в него запустила Люська, но промазала. Ваза в Стаса не попала, зато в форточку угодила. Да, жизнь полна сюрпризов.
– Вы
Ему совершенно не хотелось возиться с этой бедолагой. Он никогда не был синтементален, не снимал старушек с дерева, не переводил котят через дорогу. Сейчас же понял, что не оставит эту, случайно потерпевшую от их ссоры, женщину. Он будет с ней возиться, потому что часть вины его все же есть, а она просто прохожая, попавшая под горячую Люськину руку. "Мулатка, просто прохожая"..., завертелась в голове песня.
Оставлять ее на улице нельзя, в подъезд тащить бесполезно, надо везти в травму, сотрясение мозга она получила, и чем все кончится, еще неизвестно. Стас подхватил под руки ничего не соображающую дамочку, и почти поволок к своей машине, не особо церемонясь. Лужа оказалась глубокой, значительно выше щиколоток, в туфлях захлюпало. Стас заворчал, высказываясь о собственном идиотизме, о дурах, что ползают под окнами, о психопатках, что швыряются тяжеленными предметами. Благо, до машины было недалеко, потерпевшая была в сознании, но вялая, послушно переставляла ноги, не сопротивлялась, только тихо мычала.
Отвезу в травму, скажу, по дороге подобрал, решил он, кое-как усадил ее в машину, сам сел, пристегнулся по привычке и, выехал из двора.
– Вы кто?
– прохрипела дамочка - Куда вы меня? Где моя сумка?
– Вам нельзя разговаривать!
– сердито рявкнул он, хотя это была глупость полнейшая, наоборот, надо чтобы она оставалась в сознании, надо с ней говорить, но он еще не придумал, что сказать и как объяснить и продолжал злиться и рычал.
– В травму вас везу, не бойтесь. И сумка, и ключи, все здесь.
Потерпевшая притихла, только продолжала держаться за голову и раскачиваться. Стас помчался в травмпункт, благо - дорогу знал, как-то Люська, в порыве злости, вместо капусты, пластанула ножом по пальцу. Хороший получился разрез, на совесть. Зашивали. Агапову пришлось за ней ухаживать, неделю у нее жил.
Народу в травме было много, что неудивительно, погода добавила работы врачам. Спортивного вида паренек, раскачивался взад - вперед, баюкая руку, рядом с ним сидела пожилая женщина, горестно смотрела на него, что-то говорила тихим успокаивающим голосом. Мимо прыгал на одной ноге, другую, согнув в колене, словно выполнял упражнение, довольно тучный мужчина, опираясь всем своим весом на жену, жена, к счастью, тоже была не худенькая. В длинном коридоре стояло много кресел, одна треть их была занята.
Им повезло, почти рядом с входом в кабинет, освободилось кресло, Стас усадил раненую на стул,
– Закройте дверь!
– Простите, у меня травма головы, - попытался объяснить Стас.
– У всех травмы! По очереди!
Он закрыл дверь, повернулся и, наткнулся на "быка".
– Слышь, мажор, самый умный? Отвали от двери!
– Мужик лет тридцати, бритоголовый, мощный, тихонько потянул его за куртку.
Стас хотел, было ответить насчет мажора, но вдруг стало не до глупых препираний, а жаль, кстати, повстречай он у подъезда этого мужика, поговорили бы. Резко оттолкнув "быка" он кинулся к своей подопечной, та медленно заваливалась на бок. Он слышал, как возмутился "бык", но Стасу было не до нежностей. Потерпевшая была в обмороке, чего никак нельзя допускать, умрет, беды не оберешься.
Стас подхватил женщину на руки, крякнул под ее весом и, вломился в кабинет.
– Травма головы, больная в обмороке!
– На кушетку кладите, - недовольно произнес пожилой травматолог, но тут же согнал с кушетки брата-близнеца "быка", - вы, юноша, постойте, сейчас медсестра с вами закончит, и впредь с такими пустяками учитесь справляться сами. Что случилось?
– Не знаю, подобрал возле подъезда, темно, не успел осмотреть, - ответил Стас.
– Кровь лицо залила, я сразу к вам.
– Вы врач? Света, нашатырь! И давление измеряй. Как это тебя угораздило, милочка? Нежные барышни, в обморок как в старину, от царапин падают, - комментировал врач, аккуратно осматривая пациентку.
– Кровотечение остановилось, рана неглубокая, бровь рассечена, зашить надо. Волосы сбреем, вы, надеюсь, не станете возражать? Так, а что это за осколочки? Похоже на стекло или хрусталь. Откуда у нее в волосах крошка? Нынче чего только не насмотришься, раньше было проще и понятнее, дубиной по голове или нож в ребра. Она вам кто?
– Да никто, был в гостях, вышел, а она валяется.
– с досадой ответил Стас.
– Рыцарь, значит?
Доктор внимательно оглядел мужчину. Скорее всего, говорит правду, как он одет, а как она. Небо и земля.
– Ладно, верю. Сделаете рентген, он платный. Возьмите кресло-каталку, кабинет в конце коридора. Затем привезете ее сюда. Мы должны сообщить в отделение милиции, травма головы, дело серьезное, да и отправить в стационар.
– Не надо, я обеспечу ей уход, - неожиданно для себя сказал Стас.
– Тогда пишите, как положено, добровольно отказываюсь, претензий не имею и т.д. Сами знаете. Ну, и ладно, травма неглубокая, не огнестрельное же ранение. Фамилия ваша, где живете? Пациентка сказать не может, так вы нам свои данные оставьте.
– Да, я оплачу. Агапов Вячеслав Михайлович, Московский проспект, номер дома и квартиры указаны в паспорте, пожалуйста.
– Ступайте, подождите за дверью, сестра закончит, позову.
Агапов вышел. Братья-близнецы стояли в сторонке.
Ну, вот, начинается, тоскливо подумал Стас. Как ни странно, теперь ему уже не хотелось никаких разборок. "Бык", которого Стас отпихнул, направился к нему.