Вампиры в Москве
Шрифт:
Повелительный жест рукой и все присутствующие удалились. Беспрекословно. Бесшумно.
(— прекрасно вышколены! вот бы мои. лаборанты так слушались!)
— Я вас внимательно слушаю. Извините, буду курить — нервничаю.
— Я экстрасенс Гарольд, ученик великого Карла Николаевича, может слышали о его телепатических сеансах Москва-Владивосток? Весь мир шокировали — 99% попаданий.
— Нет, не слышал.
— Но это к слову. Я редко практикую, слишком уж утомительны контакты с чужими биополями, слишком тяжело принимать на себя чужую боль. Но ваш случай особенный. Во-первых,
Банкир удивленно поднял брови.
(— что это я такое ляпнул?! прямо сказочный принц какой-то…)
Находчивый Гарольд тут же обезоруживающе улыбнулся:
— Не подумайте ничего плохого. Увидел в вашей дочке родственную душу. Флюиды. Точнее — эмоциональная голограмма. Возникает у каждого из нас в период сильных душевных потрясений, например, страха. Фактически, контур из электромагнитных волн. Я вошел в резонанс с ее полем и теперь могу достоверно определить местонахождение. Это и есть — установление телепатической связи на эмоциональном уровне.
— А во-вторых?
— Не буду скрывать, рассчитываю на определенную финансовую помощь с вашей стороны. Не себе — я привык жить скромно. Просто давно мечтаю открыть свой центр парапсихологии и астрологии, помогать людям, попавшим в беду. Это стоит немало, вы же понимаете.
Банкир все понимал:
— Это не та сумма, о которой стоит говорить…
— Да, но мне нужны гарантии…
Еще долго Гарольд и банкир обсуждали механизм и гарантии, и, вроде бы, остались взаимно удовлетворены. Пора было переходить к основному вопросу повестки дня.
Гарольд достал заранее принесенную карту Москвы, положил ее на стол и обвел небольшой треугольный участок:
— Ваша дочь в этом районе, в одной из квартир.
— Но мы не можем облазить их все!
— И не надо. Будем сужать круги и за час я вас приведу к тем дверям, за которыми ее прячут. По крайней мере, прятали сегодня утром.
— А сейчас вы можете узнать, там ли она?
Гарольд улыбнулся глупому вопросу:
— Это очень тонкие материи, очень тонкие. Биополя вибрируют и иногда могут вступать в резонанс — я же объяснял. Только тогда я и получаю необходимую информацию. Сейчас же я ничего не чувствую. Возможно, ваша дочка спит или…
Лицо банкира исказилось неподдельным страданием.
— Нет, не бойтесь. Они ведь требуют выкуп. Какой им смысл ее убивать?
На фоне всей предыдущей белиберды столь трезвая мысль несколько успокоила безутешного отца. Ему только вчера выдвинули требование — миллион долларов, он согласился — а что оставалось? Попросил несколько дней, чтобы подготовить деньги, они согласились — а что им оставалось? Теперь главное — не спугнуть.
Потом банкиру позвонили друзья из милиции, не зря же он отстегивает стражам порядка. Они оперативно пробили данные об экстрасенсе, но ничего особенного интересного не узнали — работает инженером в том же институте МИСиСе, который и окончил лет восемь назад. Подавал надежды, начинал даже писать диссертацию, но что-то не заладилось. В меру исполнителен, не пьет, чем увлекается — неизвестно. Не судим. Родственников за границей не имеет.
Ехать, так ехать,
На коленях у Гарольда лежала карта искомого района. Сосредоточенно и долго вглядываясь в переплетение улиц, он пророчески изрек:
— Ваша дочка находится где-то в треугольнике между Житной, улицей Димитрова и Большой Полянкой. Видимо, достаточно высоко над землей.
— Это как?
— Думаю, ее держат в квартире, расположенной выше восьмого, а может и девятого этажа. Доедем до места и начнем потихоньку сужать круги. Периодически будем останавливаться, чтобы послушать эфир.
— У них что, передатчики?
— Эфир понятие оккультное — некая метафизическая субстанция, в которой распространяются биоэнергетические импульсы.
— А… понятно…
Искомый дом стоял в центре весьма хаотичной застройки, но, действуя по указанному Гарольдом алгоритму, машины все-таки выехали к искомому месту — вот и сарайчик, где присел по нужде и откуда его выгнала собака, подъезд и даже сломанное грозой дерево, принятое им за преследователя.
Гарольд произвел утвердительный кивок и, чтобы не светиться, джип вместе с сопровождением завернули за угол ближайшего здания и остановился. Уже со знанием дела, Гарольд нажал на соответствующую кнопочку, опускающее стекло и уверенно высунул указательный палец:
— Ее держат вон в той десятиэтажке. Подъезд около сарая, последний этаж. Квартиру укажу, когда поднимемся.
Несколько оперативников побежали перекрывать чердак, а Гарольд, отец и еще человек пять гуськом стали подниматься по лестнице. Двое остались караулить у лифта. Чем ближе процессия подходила к 10-му этажу, тем сильнее колотилось сердце Гарольда, сильнее увеличивалась амплитуда дрожи в коленках. Вот и последний пролет…
(— да, здесь, около этой двери я проползал и обратил внимание на ядовитый цвет обивки)
Гарольд высунул нос на лестничную площадку словно собака-ищейка, и произнес:
— Вот здесь, рядом с входом на технический этаж… Эта квартира.
— Вы уверены?
— Абсолютно.
С хлипкой и ободранной дверью решили особенно не церемониться и выбить ее. Банкир и Гарольд отошли в сторонку, а два здоровенных молодца в пятнистой форме, пулезащитных жилетах и с автоматами наперевес практически не стали даже разбегаться. В образовавшийся проем ринулось еще несколько милиционеров.
Гарольд надеялся услышать выстрелы, крики, звуки борьбы, но все было тихо. Один из сотрудников вышел на площадку и доложил начальнику:
— Никого нет, кроме какого-то пожилого мужика. Храпел, поддатый. О девушке ничего не знает. Говорит, ошибка какая-то.
Банкир расстроено и укоризненно посмотрел на Гарольда:
— Вы же гарантировали…
— Ошибки нет и быть не может. Значит, девушку уже куда-то перевезли. Надо обязательно допросить мужчину. Допросить с пристрастием. Глядишь, расколем.