Вампиры в Москве
Шрифт:
Нет, я не критикую блевотный общепит и замшелую туалетную индустрию. Не тяну время в поисках ускользнувшего вдохновения. Я просто доходчиво объясняю, что привело законопослушного советского инженера на технический этаж десятиэтажки, что заставило его свернуть с натоптанного пути вечернего променажа от работы до дома. Именно на этом техническом этаже, кое-как устроившись за небольшим выступом, опершись рукой на железную ступеньку лестницы, ведущей на чердак, инженер спустил штаны и начал… Ну да прочь натурализм!
Он еще ничего не успел, как на
Впрочем, у поднявшихся на лифте превалировали другие заботы, нежели желание застукать нарушителя порядка. Краем глаза — единственной подвижной частью своего окаменевшего тела, инженер видел, как два свирепых бугая грубо выталкивали связанную девушку с заклеенным пластырем ртом. Несчастное создание умудрилось ненадолго «застрять» в дверях лифта, упершись ногами в проем и некоторое время безуспешно сопротивлялась. На шум открылась дверь одной из квартир, откуда выскочил еще один бугай — соучастник, как сразу просек Гарольд. Втроем-то они и затащили девушку во внутрь.
У бедного и изрядно побледневшего инженера временно прекратился понос, ибо не оставалось никаких сомнений в интерпретации происходящего. Он видел таких же бугаев с мощными торсами и бритыми затылками в передаче Человек и закон. Если отбросить вариант с изнасилованием, оставалось одно — похищение.
Надо срочно бежать в милицию и все рассказать, но как же сподручнее надеть штаны? Он ведь и не подумал газетку захватить, но не пальцем же?! А если все-таки пальцем и о стену вытереть?
Тем временем, та дверь снова открылась и два злодея вышли на лестничную клетку покурить да побазарить:
(— ну, все, инженер, отчертился. сейчас тебя самого в шестеренку согнут и не поморщатся)
И действительно, один из злоумышленников, жирный такой, в майке с короткими рукавами и с татуировкой змеи, пронзенной кинжалом на огромном бицепсе, подозрительно повел чуть расплюснутым носом и поморщился:
— Превратили подъезды в сортиры, срут везде. Пидоры…
— А квартиры — в КПЗ, — второй амбал пребывал в лучшем настроении и шутил.
— Да, на хрена мы девку сюда приперли?! Нет бы сразу вывезти на дачу в Лыськово.
— Как сказали, так и сделали. Седого учить будешь?
— Да нет, я просто…
Через две затяжки жирный снова забеспокоился:
— Ну, Вась, а как думаешь, папаша-то раскошелится?
— Раскошелится в натуре, куда денется. Дочка то одна. А нет, так и его долбанем.
— У него охрана.
— Охрану — по боку. Всех положим. А бабок у него — море. Видал, какое здание на Тверском бульваре отгрохали? А тачка — шестисотый,
— Да ну?
— Вот тебе и да ну. Все отдаст и еще спасибо скажет. Говорю тебе, .ля буду. Бабок у него море. Во всех газетах только и видишь: Прогма, прагма.
— Ты что, газеты читаешь?
— Рассказывали. Так что пустим козла голым в Африку… Мечтательно причмокнув и недоверчиво оглядевшись по сторонам, сообщники скрылись за дверью.
Ждать дальше становилось все бессмысленнее и опаснее, да и неприятный запах быстро распространялся. Это инженер вычислил. Вычислил и то, что сейчас желательно забыть о грязной заднице, ибо надо вспомнить о сохранности ее самой. Не до жиру!
Кое-как натянув штаны, инженер на карачках, чтобы в дверной глазок не увидели спустился до девятого этажа, потом быстро сбежал на пятый и только там вызвал лифт. На выходе из подъезда ему попалась милая девушка, которая так презрительно и уничтожительно посмотрела на него, словно он обгадился. Да уж, чего греха таить, вид непрезентабельный — весь в пыли, коленки брюк грязнущие, а какой «аромат»… Но разве это имеет хоть какое-то значение, если жив?
На улице моросило, мокрые машины тщетно пытались пробить фарами туман и дико сигналили, дабы избежать столкновений. Эта погода, не характерная для июля, навевала неприятные размышления о московском климате, который быстро портится, как и все остальное, но Гарольду было не до метких наблюдений и умных вывод. Он трусцой бежал до дому, косясь по сторонам и принимая каждый куст за преследователя, а каждую торчащую ветку — за дуло автомата или даже пушки. Дрожали поджилки — дурацкая фраза, но предельно точно описывающая состояние Гарольда. И, все-таки, опасность уже миновала. Никакие это не преследователи, а обычные кусты. Он их обманул, бритоголовых бугаев, и знает их тайну. Да что с ней дальше делать?!
Дома Гарольд отдышался, помылся, подмылся и принял целых пять таблеток активированного угля — отлично помогает при поносах, рекомендую. Испачканную одежду завернул в несколько слоев газет, в полиэтилен и спрятал на балконе, чтобы жена не унюхала. Завтра он незаметно отнесет сверток в прачечную и — концы в воду. Далее принял тридцать капель валерианы, которая отлично успокаивает, а еще далее рюмочку отличной наливки Брусника на спирте, которую держали для особых случаев.
Сегодня он заслужил рюмочку, и не одну. И не три. Он сегодня просто герой!
Чуть позже пришла жена со второй работы и, как обычно, начала выступать-выговаривать:
— Что ты так поздно заявился? Я уже устала звонить, чтобы не забыл купить куриных яиц. Забыл?
— Завтра куплю.
— Ну тогда останешься без завтрака. И, кстати, чем это пахнет?
— Пахнет? Может, канализация у соседей протекла…
— Не валяй дурака, какая еще канализация?! К наливке прикладывался?
— Да я лишь глоточек…
— Может праздник какой, денег заработал?
— Нет, но скоро…