Вампиры в Москве
Шрифт:
— Эх, ты…
У жены по причине усталости отсутствовало настроение в очередной раз объяснять Гарольду, какой он пустоцвет и недотепа, как она кошмарно ошиблась, выйдя за него замуж. Отсутствовало — ну и хорошо. Сейчас ему не до семейных сцен, он так взвинчен, что и табуреткой огреть может. Догадливая жена благоразумно хлопнула дверью в свою комнату, а догадливый муж понял, что не только завтрашний завтрак, но и сегодняшний ужин отменяются. Да какая разница, если жив?!
А наутро и по телевизору, и по радио трубили о похищении дочери известного банкира, предпринимателя и даже мецената. Вышла дочурка из модного бутика с дорогими покупками, телохранителя битой по башке огрели, череп проломили,
То та, то другая программа прерывали свои передачи, чтобы передать это обращение, а потом они резко прекратились. Нет, девушку не нашли, но позвонили похитители с соответствующими угрозами и требованиями. Этим утром на работу Гарольд забил болт:
(— вляпался ты, ох и вляпался, и не только в жидкий кал. или можешь вляпаться, это не шестеренки чертить)
Конечно, можно отправится прямиком в милицию и рассказать все начистоту. Можно отправится и к банкиру — отцу похищенной. Да не обманет ли насчет гонорара?! Как тут не вспомнить богатея из Повести о Хаджи Насредине — пока тонул, обещал золотые горы, а как спасли, так кукиш без масла. Едва скажет адрес — и больше никому не нужен:
— Спасибо за помощь следствию. Сообщим благодарность в институт.
Нужна ему благодарность! Небось белых шаров на защите не прибавит! Да и как объяснить, чем он занимался на техническом этаже?! Нельзя же так и сказать:
— Отравился несвежей котлетой в институтской столовой. Присел за кустиком, а там злой дядька стал еще более злым бульдогом пугать: не побрезгует, мол, твоей грязной задницей, сейчас отгрызет половинку! Вот и пришлось забежать в ближайший подъезд.
А объяснять придется непременно, на первом же допросе. И хорошо еще, если за раскаявшегося соучастника не примут. А что же дальше? А еще безрадостнее — «героическая» история попадет в бульварную прессу, вот сколько ее наплодилось. И уж тут журналюги начнут остроумием щеголять. Легко представить, как «понравится» его и жене и сослуживцам, когда падкие на сенсации газетенки запестрят заголовками:
Подсмотрел во время испражнения
или
Чаще гадьте в подъездах, может и вам повезет.
Конечно, безопаснее обо всем забыть или сообщить анонимно. Но ведь это уникальный шанс! Голодный желудок подсказывал и подзуживал:
(— тебе разве не надоело нищенствовать ординарным инженером, высчитывать каждую копейку?)
(— надоело!)
(— а не надоело супруге который год дарить на день рождения поганые духи, которыми воспользоваться стыдно?)
(— конечно, надоело!)
Ну, а коли надоело, коли хочется каждый день БИГ МАК кушать, то надо действовать. И как можно быстрее, ведь могут договориться и без него.
Найдя в справочнике номер банковского телефона, Гарольд позвонил, представился и сообщил, что готов помочь в розыске похищенной. Ero соединили с безутешным отцом:
— Кто вы, что знаете о моей дочери?
— Я экстрасенс. Могу достоверно определить ее местонахождение.
— С ней все в порядке?
Bсe ли с ней в порядке, инженер точно не знал. Не знал и приблизительно. Но отвечал уверенно:
— Все в порядке. Пока еще жива, но сильно напугана.
— Я собираю деньги на выкуп.
— Это бесполезно. Ее живой никогда не отпустят — она всех похитителей видела.
На другом конце провода воцарилась длительная и мучительная пауза. Банкир с кем-то совещался по поводу услышанного:
— И что вы предлагаете?
— Пришлите за мной машину с охраной, встретимся в банке и обсудим детали. И…
Так и подмывало сказать и много-много Buг Маков, но Гарольд
— И что?
— Приезжайте за мной. Записывайте адрес.
Инженер догадывался, что вступает в тяжелую игру, игру с непрогнозируемым исходом. Это не профсоюзная лотерея за 30 коп. Но выбор-то уже сделан, уже несет поток судьбы. Так что же остается пассажиру утлой лодочки? Правильно — отдаться ее непредсказуемому течению.
ВИЗИТ К БАНКИРУ
Еще никогда в жизни инженер еще не ездил в такой шикарной машине. Просторно, прохладно, сиденья удобные, кожаные, все электрическое — и люк и стекла. Стекла, кстати, затемнены. Такую тачку не то что с троллейбусом или электричкой, даже с такси не сравнить. По улице иногда проезжают такие, но чтобы внутри посидеть, об этом и мечтать не приходилось.
Машина мчалась, весело распугивая Жигулят и Москвичат своими внушительными габаритами, громкими гудками и синей мигалкой. А главное — непомерной крутостью. И такая машина везла его персонально! Эх, видели бы сослуживцы! Впрочем, путешествие быстро закончилось и джип остановился перед высокими воротами, которые бесшумно открылись. Еще десяток метров по ухоженной асфальтированной дорожке с цветочными клумбами по обочинам и услужливый охранник распахнул перед ним дверцу.
Мимо этого здания, Гарольд уже как-то проходил — тут поблизости неплохой магазинчик, где продают кооперативные овощи из подмосковных теплиц. Недешево, да и далековато от дома, но на свое 30-летие он особо не экономил. В пределах зарплаты, конечно. Еще тогда Гарольд обратил внимание, как разительно этот трехэтажный особняк отличается от окружающих домов — чугунная свежеокрашенная решетка, зеленый газон, мраморная облицовка стен, тяжелые дубовые двери с золочеными ручками.
В Прагма-Альянсе существовали жесткий пропускной режим и паспортный, контроль, но для такого посетителя сделали исключение. Да и не похож он на матерого преступника, способного в одиночку ограбить банк — щуплый, тщедушный, рябой. Походил ли на экстрасенса, этого никто не знал — тогда единственным специалистом в этой области выступал лишь Кашпировский, пытающийся погрузить всю страну в транс. А этот чем хуже?!
Раньше Гарольд никогда не посещал коммерческие банки, да и что там делать с его мизерным окладом — не счет же открывать! Отделение Сбербанка, что рядом с домом, не в счет. Там он оплачивает квартплату и телефон, да и сберкнижку имеет, на которую иногда перечисляют копейки по хозрасчетным темам, но отделение столь же разительно отличается от банка, как троллейбус от джипа. Там толкутся плохо одетые люди, большей частью пахнущие потом, а не духами, которые жалуются на дороговизну и инфляцию, ругают власть и коммунистов. Здесь же бесшумно работают фирменные кондиционеры, мягкие ковровые дорожки изумляют чистотой, в кадках растут живые пальмы и даже бьет маленький фонтан. А рядом еще круче — водопадик. Это красивая жизнь и всего в двух шагах от него. А может и ближе.
Гарольда проводили наверх, к самому главному. Пока самый крупный «банкир», с которым «посчастливилось» пообщаться инженеру, работал мелким бухгалтером в их институте. Именно с ним Гарольд воевал долго, но безуспешно, из-за почему-то не начисленной десятки (10 руб).
Входя в кабинет с надписью Председатель Правления, где роскошь просто била в глаза, Гарольд почему-то ожидал увидеть классического буржуазного жирдяя, этакого персонажа из Трех толстяков. Отнюдь — весьма моложавый, весьма худощавый, и явно не дурак. Такой мог легко вычислить, но отступать некуда, да и при таких делах даже у самых умных крыша едет.