Вальс с судьбой
Шрифт:
– Главное - закусывать, - я спрятала список в один из шкафчиков и повернулась к Перворожденному: - Простите, но если у Вас нет ко мне больше вопросов, я попрошу Вас удалиться. Мне нужно закрывать лавку.
– Что ж, не буду больше Вас задерживать...
– Но позвольте все же узнать Ваше имя, - прервала я неоконченную фразу Перворожденного.
– Эвар, просто Эвар, госпожа Лина, - мужчина улыбнулся и, чуть склонив голову, покинул лавку, оставив после себя еле заметный аромат осенних листьев.
Интригующе.
Что делал Перворожденный в Оратане накануне празднеств? Тем более, тайком? Зачем хотел заказать запрещенные эликсиры? Проверял? Или надеялся, что я позарюсь на лишние деньги, которые никогда не бывают лишними?
Неужели он не понимал, что слишком мало времени прошло с Перемирия Вэйарка? Не зря ведь Перворожденные не покидали свои леса: чтобы вражда была забыта, должна пройти не одна сотня лет. Даже если таинственный Эвар и не замышлял чего-то... дурного, то его красивое лицо могло кому-то не понравиться... Очень не понравиться.
Впрочем, это были не мои проблемы - меня ждал королевский бал. Оставалось лишь придумать, как использовать его с наибольшей выгодой для себя-любимой.
С этими серьезными и важными размышлениями я покинула лавку, направляясь к Миларе. Лишь потом, стоя перед ажурной калиткой, поняла, что упустила более важную деталь. Я не подумала о том, что прихожу в дом герцога д'Айрама лишь во второй раз и, во-первых, одета как лавочница (а платье поприличнее в этот раз осталось висеть в шкафу!) и, во-вторых, совершенно не подумала о том, как себя вести и что говорить. Опыта общения с герцогами вне лавки у меня не было.
Я тряхнула головой. Вот и потренируюсь. Как-никак, завтра королевский бал.
Окинув взглядом калитку, я обнаружила первую проблему: отсутствие какого-либо колокольчика или молоточка. И как прикажете дать о себе знать? Прыгать и размахивать руками? Красочно представив эту картину, я перешла к разглядыванию того, что располагалось за калиткой. Авось, повезет?
За калиткой была видна ведущая к крыльцу дорожка из белого песка, по краям которой росли красные и желтые тюльпаны. Красиво. Богато. Впрочем, на фоне трехэтажного белоснежного дома герцога д'Айрама, они не выделялись. Рядом с подобным домом трудно было представить что-то менее красивое.
Дом, когда-то построенный лишь как четырехугольное жилище, ныне был украшен... не знаю, как это называлось. Ажурность была не только на калитке, но и на окнах, на дверном проеме. По мне, так слегка перебор. Впрочем, богатеям виднее.
Да где же хоть какой-нибудь слуга?! Вымерли они что ли?
Видимо, мои молитвы были услышаны: за калиткой появился одетый в темно-зеленый камзол мужчина. Стройный; на бедре - короткий клинок; в светло-карих глазах - надменность; аккуратные усики над пухлой губой и модно остриженные темно-каштановые волосы. С удивлением окинув меня взглядом, мужчина произнес:
– Вас приглашали?
– Да, госпожа Милара д'Айрам пригласила меня. Мое имя Лина.
Слуга (а, выходит, это был слуга) вновь окинул меня недоверчивым взглядом и открыл калитку. Н-да, я его понимала. Внешне я не очень-то вписывалась в окружающий вид. Никак не вписывалась. Здесь, похоже, даже слуги были одеты богаче меня.
Мысли неслись вперед, вызывая робость и неуверенность. Слуга же, словно специально, вел меня длинным коридором, на стенах которого располагался ряд портретов герцогов и герцогинь рода д'Айрам. Их взгляды были полны презрения.
Когда мы остановились перед изящными дверями, за которыми явно был шикарный зал, моя робость и неуверенность висели надо мной, словно грозовая туча. Хотелось развернуться и позорно сбежать. Поймав меня на этой трусливой мысли, внутренний голос наконец-то очнулся и возопил весьма... емко и красноречиво. Я хмыкнула, озадачив слугу, что открывал двери. От былой робости не осталось и следа: тренировка в полевых условиях...
– Госпожа... Лина.
В небольшой гостиной было красиво, но не уютно. Герцогиня оторвалась от шитья и вежливо улыбнулась, а Милара явно с радостью отложила свое шитье и стремительно бросилась навстречу.
– Лина! Я так рада тебя видеть! Вижу, ты уже познакомилась с моим братом.
Я окинула скептическим взором своего провожатого.
– Так он - твой брат?
Похоже, брат Милары не ожидал подобного тона от столь скромно одетой девушки. Я мысленно хмыкнула: он не знал, сколь вредной я порой бываю. Все же отдам ему должное, он легко взял себя в руки и с поклоном произнес:
– Это моя вина. Прошу простить, - насмешливый взгляд в глаза я выдержала: - Ламиар д'Айрам к Вашим услугам.
– Лина, просто Лина, - я вежливо улыбнулась во весь ряд зубов: - А я решила, что Вы - слуга.
Милара, спрятав смех за кашлем, подхватила меня под локоть и произнесла:
– Братец, маменька, прошу нас простить. Нам надо готовиться к балу.
Милара выпорхнула из комнаты, увлекая меня прочь, и лишь потом искренне рассмеялась:
– Ну, ты даешь! Как ты его! Он, наверное, до сих пор в себя приходит. Его приняли за слугу! Позор! Ха-ха-ха...
Мы шли по коридору, направляясь в комнату Милары. Дав девушке отсмеяться, я сказала:
– Откуда я могла знать, кто он? Он сам не представился. Я же его ни разу не видела. Что он вообще за фрукт?
– Фрукт?
– Милара хихикнула: - Мой старший братец без года выпускник школы Четырех Стихий и полноправный маг Гильдии.
– Без года? Значит... ему не больше тридцати лет. Туда старше пятнадцати не берут, и учат пятнадцать лет. Ну, иногда быстрее... но это уже будущих архимагов. Думаю, твой брат не из таких.