Вакханка
Шрифт:
– Нннаверно, - чуть дрожащим голосом ответила я. Его сила и желание были столь откровенными и яркими, что я мгновенно теряла самообладание.
Услышав мой ответ, Лекс спокойно выпустил меня из объятий и повёл к выходу. Словно ничего и не произошло. Передо мной снова был мой улыбчивый, мягкий тигр, перешедший от опасных игр к благодушному лежанию на траве.
– Я хочу отвезти тебя в одно интересное место, - сказал он, протягивая мне шлем.
– Но сперва нам придётся заехать ко мне домой. Я должен переодеться.
– Что за место?
– Потому что в мото-экипировке в ресторан не пускают.
– Ресторан?
– Ну я же обещал принцессе ресторан и байк вместо бухла и дорогой тачки, - улыбнулся он.
Мы снова сели в его огромный мотоцикл и поехали распугивать автомобили на дороге. Музыка звучала громко, заглушая шум двигателя и биение наших сердец. Странное, неведомое прежде ощущение лёгкости и свободы накрыло меня с головой.
На этот раз нас сопровождал лирический тенор Валерия Кипелова. Ария с детства была моей любимой группой, и я в который раз поразилась, сколько общего с каждым днём обнаруживается между мной и Лексом. Это заставляло сердце биться быстрее, но я все ещё не могла поверить, что это может быть правдой.
“Открой глаза, коснись меня,
Ты пахнешь соблазном и медом,
Исчезнет грязь осколков дня,
Ударит в гонг природа,
Крадется ночь, как чёрный зверь,
Вибрирует в лунном свечении,
Скребется в дверь, стучит в окно,
Ей холодно одной. Холодно одной.
Лаская ночь, коснись меня, имя тебе - Искушение…”
(с) Ария “Искушение”
Я вздрогнула, проникнувшись моментом, и сильнее прижалась к широкой спине Лекса. Мужчина передо мной, словно почувствовал моё стремление оказаться ближе, и чуть замедлил движение байка, расправив плечи, еле-еле откинувшись назад.
Я просунула руки под его распахнутую куртку, нащупав ткань рубашки. Провела по гладкой материи, а потом осторожно вынула её полы из штанов, забравшись прямо к его телу.
Шелковистая горячая кожа мягко демонстрировала мне округлости мускулов, косых мышц живота, кубиков пресса. Я чуть облокотилась шлемом о его спину, закрыв глаза, стараясь глядеть кончиками пальцев…
Лекс вздрогнул, когда мои руки стали чуть более настойчивыми, опускаясь к его штанам и ловко забираясь под них. Трепетно вздохнув от предвкушения я коснулась его естества. Оно оказалось твердым и напряженным, как камень. Вспомнились слова Жана Сагадеева из одноимённой песни: “Как фреза под 30ХГСА”. А последний набор букв и цифр, как можно догадаться, был маркой стали.
Но насладиться моментом я не успела.
– Милая, убери свои чудные ручки, пожалуйста, иначе наша поездка может закончиться чуть раньше, чем я планировал.
Мужской голос настойчиво прорывался сквозь притихшую музыку. Тяжелее, чем хотелось бы, вздохнула и откинулась назад.
Очень скоро мы выехали за МКАД и попали в какой-то коттеджный посёлок. Высокие кирпичные дома с диковинными крышами и разнообразными фасадами радовали глаз и наводили на мысли о многочисленных нулях после
Хотя, может быть, он живёт вовсе не здесь, а мы просто проезжаем мимо?
Но нет, мотоцикл плавно остановился рядом с одним из крупных особняков. Лекс открыл автоматические ворота с красивой художественной ковкой. И мы въехали в большой уютный гараж.
А может, он - сын богатых родителей?
– Ты здесь живёшь?
– спросила я, слезая с мото.
– Нет, - усмехнулся он, заглушая двигатель.
– Это гараж, а я живу в доме напротив.
Я улыбнулась в ответ, снимая куртку и шлем.
Мы вышли из гаража, где помимо байка, стояла ещё одна весьма солидная машина. Темно-синяя, как ночное небо. На капоте красовался логотип - что-то вроде крыльев или птички с буквой “В”…
– А что это за машина?
– спросила я с любопытством осматривая четкие обтекаемые линии, специфическую форму и отсутствие крыши, созданные специально для комфортной езды.
– Bentley Continental, - ответил он с лёгкой улыбкой.
– Нравится?
Я подняла на него невинно хлопающие глаза и ответила:
– Я не особенно разбираюсь в машинах. Но выглядит, вроде, неплохо.
Лекс фыркнул, закатив глаза и ухмыльнувшись.
– Ты - просто прелесть. Пойдём.
Обнял меня за талию и повёл в дом.
Широкие ступеньки привели нас на массивное крыльцо, а затем и в сам особняк.
В доме оказалась целая прорва комнат. Бильярдная, джакузи, зал с мини-кинотеатром, кабинет, столовая, несколько спален и туалетов. На некоторое время я потерялась в этом мирке, который очень сложно было назвать “маленьким”.
– Подожди здесь, - бросил мне Лекс, оставляя меня в гостевом зале.
– Я переоденусь и приду.
На стенах висели картины. Все они были нарисованы маслом, ни единой печатной. Была даже картина из войлока и ещё одна - из янтаря. Большой телевизор в пол стены, кресла из кожи шоколадного цвета с перетяжками в стиле гостиных восемнадцатого века, большой стол из натурального камня.
Кое-где в рамках стояли фотографии. Маленький мальчик с голубыми глазами. Рядом мужчина и женщина. Видимо родители. Я пригляделась внимательнее, коснувшись наивного детского лица, так похожего и, одновременно, так отличающегося от моего Лекса.
– Доброго дня!
– раздался голос из-за спины. Я резко развернулась, будто пойманная за чем-то непристойным.
На пороге комнаты стоял мужчина лет шестидесяти. Высокий, статный. Безумно похожий на постаревшего Лекса. А ещё это явно был тот самый мужчина с фотографии, что стоял рядом с маленьким наивным мальчиком.
– И вам доброго дня, - улыбнулась я и покраснела.
Вот уж никак не собиралась сегодня знакомиться с родителями своего любовника. Я ж еще даже ничего о нем не знаю! Кроме имени и, простите за выражение, размера члена!