Вакханка

Лайм Сильвия

Мужчина добродушно улыбнулся и прошёл в зал.

– Вы - знакомая Саши?
– спросил он, доставая из комода серебряный портсигар, а оттуда толстую сигару.

– Да, - неуверенно ответила я, сложив руки в замок. Вот же, блин! И имя-то я его, оказывается, не знала! Думала, какой-нибудь “Алексей”!

– Да вы присаживайтесь, - мягко сказал он, указывая на кресло.

Достал гильотинку для сигар, откусил кончик.

– Хотите чего-нибудь выпить? Вино, шампанское, коньяк, виски?
– спросил он.

– Нет,

что вы, спасибо, - ужаснулась я. Пить тяжёлые напитки с папой своего мужчины мне представлялось не самым правильным началом знакомства.

– Вы не пьёте?
– приподнял бровь он.

– Только, если повод есть, - пожала плечами.

– Тогда, может сигару?

– Не курю даже по особым поводам, - зачем-то кисло улыбнулась.

Но отец ответил доброй улыбкой.

– Это большой ваш плюс, - сказал он и не стал поджигать сигару.
– Меня зовут Лев Алексеевич. А вас?

– Милана, - ответила я и, видя недоумение на лице мужчины, сморщившись, добавила: - Да, так меня папа назвал.

Складки на лбу Льва Алексеевича тут же расслабились. Может, он подумал, что это мой псевдоним для склеивания сыночков олигархов?

– Красивое имя! Ваш отец - большой оригинал!

– Был, - добавила я.

– Ох, прошу прощения.

– Спасибо.

– А ваша мама?
– продолжал расспрос он, и я опять немного болезненно сморщилась.

– Я - сирота. У меня только мачеха и две сводных сёстры.

– Сочувствую, - серьёзно ответил отец Лекса.
– Ну, тогда не будем о грустном! Как вам дом моего сына? Не правда ли шикарен до неприличия?

Я опять покраснела, не зная, как отвечать на этот вопрос. Что это было: шутка или тонкий прикол?

– Красивый, - нейтрально кивнула я.

– А вы наверно уже видели его личную коллекцию. Как вам она?

Мужчина выжидательно посмотрел на меня, казалось, улавливая любые изменения лица. В этот момент я поняла, откуда у Лекса подобная черта.

– Я не знаю, о чем вы, - пожала плечами.

– Как?
– абсолютно по-настоящему удивился отец. И тут же поманил меня в какую-то комнату в конце коридора.

Скрипнула дверь, мужчина хлопнул в ладоши, зажегся золотисто-желтый свет. А моим глазам предстала удивительная зала, наполненная стеллажами с антибликовыми стеклами. А внутри лежали разнообразные экспонаты, возраст которых превышал десятки веков.

– Не может быть, - прошептала я, - припадая к стеклу, завороженно раскрыв глаза.

Там, на первом стеллаже стояли несколько идеально сохранившихся древнегреческих ваз и микенских кувшинов. На подписи стояло: “Тринадцатый век до н.э.”

– Глазам своим не верю, - прошептала я.
– Потрясающий пример знаменитой вазописи, выполненной керамическим способом. Подобные этим экземплярам можно найти только в Мюнхенском музее античности.

– Вы интересуетесь Грецией?
– раздался очень довольный голос Льва Алексеевича

где-то в стороне.

– Я - археолог. Ну, то есть планирую однажды им стать, - ответила я, переходя к следующему артефакту.

Там стоял один чернофигурный скифос - что-то вроде неглубокой пиалы. И две красноватых амфоры. Судя по цвету глины - из Аттики.

На следующем стенде шли древние украшения греко-итальянского происхождения. Золотые цепи, венцы и серьги.

– Это просто какое-то чудо, - выдохнула я.
– Но откуда все это?

– Мой сын закончил Археологический. Когда-то он даже думал, что это его призвание, - сказал задумчиво отец.
– Но затем он начал свой бизнес, и все сложилось иначе.

Я не успевала удивляться. То, что Лекс закончил мой ВУЗ, я уже поняла. Но мне ни разу не пришло в голову, что это о чем-то говорит. Кроме того, передо мной экспонаты античного мира. Не древней Руси, Кавказа, Урала. Не того, что ближе всего к нам. А именно Греко-Римской древности. Выходит, наши интересы находятся настолько в одной плоскости, что даже страшно.

– Может расскажете, откуда вы знаете моего сына?
– между тем продолжал Лев Алексеевич.

Я прикусила губу. Не могла же я ответить, что он танцевал мне приват-танец в первый день нашего знакомства?

– Мы познакомились на работе, - мягко сказала я.

– Правда?
– удивился он.

– Все. Если он начнёт расспрашивать дальше, я поплыву. Я ведь вообще не в курсе того, где днём работает мой ухажер!

– Папа, ты уже здесь?
– спросил Лекс, появляясь в дверях. А с моих плеч будто мешок с песком упал.
– Я вас потерял. Как ты вошёл?

– Ты забыл закрыть дверь, - сказал Лев Алексеевич.
– А от ворот у меня есть код.

– Ну да, - задумчиво ответил сын.
– Я собирался сразу выходить…

– Мы тут познакомились с твоей подругой, - улыбнулся он.
– Милая девушка!

Лекс приподнял одну бровь и тоже улыбнулся.

– Я рад, - коротко ответил он. А я, словно чего-то недопоняла.
– Нам пора, Мила.

Он протянул ко мне руку, и тут я соизволила, наконец, рассмотреть, в чем он одет. Мягкие кашемировые брюки, чёрная рубашка под чёрным приталенным пиджаком. Верхние пуговицы ворота расстегнуты, на груди виднеется цепь белого металла. Он был невероятно красив.

– А куда мы поедем?
– спросила я, подходя ближе и, немного волнуясь, вложила руку в его ладонь.

– Скоро увидишь. Я знаю тут чудесное место, - сказал он мне и добавил отцу: - Папа, я вернусь поздно. Дверь закроешь за собой. Ключи ты знаешь, где.

Мы вышли во двор, а затем на дорогу рядом. Как оказалось, там нас уже ожидало такси.

– Так отец не живёт с тобой?
– Спросила я, садясь в серебристый Mercedes. Первый раз вижу такое дорогое такси.

– Нет. С чего бы? Это мой дом, - пожал плечами он.