В погоне за счастьем
Шрифт:
Хорошо, хорошо… я знаю, что ты злишься, но… что такого, если я задержусь еще на одну ночь?.. Да, да, да… ты права… но послушай, это не значит, что я хочу быть вдали от тебя… Ты же знаешь, что я тебя люблю… Послушай, лишняя ночь в Олбани означает дополнительные командировочные в десять долларов… Ладно, ладно… Я тебя тоже, дорогая… Скажи Чарли, что я люблю его… и да, завтра в пять, без опозданий… Хорошо, пока.
Я выждала мгновение, потом открыла дверь. Джек прикуривай сигарету и наливал бурбон в стакан
Рассказывай.
Да ерунда.
И из-за этой ерунды на тебе лица нет?
Он пожал плечами:
Просто неприятный деловой звонок, вот и все.
Я отпустила его, прошла в ванную, взяла второй туалетный стакан, вернулась в комнату и тоже налила себе бурбона.
В чем дело? — спросил он.
Ненавижу, когда мне врут.
С чего ты взяла, что я тебе вру?
Просто неприятный деловой звонок.Я слышала, с кем ты говорил по телефону.
Что значит «слышала»?
Я стояла за дверью…
Подслушивала, что ли?
Просто не хотела заходить, пока ты говоришь с Дороти.
Или захотела послушать, о чем…
Какого черта я стала бы подслушивать, Джек?
Я не знаю. Тыже стояла под дверью…
Только потому, что мне не хотелось ставить тебя в неловкое положение своим внезапным появлением…
Извини, — вдруг произнес он.
Никогда не лги мне, Джек. Никогда.
Он отвернулся, уставился в мутное окно, за которым просту тусклые огни делового Олбани.
Я просто подумал… не знаю… наверное, тебе было бы неприятно узнать, что я поругался с Дороти.
Дурак ты, Малоун. Может, мне и не нравится то, что ты женат, но это твоя территория — и я вынуждена с этим смириться. Только пойми, что, если наши отношения будут продолжаться, тебе придется постоянно врать Дороти. Сможешь — отлично. Ну а если нет, я уеду сегодня же, последним поездом.
Он повернулся и тронул меня за руку:
Не уезжай.
И о чем был спор?
Она хотела, чтобы я вернулся домой сегодня вечером.
Значит, тебе следовало бы вернуться.
Но я хотел остаться здесь, с тобой.
Я, конечно, очень ценю это, но только если бы ты не начал врать мне, чтобы прикрыть ложь, припасенную для Дороти.
Я идиот.
Мне удалось улыбнуться.
Нет… ты женатыйидиот. Так она заподозрила что-то?
Да нет. Просто ей одиноко. И я совсем запутался. Иногда мне так хочется, чтобы Дороти не была такой порядочной и понимающей. Если бы только она была сукой…
Тогда все было бы замечательно?
Я бы не чувствовал себя таким дерьмом.
Бедный ты,
А ты, оказывается, можешь быть жесткой, — сказал он.
Приходится. Нелегко любить человека, который разрывается между двумя женщинами.
Здесь другое. Тебя я обожаю.
Но с ней связан обязательствами.
Он пожал плечами. И сказал:
У меня нет выбора.
Итак, перед тобой дилемма. Вопрос в одном: ты собираешься оставить эту дилемму неразрешимой?
Что ты предлагаешь?
Организуй свою жизнь так, чтобы быть и со мной, и с Дороти. Разделяй мышление. Будь французом.
К ты сможешь это выдержать?
Не знаю. Время покажет. На самом деле меня больше волнует, сможешь ли ты это выдержать, Джек?
Я тоже не знаю.
Что ж, я попытаюсь, Джек. Если этот роман превратится в процесс самобичевания, я уйду. Я знаю предел своих возможностей. Так что тебе решать, любовь моя.
На следующее утро мы вернулись на Манхэттен. На Центральном вокзале он крепко прижал меня к себе.
В ближайшие несколько дней мне лучше побыть дома, — сказал он.
Наверное, да.
Могу я тебе позвонить?
Тебе обязательно нужно задавать этот вопрос?
Он коснулся моих губ поцелуем.
Люблю тебя, — сказал он.
Как-то неуверенно это прозвучало.
Тебе показалось.
Его не было слышно весь следующий день. И еще один день. И еще один. Вполне естественно, что его молчание довело меня до сумасшествия. Потому что оно могло означать только одно: все кончено.
Наступил и прошел уик-энд. В понедельник я весь день просиди ла у телефона, на всякий случай. Но он так и не позвонил. А во вторник, в половине седьмого утра, раздался звонок в дверь. На пороге стоял он. За его спиной я увидела такси, ожидавшее у подъезда. Его лицо просияло, когда я открыла дверь, хотя я была в ночной сорочке, да и вообще вид был заспанный.
Ты готова? — спросил он.
Где ты был, черт возьми? — сонно спросила я.
Все расскажу потом. А сейчас я хочу, чтобы ты оделась, собрала вещи…
Я никуда с тобой не поеду.
Все очень просто: нам забронированы билеты на поезд до Вашингтона, который отправляется в восемь сорок семь с Пенсильванского вокзала. Потом мы три дня живем в отеле «Мэйфлауэр» и…
Джек, я бы хотела получить объяснения…
Он поцеловал меня:
Позже, дорогая. Я еще должен забежать в офис до отъезда.
А кто сказал, что я еду? И какого черта ты вдруг решил преподнести мне такой сюрприз?
Потому что эта мысль пришла мне в голову десять минут назад. Поезд отходит с семнадцатого пути, Пенсильванский вокзал. Будь там не позднее половины девятого. В общем, у тебя полтора часа, чтобы собраться и доехать до вокзала.