В ловушке

Холлинс Вера

Я схватила его за предплечья, становясь все холоднее и холоднее.

— Ты вообще меня слышишь, Блейк? Нам нужно убежать вместе! Мы найдем кого-нибудь с телефоном и позвоним в полицию.

— Джесси. — Он взял мои руки в свои. — Я не могу упустить эту возможность. Я не могу просто сбежать, когда наконец могу отомстить.

— Нет, Блейк. Пожалуйста. Подумай об этом. Пожалуйста. Я умоляю тебя не делать этого. Давай сбежим вместе и вызовем полицию. Они получат большой срок за то, что сделали с Эммой.

Он просто долго смотрел

на меня, и каждая новая секунда была мучительной, потому что моя надежда сталкивалась с болью, которая поглощала меня все больше. Если он не передумает…

— Или… или ты можешь просто выстрелить им в ногу или что-то в этом роде, — добавила я, отчаиваясь. — Ты можешь сильно их ранить. Да. Ты можешь ранить их, и они, типа, будут сильно истекать кровью, и это будет приятно, да? — Теперь я лепетала весь этот бред, пытаясь сделать все возможное, чтобы заставить его изменить свое мнение. — Ты можешь заставить их страдать, пытая их долго и медленно, и это все равно будет жестоко, да? Есть много способов пытать их…

Он сжал мои руки.

— Джесси…

— Пожалуйста, — прошептала я. Слеза скатилась по моей щеке. — Пожалуйста, не покидай меня.

Он обхватил мою щеку и смахнул слезу большим пальцем, глядя на меня с грустью, которой не было равных.

— Я не хочу оставлять тебя. Я хочу сделать тебя счастливой.

— Тогда сделай меня счастливой. Дай нам шанс. Есть и другие способы отомстить. Пожалуйста, Блейк.

— Джесси, я… — Он убрал руку с моего лица и закрыл глаза, глубоко вздыхая. — Я не знаю, что делать. Я понятия не имею.

— Живи, — сказала я. — Найди способ вырваться из своего прошлого и жить. А я буду здесь. Я буду ждать, когда ты выйдешь, и помогать тебе до конца. — Я положила руку ему на сердце, и из моих глаз потекло еще несколько слезинок. — Я помогу тебе увидеть, что у тебя есть еще много всего, ради чего стоит жить. Ты снова можешь быть счастлив. Я сделаю все возможное, чтобы сделать тебя счастливым.

Он изучал мое лицо в те долгие секунды, которые тикали, его сердце бешено колотилось под моей рукой. Я едва могла дышать, отчаянно надеясь, что достучалась до него.

Он вытер одну слезу с моего лица, затем другую. И еще одну…

— Хорошо, — сказал он, спустя целую вечность.

Мое сердце остановилось.

— Хорошо?

— Хорошо. Давай уйдем отсюда.

Меня охватило невиданное ранее облегчение, и я притянула его в свои объятия, крепко обхватив руками его талию.

— Спасибо! — Сказала я ему в грудь. — Спасибо, спасибо, спасибо.

Он поцеловал меня в макушку.

— Оставь свои благодарности на потом. Пойдем, пока они не вернулись.

Он взял меня за руку и направился к двери. Стук моего сердца звучал слишком громко для моих ушей, когда он потянулся к дверной ручке, и сотня плохих сценариев пронеслась в моей голове, пока я ждала, когда он ее повернет. Я глубоко вздохнула, когда он открыл дверь, а за ней никого не

было.

Мы поднялись по лестнице на первый этаж, и он остановился на верхней ступеньке.

— Подожди меня здесь, пока я проверю, заперта ли задняя дверь, — прошептал он, отпуская мою руку.

Мрачная мысль о том, что я в последний раз держу руку Блейка, мелькнула у меня в голове, и я застыла, как приклеенная к земле. Это плохо.

Он выглянул из-за деревянных перил, чтобы посмотреть в коридор, из которого мы пришли, и бесшумно прошагал к задней двери, которая теперь казалась слишком далекой. Мое тело жаждало пошевелиться, проверить, где они, оттащить Блейка от этой двери, но я ничего не делала, считая секунды, которые казались часами.

Он попробовал открыть дверь, но она была заперта. Плохо. Это очень плохо. Рядом с этой дверью коридор заканчивался тупиком, а это означало, что единственный выход был тот, которым мы вообще сюда попали. Нам нужно было пройти через гостиную, которая была соединена с холлом, так что у нас не было возможности уйти незамеченными.

— Что теперь? — Прошептала я одними губами, приближаясь к нему на шаг.

— Подожди, — прошептал он в ответ, подняв руку в покадровой съемке. — Я поищу другой путь. Не двигайся.

— Нет, Блейк… — начала я, но он не послушал, направившись в сторону гостиной.

Я сжала руки в кулаки. Я знала, что ему не следует туда идти. Они увидят его и…

Грохот из гостиной заставил мою кровь застыть в жилах.

— Блейк, — простонала я.

Еще один грохот пронесся в воздухе, и я метнулась по перилам под звуки борьбы и хрюканья. Я едва успела сделать два шага, как Айзек вышел из гостиной и бросился ко мне с пистолетом. С криком я бросилась по перилам и вниз по лестнице в подвал, паника обожгла мне легкие, когда он выстрелил в меня из пистолета.

Я снова закричала, шатаясь. Что я могла сделать? Я не могла убежать! Всего через несколько секунд он доберется до меня и убьет меня… Мои глаза лихорадочно метались по пустой комнате…

Веревки!

Но…

Нет, я должна это сделать.

Я схватила веревку и остановилась рядом с открытой дверью в последний возможный момент. Айзек ворвался внутрь, не видя, как я прячусь в стороне, и я действовала инстинктивно.

Я набросила веревку ему на шею и потянула так сильно, как только могла, адреналин хлынул через мою систему.

— Сука, — выдавил он, ударив меня локтем в живот.

Я осталась без воздуха, когда тошнотворная боль пронзила мой живот, и я почти отпустила веревку. Проталкиваясь сквозь нее, я дернула веревку еще сильнее, борясь с ним, пока он пытался сбить меня с ног. Его задыхающиеся звуки смешались с моими громкими хрюканьями, когда он снова попытался ударить меня локтем, но я едва увернулась, и веревка глубоко врезалась в мою кожу, когда я потянула ее еще сильнее.

Он захлебнулся и хлюпнул, отступая: