В Игре брода нет.
Шрифт:
– Вряд ли, мастер, - заявил Эдик, - он ведь проводил опыты с животными. Что там можно сделать такого, чтобы так рвануло?
– А что можно сделать такого с зельем левитации, - раздался тихий спокойный голос, заставивший всех вздрогнуть и обернуться, - чтобы любого, кто его выпьет, подняло метров на сто и разорвало как воздушный шарик?
– Что?!
– возмущенно закричал изобретатель зелья.
– Оно ещё не закончено! Там не хватает нескольких компонентов.
– А я бы сказал, наоборот - парочка лишних, - всё также бесстрастно ответил Зар.
Я
~ Это почему это у меня?
– не смог промолчать тот.
– Ты у нас тоже язва ещё та! И когда это я отцом успел стать, а?
~ Ты сам обещал всех усыновить!
– парировала я.
~ Обещал, но после того как ты на мне женишься. Тьфу, дура, совсем запутала - как я на тебе женюсь! Так что - сначала свадебка, а вот потом посмотрим, куда всю твою шайку малолетнюю девать!
Пока мы предавались "милым семейным разборкам", события вокруг начали набирать скорость. К шкафу с "недоработками" Эдигорана подошёл его учитель, внимательно рассмотрел зелье левитации, разгневанно высказал ученичку всё, что он думает о таких раздолбаях, которые не могут сделать элементарных вещей и не замечают ошибок, допустимых только для первогодок. Затем Словэй переключился на мальчика, его маг рассматривал гораздо дольше, даже пощупать хотел, но был остановлен легким покачиванием головы и пугающей невозмутимостью в детском взгляде. Тогда прикрыв глаза, маг словно задремал.
– Ауру читает, - шепнул мне Эдик, а Зар кивком подтвердил его слова.
– Так-так-так, - протянул мастер Хансар, отошёл к окну, задумчиво постоял там, стремительно вернулся назад, сделал ещё два полных круга по комнате, что-то бормоча себе под нос, затем упал в кресло, рисуя какие-то загорающиеся жёлтым символы в воздухе, позвал фракката, предложил ему сесть напротив и спросил, внимательно наблюдая за малышом:
– Если я правильно понял, то ты можешь читать ауры и видишь структуру заклинаний и зелий?
– Да.
– Так это ты перенёс всех сюда?
– догадался Эдик.
– Да.
– Как ты это сделал?
– нетерпеливо спросил Словэй.
Весело! Он что ждёт, что двухлетний ребёнок сейчас расскажет весь процесс телепортации, используя специальные магические термины, да ещё и продемонстрирует эту… как её… структуру заклинания? Тоже мне собрата академика нашёл!
– Это закрытая информация.
– А что ты ещё умеешь?
– Это закрытая информация.
Вот! Знай наших!
– Учитель, - воскликнул вдруг Эдигоран, - я понял, что мне показалось знакомым, когда я снимал слепок* заклинаниятелепортации. Помните ту проекцию, что Вы в школе показывали, ну, когда Страж сдвигал русло реки. Вот! И там, и здесьесть общие штрихи.
– Ты хочешь сказать, что этот малыш - Страж?
– усмехнулся тот.
– Но ведь у Стражей не бывает детей, их женщин тоже никто никогда не видел.
– Магическое поле тоже не все видят, - парировал Эдик, - но это
– Это так, - улыбнулся пожилой мужчина, - но достоверно известно, что число Стражей весьма ограничено. Существует специальная база, где собраны изображения всех Стражей. Имён их, к сожалению, никто не знает. И за четыреста лет их численность не увеличивается, а сокращается. К тому же они такие правильные. Неужели ты думаешь, что в таких условиях, они бы оставили своего ребёнка человеку?
– спросил маг и обернулся ко мне.
– Лариса, а где ты его нашла?
– В лесу, сразу после перемещения в Мэйдес.
– Один в лесу, значит, - протянул мастер Хансар, - нет, не может быть. Я считаю, что Стражи и брошенный ребёнок - это вещи несовместимые!
Ты что-нибудь помнишь о своих родителях?
– уточнил он у Зара.
– Это закрытая информация.
– Да что ты заладил "закрытая информация, закрытая информация", - раздосадовано буркнул Эд.
– Кто её закрыл-то?
– Похоже, я знаю, кто, - задумчиво начала я.
– Есть тут одна наглая шайка любителей непонятных игр.
Договорить мне не дал раздавшийся со двора шум. Интересно, что там за крики? Я подошла к окну, выглянула. Мама дорогая, это ещё кто? Откуда?
Снимать слепок заклинания* - фиксировать ментальную проекцию структуры заклинания.
Сэм Винфорд
При свете дня наш номер не казался таким уж мрачным: стены не грязно-коричневые, а жёлтые (хотя всё равно грязные!), мебель хорошая, добротная, даже обивка мягкого кресла, притаившегося в углу у книжного шкафа, не такая облезлая (это всего лишь пыль). Зеркало, очищенное от паутины, отражало моё заспанное лицо и старую картину на стене, изображающую, видимо, эмблему этой гостиницы - аража, а кривоватая улыбка на морде зверя, похоже, символизировала его доброту. На тумбочке рядом с кроватью откуда-то появилась ваза с цветами. А скачущие на физиономии "опасного преступника Вилантия Карби" солнечные зайчики заставили улыбнуться.
Кроме меня в комнате присутствовала только толстая крыса (или крыс), внаглую присвоившая себе мой завтрак. Шуганув воришку, который, даже отступая, не поленился уволочь с собой уже изрядно покусанную сдобную булку, я взял со стола яблоко (вроде не тронуто) и выглянул в окно. В этой части двора располагался небольшой уютный садик: ухоженная клумба, несколько фруктовых деревьев, кусты с большими жёлто-голубыми цветами, рядом с ними столик под увитым плющом навесом. Там сидели Ай, хозяин таверны и ещё пара типов из тех, чьими портретами стражники украшают все доски объявлений в городе. Все четверо активно резались в карты. Между беседкой и кустами клубился лёгкий утренний туман. Туман? Стоп! А Лерка где? Я пригляделся внимательнее и заметил кое-что странное - дымка охватывала игроков полукругом, почему-то совсем не задевая Айверина. Полупрозрачная пелена то уплотнялась, становясь темнее, то вновь светлела, иногда там возникали небольшие завихрения.