В ходе ожесточенных боев

Мазурин Олег

— Как на счет выборов, Толстый? Готовишься? — поинтересовался вор у соратника.

— Да, конечно, — подтвердил с готовностью политик. — Нанял профессиональную команду имиджмейкеров. Они готовили PR-компанию Ельцину. Скоро появятся заказные статьи в прессе и на ТВ, как в столице, так и в крае. А бабок сколько надо оказывается на это. Послушай расценки. Спичрайтер — штука «баксов» за выступление. Обучение искусству речи — 3000 «гринов». Услуги стилиста — 200 «зеленых» за сеанс. Услуги фотографа — 1500! Грабят! Караул!

Казбек осклабился.

—

А ты как думал, Толстый? Хочешь быть на экране красивым и, типа, умным, плати!

Ильин лишь ухмыльнулся.

— Слышал, что Тимофей выдвинул Никоненко в губернаторы? Надо готовить на его компромат. Ты там помоги москвичам с жареным материалом. Покопайся в грязном белье мэра Красноярска. Даю подсказку. Во-первых, он — протеже бандита и убийцы Тимофея. На счету которого 136 трупов. Во-вторых, похитил бабки со строительства метро. И так далее…

— Молоток, Толстый!

— Артистам проплатим. Хочешь, Алла Пугачева с Кирей приедут в Край? Или «Любе» с Валерией?

— Здорово! Хочу, конечно! Только этого педика не приглашай, не люблю я его.

— Борю?

— Ага.

— Заметано, Вахтанг!

И они тепло попрощались. Казбек принял на грудь 50 грамм «Хенесси», закусил лимоном и нажал на звонок. Зашла секретарша, крашеная блондинка с пышными формами. Ее суперкороткое платье било прямо под дых, открывая взору полные соблазнительные бедра. Она нежно проворковала:

— Что Вы изволите, Вахтанг Давидович?

Казбек молча расстегнул ширинку… Секретарша с рабской готовностью и покорностью опустилась на колени… Нежные, ласковые пальчики искусно пробежались по мужскому достоинству шефа. Будто по клавишам пианино. Раздались первые аккорды в исполнении опытной музыкантши, и оральная ария минетчицы бодро началась…

* * *

Этот звонок раздался неожиданно. Вонзился острой трелью в мозг Ильина.

— Анатолий Львович?

— Да я, а…

Голос Ильину показался до боли знакомым. Точно. Это же он. Олег Адамович. Темная личность, особо приближенная к императору, то бишь, к президенту. Простой российский миллиардер с еврейскими корнями. Филантроп, магнат, губернатор Магаданского края. Владелец футбольного клуба «Лидс». Говорят, он купил шикарный супер-пуперный особняк во Флориде. И теперь тамошних туристов водят к его чудо-дому на экскурсию. Полюбуйтесь, мол, в какой роскоши живет русская мафия! С Адамовичем банкир не раз встречался в Думе, в Совете Федерации и других кулуарах власти.

— А, Олег Романович? Рад Вас слышать. Чем Вам обязан?

— Поздравляю Вас с успешным продвижением на губернаторский Олимп и умелыми действиями по разрешению вопросов краевой собственности. Мы рады за Вас.

«Понятно кого он подразумевал под словом «мы». Естественно, себя и президента».

— Спасибо, — смутился Ильин.

«Сволочи, они все знают, держат свою чекисткую руку на нашем деловом пульсе. Что ему нужно»?

— Ваши местные разборки — Ваши дела. Давно пора Тимофееву показать его истинное место. КрАЗ, СаАЗ, АГК… Хорошие

предприятия, прибыльные. Но нас крайне заинтересовало одно…

Ильин внутренне похолодел.

— …Норильский никель. Этот комбинат стратегически важен для России. Вам нужен алюминий, а нам необходим никель. Как Вы думаете, Анатолий Львович, мы сможем договориться по этому вопросу?.. Нам очень нужно это предприятие. Очень. Я считаю, что это небольшое предприятие — не такая уж высокая плата за нашу молчаливую поддержку и невмешательство в ваши внутренние дела. Я думаю, мы поладим. Сообщите завтра о вашем решении. Надеюсь, оно будет положительным…

Спокойные, четкие слова олигарха вторгались без спроса в уверенную, расписанную по плану, жизнь Ильина и пробивали в ней бреши. Прочный железобетонный фундамент по имени «уверенность в завтрашнем дне» дал большущую трещину.

Адамович попрощался. Ильин схватился за голову. Поросячьи глазки застыли в одной точке. Его душила справедливая ярость.

«Гадский еврей, взял за горло, словно клещами! Это же шантаж в неприкрытом виде! Черт, он знает наши расклады! За ним — МВД, ФСБ, другие силовые структуры. И как нам идти против силы?.. Как? Переть на рожон — это весьма недальновидно и опасно. И смертельно. Каток по имени «государство, Адамович и К.» безжалостно пройдется по ним с Казбеком и сделает их них две лепешки».

Остро назревал извечный русский вопрос: «Что делать?»

Он позвонил Казбеку.

Тот долго ругался, матерился, затем долго думал, пил ром и курил сигару, и, наконец, сказал.

— Сейчас нам не с руки ссориться с ними. Вмешательство третьей силы может пойти нам во вред, и все наши планы по переделу рухнут в одночасье. На данный момент нам нужны союзники, а не враги. А там поживем — увидим. Конечно, «Норникель» — жирный кусок, но пожертвовать им придется. Адамовичи — тоже не вечны. Дай бог, придут и наши люди к власти.

* * *

Казбек потихоньку прибирал к рукам тимофеевских бизнесменов. Одному колеблющемуся пришлось сломать ребра, второго несговорчивого, в целях устрашения других предпринимателей, застрелили у собственного подъезда. Казино «Казачья фортуна» вкупе с колбасным заводом «Кудринский торговый дом» перешли под контроль законника. Остальные подшефные Тимофея сильно призадумались. Ферзь как мог отражал смелые кавалерийские наскоки казбековских «быков» и бригадиров на территорию Тимофея. Забивал им стрелки и «разводил рамсы». Пару раз попалил в воздух для острастки. А разик и ранил визави. Один раз «стрелу» накрыли собровцы и всех разборщиков повязали. Люди Ферзя смогли успешно отразить агрессивную вылазку казбековских отморозков на территорию вещевого рынка у ТЭЦ, что в правобережной части города. Бойцов конкурирующей группировки хорошенько побили и выбросили с рынка. Но казбековцы вскоре сравняли счет: двух представителей Ферзя почикали ножами. Одного потерпевшего врачи спасли, а вот второго нет: были задеты жизненно важные органы.