В ходе ожесточенных боев

Мазурин Олег

— Хлебни, братишка, полегчает. А ты, молоток, очко не дрогнуло! — Дружески похлопал «молодого солдата» «командир».

Рудаков судорожно выпил водки и закашлялся. Его било нервное возбуждение. Его трясло.

— С боевым крещением, братишка! — хлопнул по плечу Алексея Хакас. — Все будет пушисто. У тебя труба цела? Мою эти козлы почикали.

Он достал разбитый при падении мобильный телефон и швырнул в угол. Алексей отдал Хакасу свой мобильник «Нокиа». Донов потыкал пальцем клавиши.

— Алло, босс! Это я — Хакас! На нас наехали люди Бормана! Амбал и Федор убиты! Мы с Художником чудом живы! Зато пятерых мы сделали! Наглушняк!

Ник взбесился:

— Борман, тварь!

Я его урою! Су-у-ука! Он хочет мясню? Он ее получит! Я врублю ему ответку на полную катушку! Я врою его в землю живьем, падлу! Вы где? Щас вышлю Жилу к вам с тачкой. Смотрите, осторожней там!

Авторитет ходил взад-вперед, гневный и решительный. Братья Никитины насторожено смотрели на него.

— Северянина, Рыжего, ко мне.

Те сразу стали названивать бригадирам. Завибрировал мобильник Никонова. Это был Борман.

— Ты?! — яростно зашипел Ник.

— Привет, уважаемый. Тут непонятка какая-то вышла.

— Непонятка, говоришь, Борман! Рамсы попутал?! А два моих убитых хлопчика — это, по-твоему, тоже непонятка?! Ты мне порожняк не прогоняй!

— Выслушай, Ник, не кипятись. Я не гружу тебя, зуб даю. Я сам, когда узнал о стрельбе, на измену сел. Здесь инициатива Кощея. Он меня подсиживал, точняк. Он, сука, меня и в блудняк втравил! Может, он хотел нас стравить. Я только послал его пробить на счет «Сибири». Сам знаешь, многие отморозки твоим именем прикрываются, чтобы вес прибавить в глазах коммерсов. А он пальбу на радость мусорам устроил. Да и мне больше скорбеть приходится: моих-то четверых замочили.

— Я все узнаю, кто, что, как. Потом и побазарим. И если ты мне, Борман, сейчас динамо прогоняешь, то заказывай себе сразу саван!

Разговор двух смертельных врагов завершился.

— Сука, вывернулся! — кипел Ник. — На размен Кащея поставил. Шкуру свою бережет. Гнида! Ничего, придет и его черед!

… Борман чуть не разрывался от досады! Двое бойцов Ника отправили на тот свет его четверых(!) «быков» и одного «бригадира». Невероятно! Этот новенький из Москвы, по прозвищу Художник, неплохо вписался в группировку бывших детдомовцев. Шмальнул из автомата как надо. А Хакас хитер! Ловко он с засадой придумал!

Силовая акция по устранению бригадира Ника потерпела полный крах. Борману придется пополнить поредевшие шеренги его боевиков безработными «голодными» пацанами. И разрабатывать новые планы по устранению Ника и его замов. Пока противостояние его с Ником похоже на бой тяжа и мухача. Удары Бормана не достигают цели. Снова раунд за Никоновым. Ну что ж бой боксеров-профессионалов длиться 12 раундов. Ничего, если он выиграет по очкам, а не досрочно. Главное — победить. И он победит. Ведь он знал, что все приходит вовремя к тому, кто умеет ждать. И он будет ждать этого часа. Терпеливо и настойчиво.

* * *

Легендарная Бутырская тюрьма. Памятник архитектуры двухсот тридцатилетней давности. Здесь когда-то сидел знаменитый разбойник Емельян Пугачев, другие именитые государевы преступники. Здесь снимались горячо любимые советским народом кинофильмы: «Семнадцать мгновений весны», «Джентльмены удачи», «Любить по-русски»… А теперь здесь сидит другой разбойник, современный, и снимается другое кино, жизненное. С хорошим подбором исполнителей, с лихо закрученным сценарием, с отличной режиссурой. Душераздирающие сцены, погони, драки, убийства, наезды, стрелки, разборки — настоящий триллер! «Алюминиевый передел» называется.

Вот и очередная сцена. Номер такой-то. Дубль такой-то. Возможно, сотый. «Одиночная камера». «Завтрак авторитета».

«Перловка, сэр!»

Тимофей с недовольством видом отодвинул от себя кашу. Надоела,

сколько ее можно жрать! Есть не хотелось, ему не давали покоя различные мысли. Они жужжащим роем одолевали его: (Сцена: «Авторитет думает») .

« Захаров убит, Хотьков тоже. Ник чудом остался жить. Меня запаковали как надо. Передел начался. Да, дела хреновые. Недавно приходил адвокат Ильина. Передал их условия. Я с понтом пообещал переуступить им акции. Надо тянуть резину, выжидать…Ах, этот сучара, Казбек! Раззявил хайло на мое богатство вместе со своим Боровом! Паскуда! Мразь! Думают, сил у них достаточно, чтобы меня завалить! Черта с два! Плохо они знают мои возможности. Я им хребет переломлю, зубами горло перегрызу! Напрочь!!! Правда, Тихон — аргумент серьезный. И они думают, что против лома нет приема? Кроме другого лома! И этим ломом будет Ник. Тихон должен умереть. Чего бы это ни стоило! И за любые бабки! Ферзь должен встретиться с Ником и все обсудить. Сроки, место, гонорар… А у него ребята ушлые. Укатают Тихона как надо! Не пожалею никаких денег, лишь бы выйти на волю!»

Авторитет из-за всей силы ударил кулаком по стене.

« Я выиграю! Я не сломаюсь!»

Он никогда не сдавался, даже в безнадежной ситуации. Таких случаев в его криминальной биографии было великое множество. Разборки с конкурентами, схватки с мусорами и бизнесменами. Но ему почему-то в памяти всплыл один эпизод, ярко иллюстрирующий его неуступчивый характер. Эпизод о том, как однажды он восемнадцатилетним пареньком приезжал в Ачинск на танцы.

Танцы проводились в районе «Стройка», в деревянном здании ДК «Строитель» (сейчас на его месте воздвигнуты два коттеджа). Коля приходил в клуб оттачивать свое мастерство боксера-перворазрядника. И заодно, познакомится с очередной девушкой. Драки в клубе и вне его стен случались ежедневно. Иногда и поножовщины. А как же. Город зэков и химиков. Много блатных и резких парней. Обида смывалась либо кулаками, либо ножом. Многие носили с собой на всякий случай либо отвертку, либо шило, либо свинчатку на леске.

А преступлений в городе было не счесть. Но многих ачинцев поразило и шокировало тогда одно. Когда ранним июньским утром, после выпускного бала, прямо возле школы (кстати, недалеко от дома культуры), в кустах акации, нашли убитыми двух влюбленных десятиклассников. Нелюди, а другого слова не подберешь, зверски искололи ножами юношу, а девушку жестоко изнасиловали и зарезали. Ее белое воздушное платье, заботливо сшитое ее мамой специально для выпускного вечера, было все разорвано и перекрашено кровью в красный цвет… Надо отдать должное сотрудникам здешнего УГРО, нашли они все-таки этих отморозков и упекли за решетку. Обоих убийц приговорили к высшей мере наказания.

…В этот день Тимофеев нарушил спортивный режим, неплохо приложившись к спиртному. Докопался до татарской компании. Схлестнулся с их вожаком, сильным бойцом — Равхатом. Сначала они дрались, потом боролись. Около клуба была большая лужа. Николай уронил противника туда и стал его топить. Татары били его по голове по телу. Но тщетно. Николай, не чувствуя боли, с отчаянным упорством вжимал голову соперника в жидкую грязь. Тот захлебывался по-настоящему. Тогда друзья Равхата, видя неэффективность своих действий и осознав всю серьезность положения их вожака, схватили Колю за ноги и стали оттаскивать от Равхата. Но Николай мертвой хваткой вцепился в татарина. Так их и вытащили из лужи. Коля сверху, Равхат — внизу. Как неразлучные хрустящие палочки «Твикс». Потом Равхат и Николай сделались друзьями. Жалко Тимофееву татарина, через год скончался в больнице от тяжелых травм: его переехала, пьяного в дым, милицейская машина.