В гостях у Перуна
Шрифт:
Ирина резко смолкла. Видимо, вдохновленная фантазиями, она погрузилась в себя настолько, что забыла об озвучке, прокручивая кадры событий только для себя любимой.
Но, так как, никому из нас обладание таким талантом, как чтение мыслей, было неподвластно, Ирину в бок подтолкнул Виктор:
– А дальше?
Толчок оказался несколько нерассчитанным по силе, что Ирина, как и персонаж ее повествования, упала на землю (в нашем случае, на песок), но приняв весьма своеобразную позу.
– Ой,– уперлась она руками, выставив
Сергей Анатольевич, вместо того, чтобы придать для начала подруге вертикальное положение, предпочел отомстить за нее и сгреб в кучу футболку Виктора на его груди со словами:
– Ты что? Дебил?
– Простите,– просвистело что-то типа извинения из горла гида,– Я не хотел. Я просто хотел узнать, чем там,– Виктор умудрился постучать по своей голове.– У нее все закончилось. Интересно же. Простите.
Следователь отпустил проводника и повернулся к любимой, которой уже общими усилиями остальных слушателей была оказана помощь, и она чувствовала себя сносно.
– Сереженька, я в порядке,– поспешила она к нему.– Не, надо, не бей его.
Лично мне тоже было интересно, какое завершение придумала Ирина своей истории, но, узрев, как к этому отнесся Сергей Анатольевич, предпочла не афишировать свой интерес.
– Так. Все. Хватит. Давайте похороним этого несчастного, но сначала я его сфотографирую на телефон. Потом, когда появится связь, отправлю своим, пусть пробьют. Чем черт не шутит, может он в розыске,– ни на кого не глядя, отошел от Ирины следователь, чтобы достать телефон, который был предусмотрительно упрятан в полиэтиленовый мешочек.
Впрочем, со своими аппаратами мы все потупили подобным образом. Оставить телефон одиноко лежащим в доме, у меня не хватило сил. И сама мысль, что я выйду из дома без этой привычной тяжести в кармане, доставляла мне боль, сродни физической.
– Ты думаешь, он беглый преступник?– не отставала ни на шаг от Сергея Анатольевича Ирина.
– Нет. Я думаю, что его просто ищут. Не обязательно, как преступника,– сделал несколько фото следователь с разных ракурсов, обходя утопленника.– Может, его разыскивают родные.
– Позвольте узнать?– видимо, у Виктора чувство самосохранения отсутствовало, напрочь, или болевой порог был ниже, чем у нормальных людей, потому что он решился на вопрос, адресованный Ирине.– Чем там у вас закончилась история с беглецом?
Мы замерли: пойдет ли в новую атаку Сергей Анатольевич, защищая Ирину? Но, нет. Он даже не поднял головы, озабоченный просмотром полученных снимков.
Ирина, закатив глаза, пожала плечами:
– А ничего. Просто стукнули камнем по башке, и бросили в реку.
– И все?– разочарованно поморщился проводник.– А я-то уж было подумал.
– Что тут еще можно было подумать?– отключил телефон Сергей Анатольевич и заботливо замотал его в полиэтилен.– Несите лопаты.
« Да и действительно, какого иного исхода я ждала? Вернее, чего, как не
Нет, на что-то другое я, конечно же, не рассчитывала, но все же.
Я в последний раз посмотрела на немного опухшее лицо утопленника. Сколько бы ему я дала лет? Лет двадцать, от силы. Его длинные волосы уже давно не стриглись и доставали своими прядями покойному до плеч. Утратившие сейчас свой цвет губы можно было бы назвать чувственными, а разрез глаз, наверное, красивым. И, вообще, похоже, при жизни он выделялся особой привлекательностью, на которую так падки юные девушки и престарелые девы. Но по лесу, почему-то, он передвигался в одиночестве. И в выборе между вопросами: просто ли он уда-то шел или убегал, я интуитивно склонялась в сторону второй версии.
Оправив весь женский коллектив к палаткам, мужской состав нашей компании взвалил на себя заботы ритуальных услуг. Мы же вернулись к обязанностям на кухне, а конкретно, к костру, где хозяйничала Саша. Софочка за нами не последовала, нырнув внутрь одной из палаток, громко приказав:
– Еду мне доставите сюда. И прошу не задерживаться.
– Ну, как там?– встретила нас со словами Александра.– Что решили?
Михаил и Наталья лежали на траве рядом, улавливая каждое сказанное нами слово.
– Пока только похоронить, – ответила я ей.– Что дальше делать, не обговаривали.
– А-а-а,– протянула она и спохватилась, показав на котелок с супом, который висел уже над потухшим костром.– Я ребятишек покормила. Ничего?
– Конечно,– воскликнули я, Света и Марина одновременно.
– И сама бы покушала, – добавила только Марина.
– Да, нет. Я вместе со всеми,– почему-то смутилась Саша, отвернувшись.
– Что? Кусок в горло не лезет?– догадалась я о причине ее такого поведения.
– Есть немного,– кивнула она.– Не по себе, как-то.
– Понимаю,– сочувственно покачала головой Света.– Я тоже, когда в первый раз тогда, в туалете аэропорта, увидела мертвеца, чуть сама «тапки не отбросила». А потом ничего, попривыкла.
– К чему попривыкла?– не совсем поняла ее Саша, сделав резкий поворот всем телом к сестре.– К покойникам? Их что, много было? Где? Когда?
– Я тебе потом расскажу,– поняла я, о каком событии ведет речь сестра, вспомнив наше путешествие в Черногорию.
– Очень хотелось бы услышать,– теперь поворот был сделан в мою сторону.
– Нет. Нам никак нельзя быть вместе. Особенно вам с Ириной,– перебив Сашу, посмотрела на меня, как бы упрекая, Марина,– Как только вы объединяетесь, кто-то там,– она подняла указательный палец к небу.– Решает, что пора, и на нас дождем сыплются трупы. Это точно кара небесная какая-то. Надеюсь, расследовать вы не собираетесь?
Мы с Ириной переглянулись.
– Я маму покормлю. Она ждет,– тут же отошла подруга.