Увядшая орхидея

Сэвидж Локсли

— Продолжай. Джингл для нас.

Щеки Вэл пылают ярко-красным пламенем, и она трясет грудью, радостно позвякивая маленькими колокольчиками.

— Еще раз, — настаивает Фаусто, хватая обе ее груди и покачивая ими сам. Зажимы сдавливают ее соски, и она хнычет, кусая губу. Звук колокольчиков, звенящих в унисон с ее шипением, заставляет мой член снова сжиматься.

Я провожу рукой по ее волосам.

— Ты готова к следующей игрушке, котенок? — Она кивает, и я смотрю на Фаусто. — Твой выбор.

Мой

близнец достает пулевой вибратор и включает его. Он гудит, и глаза Вэл расширяются, когда он прижимает его к одному из зажимов.

— О Боже! — вопит она, отпрыгивая назад, колокольчики звенят.

Фаусто указывает на то место на кровати, где она только что была.

— Немедленно тащи свою задницу сюда. Дыхание Вэл учащается, когда она продвигается вперед. — Встань на колени, ноги врозь. — Он смотрит на меня. — Бери наручники.

Она нервно смеется, когда я достаю пару из коробки.

— Тебе это не нужно. На этот раз я не буду двигаться.

Фаусто щелкает одним из зажимов, и она снова вскрикивает.

— Но ты выглядишь так сексуально в ремнях безопасности, пистолетик. Армани, обезопась ее.

Я не торопясь завожу ее руки за спину и сковываю наручниками запястья.

— Тебе нужно слушать Фаусто, — говорю я ей, шепча ей на ухо. — Он сказал тебе встать на колени.

— О, — бормочет она, поднимая задницу с кровати.

Фаусто упирается ей в колени, раздвигая бедра.

— Такая хорошенькая киска. — Я подползаю к ней спереди, пока Фаусто трет ее пизду, а затем из ниоткуда шлепает ее прямо между ног.

Вэл воет, колокольчики звенят, а ее тело дрожит. Мягкая кожа губ ее киски краснеет, и я вижу, как в ее глазах растет желание.

Ей это нравится.

Я опускаю руку между ее ног. Вэл хнычет, когда я нахожу ее мокрой и желающей.

Хлопать!

Вэл стонет, подпрыгивая на коленях и дергая наручники. Она чертовски великолепна, проклятая богиня.

— Ты такая молодец, — хвалю я ее, стирая укус, ее нижние губы раскрылись передо мной. — Так хорошо.

Вэл нервно облизывает губы, наблюдая, как Фаусто снова подносит к ней вибрирующую пулю. На этот раз он начинает низко, прослеживая внутреннюю часть ее бедра, вокруг ее киски и обратно вниз по другой ноге. Зная, что у меня есть вторая пуля, я хватаю ее и стреляю по нижней стороне ее грудей.

— Черт, — выдавливает она, пытаясь оставаться неподвижной, пока мы с братом пускаем пули по вершине ее тела, прямо там, где ее бедра соприкасаются с ее киской.

Фаусто на мгновение проводит своим по ее клитору, и она дергается, тяжело дыша, но остается на месте.

— Как ощущения, пистолетик?

— Х-хорошо, — заикается она, когда Фаусто делает это снова. — Фу! — На этот раз он держит его на ее клиторе, пока я провожу свой по ее щели к ее узкой маленькой дырочке

и погружаю его внутрь нее.

Ее голова откидывается назад, и она тяжело дышит, ее бедра трясутся. Фаусто трется своим о ее клитор, который полностью налился кровью от вибраций. Я вытаскиваю свой и засовываю обратно в нее, повторяя это снова и снова.

— О Боже. О Боже. О Боже!

Тело Валентины напрягается, и она вскрикивает, сжимая ноги вместе, когда сильно кончает от маленькой пули.

Вэл падает на кровать, и Фаусто гладит ее по спине.

— Ты такая красивая, когда кончаешь, не так ли, Армани?

Я осторожно вынимаю пулю и беру пулю брата, кладя ее на тумбочку, чтобы потом почистить.

— Великолепная.

Фаусто лезет в коробку и вытаскивает что-то, что, я не уверен, наша девочка еще может вынести, «анальную пробку» и пузырек со смазкой. Он смотрит на меня, и я киваю, готовый владеть каждой чертовой дыркой на ее теле.

— Пистолетик, мы попробуем кое-что новое, пока ты переводишь дух. Я просто хочу, чтобы ты расслабилась ради нас, хорошо?

Она не отвечает. Ее глаза закрыты, пот покрывает ее кожу, а руки все еще в наручниках. Фаусто бросает мне смазку, и я перемещаю ее так, чтобы ее лицо было прижато к кровати, а ее задница была в воздухе. Когда я брызгаю на нее холодной смазкой, она пытается сесть, но Фаусто вдавливает ее между плеч.

— Стой спокойно, пистолет.

— Не туда, — бормочет она, когда я провожу кругами вокруг ее маленькой сморщенной дырочки.

Я мягко нажимаю, вонзая кончик внутрь.

— Везде, Вэл. Каждая дыра наша, даже эта.

Моя кошечка скулит, демонстрируя ее сочную киску, когда я засовываю кончик пальца внутрь ее задницы. Я ослабляю и добавляю больше смазки, затем снова нажимаю. Она кричит мне, чтобы я остановился, но я не останавливаюсь, зная, что она может взять хоть что-то вроде моего пальца.

Фаусто держит вилку перед ее лицом.

— Открой.. Соси это, пока мы не засунули это тебе в задницу. — Ее руки сжимаются за спиной, но она позволяет моему брату протолкнуть его мимо ее губ. Я вытаскиваю палец и снова вдавливаю его, ее маленькое отверстие расслабляется.

— Пожалуйста, — умоляет она, когда он вытаскивает вилку и протягивает ее мне.

Фаусто потирает ей спину.

— Прости, что?

Крики Вэл становятся все громче и громче, когда я меняю палец на вилку. Это самый маленький из тех, что у меня есть, может быть, размером с большой палец человека, а на задней его части маленький фиолетовый драгоценный камень того же цвета, что и ее колокольчики. Я толкаю его вперед, и ее тело дергается. Фаусто тянется под ней и играет с ее клитором, и ее тело расслабляется. Я добавляю еще смазки, покрывая ее задницу и вдавливая пробку глубже.