Unknown
Шрифт:
– Я вечно в разъездах, - соврала Сула, - сам понял почему. Встретимся в клубе.
– Хочешь пойти сегодня вечером?
Сула подумала, что слишком зла, чтобы разыгрывать из себя подружку гангстера.
– Не сегодня. Мне еще надо пристрелить судью.
Казимира поразил ее ответ.
– Не промахнись, - сказал он.
Она поцеловала его на прощание.
***
Сула и Макнамара прошли на стоянку такси. В машине они сидели рядом. Макнамара
– В чем дело-то?
– спросила Сула.
– Ни в чем, миледи.
– Замечательно, потому что мне меньше всего на свете нужны еще и эти долбаные проблемы.
Больше они не обменялись ни словом. Сула вышла из такси за две улицы до своей квартиры. Опять начался дождь, и она бежала домой, укрывшись пиджаком. Скачок, спрятавшийся под торговым навесом вместе с другими застигнутыми ливнем прохожими, удивленно уставился, когда она, с развевающимися на ветру светлыми волосами, промчалась мимо.
Дома она повесила парик на спинку стула и принялась расчесывать свои короткие крашеные волосы. Она не стала включать выпуск новостей, зная, что раздражение лишь усилится.
Лучше принять расслабляющую ванну. А потом развлечься последним выпуском математических головоломок. Или почитать свое недавнее приобретение - "Историю европейской дипломатии времен Наполеона". Она купила эту явно самодельную книгу в дешевом переплете, напечатанную для собственных нужд каким-нибудь студентом-историком, на книжном развале пару дней назад. Она обожала подобное чтение.
Она захватила "Историю" с собой в ванну и почти успокоилась, листая ее. По сравнению с Павлом Первым или Годоем, ее командиры были просто... гениями.
Сула встала, надела халат и прошла в комнату. На улице по-прежнему лило. Она остановила взгляд на потрескавшемся фарфоре вазы, в котором отражались бегущие по оконному стеклу струйки.
Неожиданно в голову пришла идея.
"Точно!" - воскликнула Сула. Может, получится. Она обдумала разные варианты, будто пробуя мысль на зуб.
Идея казалась всё лучше и лучше. Она схватила ручку и чистый лист и набросала схему со всеми предполагаемыми последствиями.
Вроде всё верно. На нее не выйдут.
Кажется, это благотворное влияние Меттерниха, Каслри и Талейрана. Впрочем, так могла подействовать и встреча с Сергием Бакши, акульи глаза которого не выдавали ни намека на то, что происходит в его голове.
Или же она додумалась до всего сама, просто глядя на то, как стекают отраженные в глазури капли. Тогда она может гордиться своим умом.
Она порвала листок, уничтожая улики, и посмотрела на большой палец правой руки с выжженным отпечатком.
Только бы не оставить следов.
Глава 19
Утром развозили товары.
Днем Сула пробежалась по магазинам Малой Горы и надела трофеи на свидание с Казимиром на Кошачьей улице. Она опоздала и, когда подходила к клубу с огромной сумкой, при каждом шаге ударявшей ее по бедру, Казимир нетерпеливо расхаживал перед своим персиковым лимузином. Опустив голову, он сердито шагал туда-сюда, и ветер раздувал его плащ, словно парус.
Увидев Сулу, он облегченно вздохнул. Она пришла в новом длиннополом черном плаще, усыпанном сверкающими шестиконечными звездочками всех цветов радуги.
– Прямо как у меня, - удивился он.
– Да. Надо поговорить.
– Поговорим в машине.
– Он жестом указал на дверь.
– Нет. Один на один. Лучше в твоем кабинете.
– Мы и так опаздываем, - раздраженно ответил он.
– Жюльен не расстроится. У него отличный шеф-повар.
Казимир кивнул, как будто ее замечание убедило его, и они прошли в клуб. Там почти никого не было, кроме пары тихих пьяниц в баре да рабочих, не успевших домой к ужину. Сула начала подниматься по металлический лестнице.
– Как дела с судьей?
– спросил Казимир.
Она ответила не сразу, припоминая, что за историю выдумала.
– Пока отложили.
Он впустил ее в кабинет.
– Хочешь об этом поговорить? Пусть Сергий и запретил мне помогать, я могу кое-что сделать, а он даже не узнает. Потому что... Чёрт!
Они вошли в безупречно убранную черно-белую комнату. Сула швырнула сумку на диван и распахнула пальто, под которым ничего не оказалось, кроме чулок и туфель.
– Чёрт, - повторил Казимир, ощупывая ее глазами.
– Чёрт, какая же ты красивая.
– Столбом не стой.
Впервые в жизни она так самозабвенно и долго отдавалась мужчине. Двигалась от одного предмета мебели к другому. Воспользовалась всеми возможностями огромных мягких кресел. Действовала губами, языком и пальцами, прикосновениями и запахами, шептала и смеялась. Она никогда не позволила бы себе такого с Мартинесом - в его присутствии она терялась. Она думала, что ведет себя как шлюха, хотя ее краткое, но жестокое знакомство с настоящим развратом было гораздо более горьким и грязным, чем то, что она делала сейчас.
Она не давала Казимиру продыху в течение полутора часов, пока ему не начали без перерыва звонить. Он выбрался из-под Сулы, встал с дивана и прошел к столу.
– Только звук, - скомандовал он коммуникатору.
– Отвечаю. Да, что?
– Жюльен арестован, - произнес незнакомый голос.
Сула озабоченно села.
– Когда? Где?
– пролаял Казимир.
– Несколько минут назад, в "Двух жезлах". Он там был вместе с Вероникой.
Казимир обдумывал сказанное.
– Его арестовала полиция или флот?