Уникальный элемент
Шрифт:
— Просто путники, — произнес Брюс, прямо-таки хребтом чувствуя нарастающее напряжение, исходящее от притихшей Элии. А еще слыша беспокойство и злое сипение гиппогрифа.
Кто из них граф? Точно не этот носатый тип, что вопит со спины жеребца. Этот явно из свиты… И не вон тот, бледный, с собранными в хвост длинными волосами, что лениво накручивает на запястье повод своего коня. Скорее всего бородатый, с вывараньим свистком на шее. Разгоряченная физиономия выражает досаду.
На редкость не подходящее для
Бородатый сделал небрежный знак рукой, отгоняя ретивого слугу.
— Господина… мага, — с брезгливой заминкой на подобранном определении проговорил граф, — разве не предупреждали, что Дождевой лес закрыт для путников? Тут и пострадать недолго.
Что ж, это и впрямь несостоявшийся жених Элии. То-то она едва дышит и смотрит исключительно в землю. А ведь и впрямь в этой замарашке без подсказки дочь баронов не опознать.
— В самом деле? — фальшиво удивился Брюс вслух. — А с виду такое мирное местечко.
— Тут прорва хищников. Я прикажу егерям проводить вас до моего замка, — отчего-то в предложении явственно прозвучала угроза.
Волей-неволей тянет отказаться. От всех соблазнов сразу.
— Сожалею, что вынужден отклонить ваше любезное предложение. У нас срочные дела…
— Спешите? — лениво вмешался длинноволосый всадник, как-то легко стушевывая и оттесняя плечистого графа.
— Спешим, — согласился Брюс.
— Вров, проводи его всемогущество господина… мага и его даму до замка, — с нарочитой заминкой, словно и не заметив отказа Брюса, граф Терпикротень другой рукой выгнал вперед одного из вооруженных людей.
Занятно… В иных местах всего лишь присутствия гиппогрифа хватает, чтобы избежать любого принуждения даже со стороны знатных персон, но, похоже, уровень птицеконьего авторитета падает с каждой тысячей шагов на юг.
Магов у них тут как грязи?
Бледный и инородный в этой компании длинноволосый всадник, не сводил с Брюса пристального взора. Что-то затаилось в близоруко прищуренных глазах. Но присмотреться к нему не удалось, потому что Дьенк замаячил перед носом, делая какие-то знаки. Чего он захотел так некстати?.. Тем более что вновь влезть в шкуру одного из этих людей для него равносильно самоубийству.
Панцири вываранов ритмично соприкоснулись, передавая волну быстрых движений. Твари напряглись. Вров на гнедом жеребце подъехал к Брюсу. Конь дышал живым теплом, от него пахло потом и разогретой промасленной кожей. Зверь заметно занервничал, косясь на раздосадованного Дьенка, сновавшего рядом.
«Да изобрази же что-нибудь, маг!» — ввинтился в уши сердитый бесплотный голос.
Что?
Брюс в замешательстве поднял руку. В блестящих, слегка выкаченных глазах коня отразилась его фигура во весь рост.
Дьенк завопил — неслышно для людей, но невыносимо для животных. Кони беспокойно затанцевали, задирая головы и фыркая.
Присутствующие проводили его долгими взглядами.
Когда Вров скрылся в лесу, произошло быстрое перемещение в стане оставшихся. Бородач незаметно затесался в гущу своей свиты. Длинноволосый лениво усмехнулся уголками губ.
— Мы просто путники, — с нажимом повторил Брюс, опуская руки и обращаясь исключительно к длинноволосому.
Всадник сомневался. Теоретически, видимо, предполагалось, что вывараны сожрут любого, оказавшегося на их пути. А вот беседа с несостоявшимися жертвами охотниками не предусматривалась. И даже документы у них спрашивать как-то явно неловко…
Впрочем, доделать то, что не рискнули сделать вывараны, всадники могли. Поэтому Брюс попытался перехватить инициативу.
— Мы видели здесь бегущего человека, — негромко произнес он, глядя прямо в лицо белобрысого всадника. — Бедняга выглядел очень напуганным…
Брюс с демонстративным безразличием опустил ладонь на голову ближайшего выварана (правда, пришлось собрать всю свою волю в кулак, чтобы тут же не отнять обожженную руку).
Повисла пауза, длинная, тяжелая, как свинцовая кудель. Всадник понял намек. Если случайный путник легкомысленно гладит по голове чудовищ, то наверняка он способен и на более странные выходки. Стоит ли с ним связываться?
Длинноволосый близоруко сощурился, вглядываясь в Брюса:
— А! — вдруг слегка качнулся он назад. — Это вы… Кто бы мог подумать? Так вот куда вы отлучаетесь так часто… А уж слухи-то ходили! — охотник усмехнулся уголками тонких губ.
Затем он пренебрежительно и как-то по-новому оглядел напрягшуюся Элию.
— Кукла?.. Ах, нет еще!.. Право, среди поселянок попадаются и понаряднее… Впрочем, не мне вам советовать, какими критериями руководствоваться, подбирая личинки…
— И не мне вам советовать, на кого охотиться… — стараясь не спугнуть удачу, сухо произнес Брюс.
— Как я погляжу, мы с вами оба ценители этого благородного искусства — охоты. И знаем толк в добыче, — засмеялся длинноволосый. — И мы все чтим кодекс Земледержца. Верно, господа? — Он обернулся к своим спутникам.
Даже бородатый граф торопливо закивал. Хвостатый, к счастью, авторитетом в этой компании обладал большим, чем забредшие невесть откуда маги.
И холодно раскланявшись, всадники завернули лошадей, направляясь обратно в чащу. Уже от самой каймы леса донесся переливистый посвист и недовольные вывараны гуськом последовали за владельцем. За ними в слякоти оставались посветлевшие черепки спекшейся грязи.
— Ты его знаешь? — осведомилась Элия неприязненно.
— Нет.