Уникальный элемент

Сергачева Юлия

— А этот… что из леса выскочил, мог быть и поубедительнее, — возмутилась Элия. — Сказал бы «выжарки!» — и мы бы прониклись.

— Не убежать, — согласился Брюс, прикидывая расстояние, которое сокращалось на глазах, — вывараны без труда обгоняют лошадь.

Собственно, пока Брюс говорил, твари уже оказались на расстоянии десятка шагов. Подбежали, взяли в кольцо и застыли, дыша жаром и буравя неподвижными взглядами. Под их лапами грязь взялась сухой спекшейся корочкой.

— Похожи на тех, что

жили в твоем доме, — заметила Элия меланхолично.

— Все они на одно лицо… то есть морду, — Брюс отступил на шаг, когда ближайший к нему вываран с хлюпаньем втянул слякоть и, подавившись, захаркал огненными сгустками. — Как насчет обещанных уроков обращения с вываранами?

— Самое время… Почему они не нападают?

— Потому что мы их не боимся, — пробормотал Брюс с запоздалым облегчением. — Они, как гиппогрифы, клюют на страх.

За годы общения с вываранами Брюс настолько привык к ним, что даже не сообразил, что испугаться бы следовало. Эти твари не знают привязанностей. Ну, а Элия и вовсе ничего не боится… К тому же и алкоголь до конца не выветрился.

Вывараны почти не шевелились, наблюдая за людьми крошечными глазками, упрятанными под лицевые щитки.

— Они едят людей? — с хладнокровным интересом осведомилась Элия. — У нас в замке живет вываран и он…

— Да, я помню, ты говорила. Забавное существо.

— Кажется, его кормили углем…

— От мяса они тоже не отказываются, — Брюс все же решил начать небольшой экскурс в физиологию и привычки вываранов. — Им без разницы что превращать в пепел.

— В здешней сырости это лучше, чем собаки… Хотя не очень удобно для охоты, — решила Элия. — Нагонит добычу и превратит в угли? Хотя если натренировать, то хозяин может получить сразу готовое к употреблению блюдо. Скажем, запеченного в глине вепря.

— Или человека, — подсказал Брюс, продолжая эту несколько диковатую беседу под мрачными взглядами обступивших их вываранов.

— Это незаконно! — не поверила Элия.

Ну что с ней станешь делать?

Черные панцири вываранов были в окалинах и сплошной корке пестрой грязи. В подсохших трещинах переливались пламенные блики. На шипы налипли листья. С игл гребней срывались искры, бесследно пропадая в мокрой траве.

Ближайший из вываранов снова нервно кашлянул, сплюнув сгусток огня в глиняную жижу. Плевок был бледен и едва выпарил воду из земли, оставив скомканное клочьями круглое пятно.

Подморозили беднягу, мельком подумал Брюс. Держат, наверное, тоже в сырости… Плевок здорового выварана выжег бы почву на локоть.

Другой вываран нервно почесался, рассыпая нагар вперемешку с засохшей грязью.

— А вот и охотнички, — хмуро прокомментировала Элия появление из леса всадников. — Сейчас поговорим с ними о законности травли людей.

—

Это, видимо, обещанный граф с компанией. Как там его? Терпи… что-то.

— Подумаешь, граф! Я дочь барона!

Брюс с сомнением покосился на вновь раскрасневшуюся девушку. Кажется, ее хмельной задор никуда не делся и намерен и впрямь познакомить высокорожденных охотников с основами законодательства Земледержца.

Похоже, что они снова влипли. Во всех смыслах.

Всадников было чуть больше десятка. Все на простых лошадях, в попонах, защищавших от слякоти. Вышитые на попонах гербы и знаки не разобрать под бурой коркой. Так что остается только догадываться, кто именно изволит развлекаться в Дождевом лесу.

— Ха! — высокомерно заявила Элия, выступая вперед. — Да я же его знаю! Это же…

Внезапно ее лицо резко изменилось. Издав сдавленное невнятное мычание, Элия подалась назад, за спину спутника, а затем плюхнулась на четвереньки. Брюс с вываранами только рты раскрыли, увидев, что девушка загребла горстями черную жижу и принялась развозить ее по своей физиономии и одежде.

— Маскируешься? — осведомился Брюс, когда дар речи вернулся. — Или прихорашиваешься?

Через минуту Элия выпрямилась, избегая его взгляда.

— Я его знаю, — едва разжав губы, обронила она. — Это бывший претендент на мою руку. Тот, к которому я привела в спальню пилозуба. Я знала, что он родом из этих мест, вот только имя забыла…

Ясно, отчего она колебалась перед лесом!

Ну, вот теперь Брюс прямо-таки увидел, как алкоголь улетучивается из головы его спутницы. Тревожно заплясал на поводу гиппогриф, втягивая воздух. Зашевелились заскучавшие вывараны. Один из них даже потянулся тупой мордой к девушке.

Она не обратила на зверя ни малейшего внимания, не спуская глаз с приближающихся охотников.

— Брюс… Не выдавай меня.

— Что?

— Я знаю, это твой шанс, но не выдавай меня… Пожалуйста.

Брюс даже не сразу сообразил, о чем она просит. И лишь спустя долгое мгновение спохватился — а ведь это и впрямь его шанс! Шанс вернуться домой обеленным. Потому что бывший жених Элии наверняка узнает несостоявшуюся невесту.

Как случилось, что он сам не подумал об этом?

Брюс хотел было оглянуться, но не решился. Элия дышала за спиной — часто, как зверек. Гиппогриф дергался, мотая клювастой головой. Вывараны чавкали, беспокойно переступая в грязи.

…Брызнула слякоть, запахло конским потом и железом, забренчала сбруя. Лошади закружились вокруг, разгоняя замешкавшихся вываранов.

— Кто вы такие и как смеете находиться на землях графа Терпикротеня? — Гнедой жеребец заплясал прямо перед Брюсом, вынуждая попятиться. Несмотря на попону, грудь и брюхо коня слоились от грязи.