Улыбка гусара

Глушановский Алексей Алексеевич

— Чума, вот и для тебя занятие нашлось, — мысленно обратился я к личному бесу-помощнику. — Знаешь, что такое видеокамера?

— Ага! На них девочек снимают, когда они того не видят, да и когда видят, то тоже снимают…

— Не о том речь, извращенная твоя душа. Там, в вестибюле. есть камера наблюдения, а может и еще есть на пути к собственно хранилищу трупов. Их надо нейтрализовать. Сумеешь?

— А то! Дохну на них, и нет камеры.

Меж тем Владимер, сей почетный труженик прокурорского надзора, оказался весьма наблюдательным и заметил несколько отвлеченное выражение на моем

лице. А раз заметил, то не упустил возможности ввернуть колкость:

— Да вы никак с тонким миром общаетесь, причем прямо на ходу. раньше шаманы хотя бы в бубен колотили, да пляски вокруг костра устраивали. Впрочем, меняются времена, меняются и методы… И что полезного узнать получилось?

— Сейчас внутрь зайдем, а там и увидим, что дает тонкий мир, как вы выразиться изволили…

— Какой я ему тонкий? — взвыл Чума по мысленной связи. — Я весьма представительный, красивый, в меру упитанный бес в самом расцвете сил!.. Бубен еще ему подавай. Я ему сейчас сам в бубен заеду! Ну, он у меня еще попрыгает! Он меня пока не видел, а уже оскорбляет! Но он меня еще увидит!.. злобного!

Ну и разорался бесенок. Действительно, характер сложный и весьма злопамятный, несмотря на малые размеры. А может, как раз благодаря им. Ничего, переживет… Легкая улыбка оказалась понятной лишь Элен, которая хоть и не слышала диалог с Чумой, но догадывалась, что сия склочная личность никак не могла остаться безмолвной при таких двусмысленных замечаниях.

Я, как и положено, в случаях, когда входишь в не слишком знакомое и, возможно, малодружелюбное место, зашел первым. Да нет, все в порядке, камеры уже приказали долго жить и более не способны любопытствовать в отношении гостей. Ну а охрана… Двое людей в серо-синей форме дрыхли сном праведника. Один, сидящий за столом, уронил голову на стол и тихо свистел носом. Другой, тот, что теоретически должен был контролировать всех входящих, едва успел умостить бренную тушку на один из стульев для посетителей и оглашал окрестности громовыми раскатами храпа. За всем этим безобразием испуганно наблюдали две девушки в белых халатиках. Понимаю, не каждый день удается узреть как здоровые, полные сил амбалы вдруг впадают в спячку за считанные секунды без всякой на то причины.

— А вот и результат общения с «тонким миром», как вы изволили выразиться. — улыбнувшись обратился я к работнику прокуратуры. Просто не хотелось, чтобы меня видели лишние глаза. Ведите, господа служители закона.

— Но как же… Отметиться надо в журнале посещений, порядок есть порядок, — заикнулся было лейтенант. — Все равно камеры наш визит записали.

— Камеры… — Элен, ты видела тут камеры?

— Были вроде бы, — улыбнулась готесса. Улыбка на выкрашенных в антрацитовый цвет губах смотрелась одновременно впечатляюще и экстравагантно. — Но именно что БЫЛИ. Сейчас их разве что на металлолом можно пристроить.

— Так, вопрос с камерами решили. Теперь осталось отметиться. Вот только отметки в журнале лично мне кажутся скучноватыми… — переключившись на мысленную связь, я предложил Чуме. — Забавляйся. Но без особо злобных шуточек. А то знаю я тебя.

Слышимый лишь мне визг обрадованного бесенка, и тут же столешница рядом со спящим крепким

сном охранником задымилась. На ней проявилась длинная и витиеватая роспись с многочисленными завитушками и там же рожица, явно бесовского вида. Ну Чума, ну художник местного розлива! Реакция была разной, но весьма эмоциональной. Заливистый смех Элен, малость побледневший Алекс, которому наверняка вспомнились забавы в участке, ну а труженик прокуратуры пытался переварить сочетание атеизма и происходящего прямо перед глазами.

— Вы это, свои сеансы гипноза прекращайте, — наконец, выдавил он из себя. — Признаю, впечатляет, но не за этим мы сюда пришли.

— Не за этим, — согласился я. — Тогда ведите прямиком к тому месту, где находятся тела жертв.

Владимир только и смог что кивнуть и направиться куда-то вглубь по извилистым коридорам. Естественно, само хранилище тел находилось на нижних уровнях, но это вполне понятно. Запаха тления почти не ощущалось, зато «ароматы» различных химических соединений витали в воздухе чересчур уж концентрированно.

Деловито пробегавшие мимо танатологи, хозяева дохлых тел, выглядели весьма деловито. Интересно, изменился ли их своеобразный характер со времен моей прежней жизни? Откровенно говоря, сильно сомневаюсь… Горбатого могила исправит, ну а для этих типов и могилы маловато будет, больно они привыкшие ко всему. Что поделать, постоянная возня с трупами разной степени подпорченности порождает цинизм и юмор насыщенно черного оттенка. Даже для меня он порой слишком насыщенный, но тут специфика профессии.

Вадим остановился перед одной из многочисленных дверей, из-за которой доносилась громкая, жесткая музыка, и заколотил в нее даже не кулаком, а ногой.

— Где Ярослав, там постоянно и тяжелый рок орет, — вздохнул Алекс. — Вот и приходится ногами в дверь стучать, иначе ни в жизнь не откроет. Колоритнейшая фигура, вам точно понравится. Правда, безумный малость, но для человека его профессии это дело обычное.

— Ничего, у каждого свои недостатки, — отмахнулась готесса, у которой в глазах зажглись огоньки любопытства.

Что ж, я и сам весьма интересуюсь экстравагантными личностями, любопытно будет взглянуть.

Меж тем сквозь звуки музыки мне удалось расслышать приближающиеся шаги. Лязгнул замок дверь открылась и перед нами проявилась действительно экстравагантная личность. Рост под два метра, легкая сутулость и живые, ощупывающие все вокруг зеленые глаза, были отнюдь не самыми запоминающимися чертами во внешности танатолога. На руках красовались резиновые перчатки. окрашенные в ярко красный цвет…. Практичная цветовая гамма, крови на таких практически не видно.

— Кто стучится в дверь моя, кого на хер посылать? — ласковым голосом осведомился врач, никак не навевающий мыслей на тему Гиппократа и его знаменитых клятв и законов.

— Не злобься Яр, мы исключительно по делу.

— Ну и ну… Никак сам Александр Михайлович в чине старшего лейтенанта удостоил скромного кромсателя трупов своим посещением. О, да тут еще и Владимир Георгиевич, светило прокуратуры нашего городка! — шутовским образом раскланялся Ярослав. — Неужто решили последовать моему совету и провести трепанацию черепа?