Укрощенное сердце

Бекнел Рексанна

Девочку не смягчил комплимент, которые был в общем-то искренним. Ее кукольное личико сморщилось в подозрительной гримасе.

– Ты никогда не сможешь хорошо управляться с иголкой, потому что не ценишь это умение. Ты можешь обмануть маму, делая вид, будто хочешь научиться, но тебе не удастся обмануть меня. Ты никогда не станешь леди.

– Да? А почему? Потому что я валлийка? Ты не забыла, что твоя мать тоже валлийка, а ты сама валлийка наполовину? – Ронуэн внимательно посмотрела на Изольду. – Между прочим, Изольда, я знала твою маму задолго

до того, как она встретилась с твоим отцом. Тогда она не была настоящей леди. А ты, кстати, родилась валлийским ребенком в простом валлийском доме.

– Неправда!

– Нет, милая, это чистая правда.

Ронуэн запнулась. Знает ли Изольда обстоятельства своего рождения? Рассказали ли ей, как ее мать вышла замуж за другого мужчину до ее рождения, а потом убедила всех, что ребенок Рэнда – валлийский малыш? Всматриваясь в недовольное и раздраженное лицо девочки, Ронуэн испытывала огромное искушение рассказать ей об этом и о том, как предполагаемая смерть ее отца и безумная ярость Овейна едва не привели к ее смерти. И к смерти ее матери.

Безумная ярость.

Да, подумала Ронуэн, Овейн определенно был сумасшедшим, и, возможно, Рис унаследовал частичку отцовского безумия. Но сейчас все это не имело значения. Изольда свято верила, что родилась в замке в присутствии своего отца, и не ее, Ронуэн, дело раскрывать ей глаза на правду. Хотя эта информация могла помочь ей манипулировать Джослин. Ронуэн уже изрядно надоело собственное бесправие в замке.

– Ты права, Изольда, – сказала Ронуэн, надев маску изысканной вежливости. – Ты избалованная старшая дочь высокородного отца и красавицы матери. Твоя жизнь полна роскоши, которую ты заслуживаешь, Я плебейка и недостойна находиться в твоем обществе. Поэтому я ухожу.

Ронуэн холодно улыбнулась девочке и удалилась, что-то бормоча себе под нос. Ронуэн понимала, что не должна опускаться до стычек с ребенком, но неприязнь Изольды начинала ей надоедать.

Сейчас ее интересовало сообщение от лорда Роузклиффа. Она начала спускаться по каменным ступенькам и остановилась, услышав голос Джослин.

– …но как долго это продлится?

Мужчина прочистил горло. Ронуэн, подавшись вперед, увидела маленького нервного человечка, который мял в руках фригийский колпак.

– Не больше двух недель, миледи. Он сказал, что может в этом поклясться. Он вернется домой в ближайшие две недели, начиная с этого дня.

Джослин положила руку на живот. На лице отразилось разочарование. Ронуэн невольно прониклась сочувствием к Джослин. Решив больше не подслушивать, она подошла к перилам.

– Надеюсь, новости хорошие? – спросила она, тем самым объявив о своем присутствии.

Джослин подняла глаза, но ответить не успела, потому что в зал вбежал Гэвин.

– Весточка от папы? Он уже едет домой?

Изольда пробежала мимо Ронуэн.

– Мы должны устроить праздник для папы, когда он вернется, – сказала она. – Ведь скоро его именины.

– Отличная мысль! – подхватил Гэвин.

Джослин обняла

детей и прижала к себе. Ронуэн видела, что они похожи и на мать, и на отца. У Изольды было лицо матери и только глаза – отца. У Гэвина был ее рот и вся нижняя часть лица. Дети Уэльса и Англии, любимые обоими родителями. Какое будущее им уготовила земля, где они родились?

Ронуэн долго смотрела на любящую семью и чувствовала себя незваным гостем. Она уже совсем было собралась незаметно отступить, когда ее окликнула Джослин.

– Спускайся к нам, Ронуэн, и иди как леди – голова поднята, плечи расправлены.

Голова вверх. Плечи назад. Неторопливая поступь. Ронуэн помедлила, припоминая другие наставления Джослин. Еще не будучи хозяйкой замка Роузклифф, Джослин обладала грацией королевы. Впрочем, она была дочерью далеко не последнего в Уэльсе человека. Изольда унаследовала легкую походку и естественную грацию от матери. Ронуэн все эти движения давались с трудом. Но ничего. Она тоже научится.

В это время с грохотом распахнулась одна из дубовых дверей и в зал вошел Джаспер.

– Какие новости от Рэнда? – спросил он, переводя взгляд с Джослин на гонца. – С ним все в порядке?

Ронуэн застыла на ступеньках, не в силах отвести глаза от Джаспера. Да что же это с ней происходит? Стоило Джасперу появиться, как все мысли вылетели у нее из головы. Были другие мужчины, такие же красивые, сильные и мужественные. Такие же уверенные и надменные. Но только Джаспер, заставлял чаще биться ее сердце, тем более, что она не видела его уже два дня.

Сверху ей было видно, как Изольда подошла к дяде сбоку и он рассеянно погладил племянницу по очаровательной головке. Ронуэн, словно зачарованная следила за движениями его руки. Но тут заметила торжествующий взгляд, брошенный на нее Изольдой, и разозлилась.

Как там? Голову вверх, плечи назад. Ронуэн медленно двинулась вниз по ступенькам, величественно, словно это она – владелица замка.

Было приятно видеть, как замерла рука Джаспера, когда он ее заметил, и горячее желание в его глазах.

Было до ужаса унизительно наступить на подол слишком длинного платья, которое ей дала Джослин, оступиться и скатиться с последних трех ступенек, приземлившись на четвереньки.

– Ты не ушиблась? – воскликнула Джослин и поспешила к подруге.

– Нет, – проворчала Ронуэн и поднялась, проигнорировав протянутую Джаспером руку.

Засмеялась только Изольда.

Джаспер нахмурился и снова подошел к невестке.

– Так что там от Рэнда?

Джослин села. Ее примеру последовали остальные.

– Вчера он покинул, слава Богу, замок Ламонта, и теперь направляется в Оукен-Хилл. – Она взглянула на своих старших детей, стоявших рядом с Джаспером. – Ламонт предложил взять к себе на обучение Гэвина, но Рэнд, конечно, отказался. Он надеется договориться с лордом Эдгаром. И еще остается вопрос обручения Изольды.

– Я не хочу обручаться! – объявила Изольда и прижалась к Джасперу.