Укрощенное сердце
Шрифт:
Гэвин не соврал. Джаспер никак не мог поверить в такую удачу. Ронуэн сама пришла в замок Роузклифф, и в данный момент сидит в зале с Джослин. Войдя в просторное помещение, залитое светом, лившимся из высоких окон на восточной и южной сторонах, он увидел двух женщин, сидевших, как ему в первый момент показалось, прямо в луче света. Джослин взглянула на вошедшего и улыбнулась. Заметив ее улыбку, Ронуэн обернулась, чтобы посмотреть, кто пришел.
По выражению ее лица было видно, что она потрясена. Уверенность Джаспера в том, что она явилась именно к нему, поколебалась.
Джаспер решил, что пока может довольствоваться тем, что она осталась.
Он направился к женщинам, несколько утратив свою самонадеянность. Теперь он подозревал, что здесь как-то замешаны махинации Джослин. Довольная улыбка, которой она встретила деверя, подтвердила его догадки.
– Как хорошо, что ты пришел, Джаспер. Я очень рада, ибо хочу познакомить тебя со своей старой подругой, которую давно мечтала пригласить в замок.
Она повернулась к гостье, которая поспешно встала.
– Это Ронуэн, – сказала она, хотя знала, что Ронуэн и Джаспер уже знакомы.
Почему-то она делала вид, что не имеет об этом понятия. Видимо, ради Ронуэн. Джаспер решил подыграть ей.
– Ты помнишь, – продолжила Джослин, – что Ронуэн была моей подругой еще до того, как я вышла замуж за Рэнда. Ронуэн, это Джаспер Фицхью. Ты наверняка помнишь его по прискорбному случаю с Овейном.
Джаспер и Ронуэн не сводили друг с друга глаз.
Неудивительно, что та женщина прошлой ночью не вызвала у него желания. Зато сейчас, когда он увидел Ронуэн, страсть завладела всем его существом. Но выражение ее лица осталось невозмутимым.
– Добро пожаловать в Роузклифф, Ронуэн, – сказал Джаспер и, поскольку она не протянула руку, сам взял ее и, наклонившись, поцеловал прохладные пальцы.
Ронуэн понятия не имела, что делать. С момента его появления она впала в ступор. Этот мужчина был слишком высок, полон жизни и непростительно красив. Если уж он показался ей привлекательным даже насквозь промокший и охваченный яростью, то сейчас, нарядно одетый и аккуратно причесанный, был просто неотразим.
Когда он склонился к ее руке, девушка почувствовала себя смущенным ребенком, которого никто и никогда не учил хорошим манерам. А его поцелуй показался обжигающим. Правда, ожог помог ей выйти из ступора.
Она хотела отдернуть руку, но он крепко держал ее. Потом он поцеловал каждый палец в отдельности, и Ронуэн почувствовала, как всю ее бросило в жар. Шумно вздохнув, она осторожно высвободила руку.
Интересно, как легкое прикосновение его губ к пальцам руки смогло зажечь огонь во всем ее теле? Ей хотелось убежать, но, как преследуемый зверек, она знала, что ее безопасность заключается в неподвижности. Она не должна бежать. Должна оставаться невозмутимой.
Ронуэн спрятала руки в складки юбки.
– Я… не собиралась… приходить, – промямлила она и едва не застонала – очень уж глупым получился ответ. Мало того что она одета как крестьянка, так еще и двух слов связать не может. – Я… это… встретила Джослин
– Мне пришлось ее долго просить и уговаривать, – с улыбкой сообщила Джослин. – Мне кажется, она согласилась, лишь когда я заверила ее, что Рэнд в отъезде, а ты болен.
Ронуэн готова была провалиться сквозь землю.
– Ты выглядишь намного лучше, чем утром, – весело добавила Джослин. – Помог отвар, приготовленный Изольдой?
– Несомненно, – ответил Джаспер.
Но в их шутливой пикировке, во взглядах, которыми они обменивались, было что-то, вызывавшее у Ронуэн покалывание в затылке. До чего же она глупа. Могла бы сразу сообразить, что Джослин выступает в роли свахи.
Охваченная паникой, Ронуэн обхватила себя руками за плечи и выпалила первое, что ей пришло в голову:
– Мне пора.
– Нет! – запротестовала Джослин.
– Я не отпущу тебя, пока ты не увидишь моих девочек.
– Я познакомлюсь с ними в следующий раз, – пробормотала Ронуэн и бросилась к двери.
– Подожди, – закричала Джослин. – А как же Неста? Мы договорились, что ты будешь ждать ее здесь!
– Я найду ее на базаре, – на бегу ответила Ронуэн.
Но оказалось, что бежать уже поздно. С торжествующей улыбкой Джослин объявила:
– А вот и мои девочки: Изольда – старшая, и Гвендолин – младшая.
Две девочки вошли в зал и остановились за спиной дяди. Старшая была изящной блондинкой с серыми, как у отца, глазами. Младшая – пухленькой и розовой очаровашкой с темными кудряшками.
Джаспер присел рядом с ними.
– Это Ронуэн ап Томас, – сказал он племянницам. – Она подруга вашей матери, и моя тоже. Поздоровайтесь с ней.
Девочки присели в реверансе перед Ронуэн, две безупречные маленькие девочки, безусловно, обожавшие своего дядю. Ронуэн никак не могла их проигнорировать, хотя и имела такое желание. Джослин ласково улыбнулась дочерям, а когда они выполнили все положенные формальности, Джаспер посадил Гвендолин на плечи, а Изольда взяла его под руку.
Ронуэн помнила Изольду еще младенцем. Она была чуть младше, чем ее брат Дэвит. И хотя Ронуэн никогда не задумывалась о собственных детях, глядя, как Джаспер, мужчина-воин и могучий рыцарь, нежно обращается с племянницами, была тронута до глубины души. Ее отец тоже был с ней нежен. Она уже забыла об этом, его давно нет в живых, но теперь неожиданно вспомнила. Она вдруг поняла, как много теряет в жизни.
Ронуэн отвернулась, обуреваемая эмоциями. Джослин не спускала с нее глаз.
– У тебя красивые дети, – сказала Ронуэн, – и очень хорошо воспитаны. Можешь ими гордиться.
– Я действительно очень горжусь ими. Замужество и материнство принесли мне истинное счастье. Надеюсь, когда-нибудь ты тоже его познаешь.
– Надеюсь, – пробормотала Ронуэн.
Ее взгляд растерянно метнулся в сторону. Она отчаянно пыталась найти весомую причину, требующую ее немедленного ухода, но не могла. Ни одна умная мысль в голову не приходила. В это время в зал ворвался Гэвин и выкрикнул: