Угли "Embers"

Vathara

– Ты хочешь сказать… - Аанг покачал головой. Как они могли такое говорить? Как они могли такое даже подумать? – Убивать людей неправильно! Убивать больных людей… - Он вскинул руки над головой в отчаянии. – Это хуже, чем неправильно! Это ужасно!

– Ну, иногда я бываю ужасной!

С ушами, всё ещё звенящими от её крика, Аанг не мог отвести от неё глаз. Она не могла сказать такое. Она не могла верить в такое. Не Катара.

– Ты не ужасная, - твердо возразил Сокка. – Защищать племя – не ужасно. Иногда приходится сделать что-то отвратительное.

Это не ужасно. Это просто… иногда жизнь – полный отстой.

И Сокка? Аанг повернулся к Тоф. Земля была прямолинейной, ровной – у неё должен был быть ответ получше…

– Не смотри на меня, Легкие Ноги, - пожала плечами Тоф. – Помнишь поместье? Я не знаю, что мы делаем с безумными людьми. Разумеется, плохих парней сажают в тюрьму, но Хама уже сбежала оттуда. Что ещё нам оставалось делать? Связать её и никогда больше не подпускать к воде, как Народ Огня? Погрузить её на Аппу и сбросить в Царстве Земли? Нет, спасибо! Нам и так там хватает безумцев, когда армия Огня бегает и поджигает всё вокруг, - она помолчала. – Э, не обижайся, Дедуля.

– И в мыслях не было, - в улыбке Шидана блеснули зубы. – Я читал доклады о путешествиях вашей группы. Я знаю о многом из того, с чем вы столкнулись. И с кем.

– Но смерть – это не ответ! – настаивал Аанг. – Смерть никогда не является ответом.

– Твои действия в Северном храме воздуха, - сухо напомнил Шидан, его острые ногти отливали золотыми искрами, когда он ворошил пламя, - говорят иначе.

– Это нечестно! – Он до сих пор помнил большие куски металла, падающие в ледяные облака. – Вы сказали, что были другом Кузона!

– А, и моя дружба с Кузоном должна изменить реальность твоих действий? – Шидан, моргнув, смотрел на него, как котогатор на жертву из болотной воды. – Мои извинения. Я было подумал, что монах Гиацо учил так же, как в прошлом учил Мудрец Огня Гентаку: что добро, совершенное во имя зла, остается добром, а злые поступки, даже совершенные для святейшего из мудрецов, остаются злом. – Ещё одно медленное, леденящее моргание. – Ты убил, чтобы защитить население Северного храма воздуха. Я убил, чтобы защитить тех, кто мне дорог. В чем же разница?

Наконец-то он мог дать ответ.

– Мы не вели себя эгоистично, - крикнул в ответ Аанг.

Хитоми ощетинилась. Аанг мог поклясться, что видел, как поднялись волоски у неё на затылке.

– Не эгоистичны? Как ты мог даже подумать!..

Шидан поднял руку.

– Учения старейшин, Хитоми. Привязанность к вещам этого мира под запретом. Так что с его точки зрения, он говорит правду. Нанести удар для защиты незнакомца? Простительно. Нанести удар для защиты тех, кто тебе дорог – это привязанность. И потому - зло.

«Ик».

– Я этого не говорил, - запротестовал Аанг, ища взглядом синие раненые глаза Катары. – Не говорил! Вы сражаетесь за людей, которых знаете. Это нормально! Вы постоянно сражаетесь и за людей, которые вам безразличны… - И почему это прозвучало не так хорошо, как в его голове?

Что ж, он знал, кто в этом виноват. Аанг сердито посмотрел на Шидана.

–

Как вы можете так всё извращать?

Шидан изогнул белую бровь.

– Думаю, люди называют этот прием логикой.

Аанг позеленел. О, нет, только не это.

– Это же для стариков!

– Логика, - заявил Шидан, - для всех, кто надеется прожить в этом мире достаточно долго, чтобы состариться. Нельзя жить на одних инстинктах и эмоциях – это ведет к обезглавливанию надоедливых людишек и испорченным коврам.

Ладно, это точно было хуже, чем разговоры с гуру Патиком или даже с Буми в настроении для загадок.

– Кто вы такой?

– Послушный сын Отца Огня, - ответил Шидан. Сделал секундную паузу, словно бы размышляя. – Ну, не совсем уж послушный, но это даже хорошо. Агни был весьма недоволен последними двумя Аватарами, и более рьяный последователь его воли дал бы тебе куда меньше веревки. Хотя, подозреваю, что в дальней перспективе меньше веревки было бы менее жестоко, чем больше. Ты веришь, что Мудрец Огня знает законы и наказания, которые действуют по отношению к преступнику от Огня?

Аанг закатил глаза.

– Какое отношение это имеет к…

– Ты веришь в это? – с вызовом спросил Шидан.

– Мудрец Огня как Шию? Конечно, - ответил Аанг. – Остальные работали на Хозяина Огня. Я бы не поверил ни одному их слову.

– Проницательно, - согласился Шидан. – А поверил бы ты в таком случае старейшинам, что они знают, как разобраться с плохо закончившейся проделкой среди мальчиков вашего храма?

– Ну разумеется! – теряя терпение, крикнул в ответ Аанг. – Почему вы просто не отвечаете на мой вопрос?

– Потому что задаваемые тобой вопросы формируют искомый ответ, - отрезал Шидан. – Ты доверяешь людям с добрым сердцем, знающим Огонь, разбираться с Огнем, и ты доверяешь Воздуху разбираться с Воздухом. Почему же ты не доверяешь Воде судить Воду?

Блин, теперь он злился.

– Почему вы всё сводите ко мне? – потребовал ответа Аанг. – Хама была больной…

– Да, она была больна, - перебил его Шидан. – А ещё она была злой. А со злом надо покончить до того, как оно уничтожит всё, что нам дорого. У тебя, Аватар Аанг, воздушный монах Аанг, есть три выбора. Ты можешь научиться сражаться со злом. Ты можешь стоять в стороне и позволить другим сразить его. Или ты можешь встать между истинным злом и теми из нас, кто сражается, чтобы остановить его, и наблюдать, как сгорает мир.

Аанг постарался не дрожать.

– Это не единственный ответ! Не может такого быть! – Ему пришлось вдохнуть. Просто… подышать. – Гиацо сказал, что можно договориться с кем угодно!

Шидан сверлил его взглядом, похожим на взгляд саблезубого лосельва, решающего, что сделать первым делом: укусить или просто растоптать докуку в мерзкую жижу. Пробормотал себе под нос нечто, напоминающее «принеси крольгуру обратно в гнездо – нельзя ожидать, что детеныш убьет его с первой попытки…»

Что совершенно не имело смысла. За кого Шидан его принимал?