Угли "Embers"

Vathara

Это… ранило.

Шидан раздавил пламя в своих руках, впившись в неё взглядом.

– Ты была монстром и выжила при Озае. Я не оправдываю монстров. Но я признаю желание жить. – Он указал на источник сильной боли в её груди. – Блок Айро умный, но рискованный. То, что ты так близко подошла к его правильному исполнению, свидетельствует о твоем мастерстве и упорстве. Внутрь, вниз и вверх ты провела, да. Но молния должна миновать твое сердце. – Он покачал головой. – Через желудок, внучка. Ещё на ноготь ближе, и ни один целитель мира не смог бы тебя спасти.

Ярость вспыхнула

в её венах, густая и вязкая, как лава под столицей.

– Не лги, - выплюнула Азула. – Ты – отец мамы и ведешь себя так, словно тебе есть до меня дело?

– Я никогда не лгу.

«Дыши. Не поджигай его. Пока нет».

– Я - не один из лордов-интриганов твоего отца, - губы Шидана изогнулись, блеснули клыки. – Я никому не обязан верностью, кроме Бьякко и Агни, и не жажду власти, за исключением той, что нужна, чтобы хранить наш остров в безопасности. Мы с Котонэ управляем шпионами для Народа Огня, и Азулон доверил нам это занятие, потому что знал, что наша верность нерушима. – Светлые золотые глаза следили за ней, как кот за сверчковой мышью. – Твой отец менее сообразителен. Или, возможно, более уверен, что Макото будет его союзником, без собственной ненависти и собственных желаний. И она действительно его союзник. Но она также в союзе с теми, кто не испытывает к людям ничего, кроме злости. Если ты не поверишь ничему, услышанному от меня, внучка, поверь этому: Макото – твой враг.

Глаза Азулы прищурились.

– Из-за тебя.

– Воистину. – В его взгляде мелькнула насмешка, смешанная с чем-то… более темным. – Я выжил, когда она сильно желала моей смерти. Я ушел от неё. Не однажды, а много раз за очень долгую жизнь. Моё выживание – насмешка над ней, брошенная ей в лицо, подобно перчатке. А как чувствовала себя ты, когда Зуко пережил все твои покушения?

В ярости. Она испытывала невыносимый гнев, словно сама гравитация предала её, а всё, что ей удалось поймать, уплыло как дым. Она контролировала свой мир, она предсказывала своих врагов, и как смеет какой-то жалкий человек разбивать её планы…

Ярость. Пронизывающий до глубины души гнев. Жажда разрушать, ударять снова и снова, пока даже пепел не обратится в ничто.

И вся эта ярость была направлена на неё.

– Помоги мне встать, - выдавила Азула сквозь зубы. Когда Тай Ли замешкалась… - Я должна встать!

– Она должна, - согласился Шидан. – Наш единственный шанс в том, чтобы заставить Макото ударить во время, выбранное нами, а не ей.

– Наживка, - мрачно произнесла Азула, покачиваясь на ногах. – Я так понимаю, ты рассказал моей охране о своих планах?

– Он не сообщал нам о плане, Ваше Высочество, - прямо сказал Болин. – Он просто… рассказал нам, на что способны драконы. На что способна Макото. – Мужчина был бледен.

– Я кое-что знаю о покорителях воздуха, но я не особо осведомлен о силе и слабостях Дай Ли, - пожал плечами Шидан. – У вас нет причин доверять предложенному мной плану, поэтому я посоветовал тактику. Стратегию я оставлю вам. В любом случаем, так будет лучше: я сражался с Макото раньше. Она знает, что я могу сделать. Вы должны быть менее предсказуемы.

И снова он прав, будь он проклят. Она не поверила бы

ни единому плану Бьякко. Поэтому он сэкономил им время, потраченное на споры. Умно.

– Агент Болин?

Дай Ли с трудом сглотнул.

– Нас учили бороться с духами, принцесса. Но это… это плохо.

«Мне страшно».

Она чувствовала это, хотя он не сказал ни слова и, скорее всего, не скажет.

– Вы прошли обучение и знаете, как бороться с драконами, лучше кого-либо в мире, за исключением моего дяди, - отрезала Азула. – Мы живы. Так будет и впредь. – «Верь. Верь в меня и в себя. Вы мои…»

Огонь сместился. Болин встал прямее. А Шидан смотрел на неё с неисчерпаемой выдержкой хищника.

«Я по-прежнему не могу коснуться Мэй».

Шок может справиться там, где не помогает тонкий подход.

– На чьей ты стороне? – «Встань на его сторону или на мою», - подумала Азула, - «и у меня будет повод…»

– Ты не сможешь лгать Макото, - голос Мэй звучал скучающе. – Ты не сможешь запугать её. Ты не сможешь ей манипулировать. – Грациозная бровь изогнулась. – Это будет интересно.

Как бы она ни волновалась, но Тай Ли улыбнулась.

Ха, она скучала по остроумию Мэй. «Стратегия», - подумала Азула. – «Мне нужен план».

– Драконы выдыхают и контролируют огонь и предпочитают нападать с воздуха. Нам не надо плыть по ветру, так что у неё не будет особого преимущества… Инженеры.

– Готовы перекрыть бойлеры по приказу, а покорители огня затушат любое пламя, - кивнул головой Болин.

Хорошо. Гашение бойлеров отдаст их на милость волн, но это лучше, чем взорваться. Запас угля, запасное хранилище, топливо для катапульт – это были главные горючие объекты на корабле. Возьми их под контроль, и она избежит нежданной атаки. Кстати говоря…

– Ты сказал, что у неё есть и другие силы, помимо драконьих. – Азула бросила на Шидана взгляд. – Что за силы?

Корабль содрогнулся. Вибрации прошли сквозь её ступни, как чешуйчатое прикосновение кобраласки к горлу.

– Водные духи. – Взгляд Шидана был устремлен вдаль, и она почувствовала, как огонь осторожно потянулся вперед, пробуя, как чувствительный ус…

– Уберите людей с палубы! – взревел Шидан, бросаясь к люку наружу. – Исонаде*!

За люком царил ужас.

На миг, всего лишь на миг, Азула стояла, раскрыв рот. Водные духи не могли быть реальностью. Этот извивающийся в море изогнутый плавник, утыканный острыми крюками, посылающий на палубу целые водопады воды и хватающий каждого, кто был недостаточно быстр, не мог быть реальным.

«Луна потемнела, когда не было и намека на природное лунное затмение, и рапорты утверждали, что дядя совершил измену, чтобы защитить духа… разве было не так?»

Дух или нет, но если это был хвост, то сама тварь была просто огромной. И если Макото контролировала нечто настолько большое, направив его на корабль…

«Макото была у меня в голове. Она знает, что я послушна желаниям отца. Я – покорительница огня. Была, есть и буду».

Костяные крюки свистнули над головой, зазвенели о сталь Шидана и камень Болина и окатили их холодной морской водой. Холод впился в неё как зубы лев-собаки.