Угли "Embers"
Шрифт:
— Только экстренными случаями, — кивнул головой Ли. — Я закроюсь рано: не хочу, чтобы она волновалась, где я после наступления темноты.
— Я сообщу в штаб, где тебя искать, если ты нам понадобишься, — сказал Хьёдзин. Стража уже отметила их квартиру, на всякий случай.
— Вы можете передать сообщение Дай Ли?
— Да, — осторожно согласился Хьёдзин.
— Хорошо, — с куда более решительным видом Ли направился к лестнице. — Я просто хотел убедиться, что агент Широнг не проскользнет у нас между пальцами только потому, что мы все думаем, что ему стало лучше. — Он слабо улыбнулся через плечо. — И… вы знаете, где на
— Зачем? — спросил совершенно растерявшийся Хьёдзин.
— Вы никогда не ели сахарный дым, когда были ребенком?
— Ну… да, кажется, но… ты знаешь, как его делать?
— Я сладкоежка, — бесстыдно признался Ли, улыбаясь от уха до уха. — Мама научила меня давным-давно. До… до многих вещей. — Он стряхнул с себя уныние. — Хотите рецепт?
Ещё бы он не хотел.
***
— И вы работаете на этого человека? — покачала головой Амая, когда они возвращались в квартиру Муши в вечерних тенях.
— Нет позора в честной работе, — заявил её гостеприимный хозяин. — Чай облегчает заботы наших посетителей. Хотя он никогда не действовал на моего племянника, — задумчиво прибавил он.
— Не стоит ждать чудес от простого теплого напитка, — насмешливо возразила Амая. — Как долго вы намерены терпеть меня, когда у меня самой есть прекрасный дом? — «Я не думала, что Пао такой мелочный скряга». Маленькая плата, которая полагалась Ли как ученику, оказалась куда важнее, чем она себе представляла.
— Пока вы снова не будете готовы столкнуться с насилием, которое произошло в вашем доме, — просто ответил Муши, открывая дверь и с поклоном приглашая её войти. — Или пока вы готовы позволить нам делиться гостеприимством. Так поступают друзья по отношению друг к другу. И это малое возмещение за вред, который мы, сами того не желая, вам причинили.
— Вред? — нахмурилась Амая, пока он закрывал дверь на замок.
Муши вздохнул и жестом пригласил её к столу.
— Чай? — с надеждой спросил он.
Она подняла бровь, продолжая стоять.
— Сначала объяснение.
Он склонил голову: «как угодно».
— Вы говорили, что молодому покорителю воды опасно жить с малой семьей. Я не смог понять, что это в равной степени может быть опасно и для вас, даже несмотря на вашу тренировку. И поэтому я отверг ваше предложение стать семьей без всякого объяснения.
— Вы сказали, что это опасно, — напомнила Амая.
— Да, — признался Муши. — Но мы почти потеряли вас. И это было бы… трудно пережить. — Он вздохнул. — Так, пытаясь защитить вас, я причинил вам вред. Кажется, это традиция моей семьи… Я хочу хоть как-то исправить этот вред, чтобы вы знали, чем рискуете теперь, а не тогда, когда мы сбежим из Ба Синг Се ради безопасности Джинхая или нашей собственной. — Он понизил голос. — После гибели хайма-дзяо за нами больше не следят, и мы можем в безопасности поговорить о таких вещах. Если вы хотите.
У неё перехватило дыхание. Он предлагал одну из самых ценимых ею вещей — правду. И всё-таки…
— Не надо, не говорите мне только потому, что считаете, будто причинили мне вред. Это не так.
— Это именно так, — настойчиво повторил Муши. — Вы дороги мне, леди Амая. Будь я другим человеком, я мог бы надеяться… Но, по крайней мере, я не допущу лжи между нами. Хотя бы это утешение я себе позволю. — Он втянул воздух и встретился с ней глазами. — Я Айро, сын Хозяйки Огня
Очень-очень долгое время после этого мир не имел смысла. Не мог обрести смысл. Азулон, сын Созина, того самого Хозяина Огня, который начал столетнюю войну. Азулон, имя которого она и все, кого она знала с рождения, проклинали за неудачное нападение на Северный полюс и за безжалостное истребление Южного Племени Воды. И «Айро» было ещё одним именем, порождающим кошмары. Кронпринц до того, как Озай забрал себе трон; безжалостный генерал и несравненный покоритель огня, который завоевал половину Царства Земли и шестьсот дней держал Ба Синг Се в осаде.
«Дракон Запада».
— Ты не можешь им быть, — прошептала Амая, лихорадочно шаря взглядом по доброму, заботливому человеку в зеленом одеянии Царства Земли. Теплые руки и плечо, на которое можно опереться, мягкие наставления, в которых так нуждался его племянник…
«Зуко. Если его брат — отец Зуко, то…»
Её разум отшатнулся от этой мысли.
— Ты же чайный мастер. Ты не можешь быть… генералом Айро.
— На пенсии, — мягко напомнил Айро и грустно улыбнулся. — Я всегда находил утешение в чае.
— Ты не можешь им быть, — настаивала Амая, в которой паника, боль и гнев бурлили, как пенное вино. — Ты не из рода Созина, не… — слова покинули её.
— Источник всего зла в мире? — криво усмехнулся Айро. — Нас и раньше так называли. И, да, Созин был злым, но не потому, что он хотел таким быть, а потому, что верил, что лишь он один знает, как сделать мир совершенным, и взялся это сделать. Даже если ему пришлось истребить целую расу. — Айро вздохнул. — Я не понимал, что это зло. Не тогда, когда я знал его, когда я всё ещё был молод. Для меня он был дедушкой и Хозяином Огня, высшей силой в нашей стране. Если он начал войну, он не мог быть неправ. — Он покачал головой, глядя в воспоминания. — Только время и великая боль показали мне его неправоту. Что красота и надежда мира заключены в том, что он несовершенен, и мы должны ценить всё хорошее, что в нем есть, несмотря ни на что. Что никто из нас не идеален настолько, чтобы переделывать мир по своей воле. Что если мы не можем полюбить человека с недостатками, то сама любовь погибнет. Как умерла любовь моего брата ко всем нам. Я был слишком добрым. Урса — слишком нежной. Зуко… Зуко был слишком слабым и не жаждал власти. Мы были людьми, и потому подвели моего брата.
Они подвели Хозяина Огня Озая. Разве не на это она надеялась? Что весь Народ Огня потерпит поражение, и война закончится? И всё же…
— Ты и есть война, — сокрушенно прошептала Амая.
— Я ей был, — признался, не дрогнув, Айро. — Но когда мы сломали Внешнюю Стену и вторглись внутрь, я потерял… многое. Хороших людей. Слишком много хороших людей. Включая моего сына, Лу Тена. Я был… в ужасе. Я почти обезумел от горя. Он был всем, что у меня осталось, по крайней мере, я так думал. Но я также был командующим, Драконом Запада. Я был обязан думать о своих людях и о Народе Огня. Местность, численность, мораль — преимущества покорителей земли были слишком многочисленны, чтобы преодолеть их, не потеряв подавляющее число моих солдат. Только резня или предательство могли бы повергнуть Ба Синг Се, а я не желал ни того, ни другого. Поэтому я отдал приказ снять осаду и отвести войска. Наперекор всем приказам Азулона. — Он немного помолчал. — Я не ожидал, что переживу этот приказ.