Удача Фаусти
Шрифт:
Тали хотела заговорить снова, но Брандо опередил её, добравшись до места, где были припаркованы машины. Его «шевроле» был припаркован там. Митч и Вайолет скользнули на заднее сиденье. Он придержал мою дверь открытой, и после того, как я скользнула внутрь, я открыла дверь с его стороны.
Я чувствовала, как адреналин бурлит в его крови. Брандо бился в моих барабанных перепонках, подобно сердцу. И что-то ещё мчалось по этим венам. Удовлетворение. Оно почти оставило сладкий привкус во рту, хотя горло жгло кислотой. Я знала, что кайф, который он испытывал, был не только от гонки. Это было
— Мы едем домой? — спросила я.
Брандо завёл машину, включил фары, а затем завёл мотор, прежде чем плавно вырулить на дорогу. Эта машина обладала такой же мощностью, как и те, что участвовали в гонках. Я уже видела такую раньше, когда гоняла на другой старой машине. Я ощущала, как лошадиные силы вибрируют у меня под ногами. Брандо взглянул в зеркало заднего вида, и в его тёмных глазах отразились огни. Позади нас стояли вереницы машин, все пытались уехать одновременно. Брандо и Серхио были главной достопримечательностью, их держали в самом конце.
— Нет, — произнес он. — Мы остаемся здесь. С таким же успехом можно провести выходные.
Вайолет взвыла на заднем сиденье.
Брандо взглянул на меня с озорством в этих бездонных глазах, и я слегка улыбнулась ему. Он объехал пробку, пользуясь аварийной полосой, как будто он был в розыске, но всё было совсем наоборот. Он владел этими улицами, как владел сердцем в моей груди.
4
Скарлетт
После того, как Брандо забрал наши сумки из отеля, комнату в котором мы с Вайолет забронировали, он отвёз нас в роскошный отель с великолепным видом на пляж. Моё лицо вспыхнуло, когда клерк за стойкой обратился к нам как к мистеру и миссис Фаусти. Брандо не потрудился поправить его. Он также забронировал номер люкс для Вайолет и Митча. Брандо предложил снять каждому из них по комнате, но они оба покачали головами.
— Я лучше присмотрю за ней, — сказал Митч, кивая в сторону Вайолет.
Она показала ему язык.
— Почему ты не участвовал в гонках на своём «шевроле»? — спросила я, когда мы вошли в лифт.
Он поднял мою руку, целуя точку пульса.
— Она на пенсии. Я говорил тебе, что выиграл её в пари?
— Да, — ответила я. — Верно.
— Парень, у которого она была до меня, держал её на привязи. Я поклялся, что не буду этого делать.
— Ты ведёшь себя так, как будто она твоя женщина, — сказала я, смеясь.
— Мы не скажем ей о тебе, — подмигнул мне Брандо.
Я засмеялась ещё громче. Он был серьёзен.
— Значит, я твоя подружка на стороне?
Он ухмыльнулся.
— Сначала я дал ей клятву. Пари есть пари.
Я попыталась толкнуть Брандо локтем, но он увернулся. Вайолет и Митч тоже засмеялись.
Выйдя из лифта, они отправились на поиски своего номера, а мы отправились на поиски нашего. Там ждал посыльный с нашими двумя сумками. Брандо дал ему
— Итак... — произнесла я, осматривая это место, поворачиваясь к нему лицом, как только всё поняла. Я планировала сказать, что мы останемся в Майами на выходные? Но слова застряли у меня в горле, когда я обнаружила, что Брандо наблюдает за мной. Его лицо было серьёзным, а эти глаза… У меня перехватило дыхание.
Он изогнул указательный палец в мою сторону, подзывая.
— Ты хочешь меня? — Мой голос прозвучал тихо.
Брандо поднял указательный палец и сделал тот же жест. Он не сказал бы мне больше ни слова. Или?.. Что бы он сделал? В тот момент я была слишком труслива, чтобы это выяснять. Адреналин всё ещё струился по его венам, а на языке ощущался сладкий вкус победы с привкусом мести.
Я медленно подошла к Брандо. Когда я была уже достаточно близко, он протянул руку и схватил меня. Я ахнула, впечатавшись в его тело. Брандо был твёрд, как скала, а глаза не стали более податливыми. Тепло, исходящее от него, было жарче, чем солнце Майами в летнее время.
Он рукой обхватил меня за попку, совсем как на гонках, крепко прижав меня к себе. Свободной рукой Брандо приподнял мой подбородок, так что я была вынуждена встретиться с его настойчивым взглядом. Мои глаза отчаянно хотели поддаться его силе, мой рот был близок к тому, чтобы закричать: «Я сдаюсь!» Но мне было слишком любопытно узнать, что у него на уме, прежде чем полностью сдаться. Он всё ещё учил меня, что значит принадлежать ему. Однако я быстро училась.
Мы исследовали глубины интимной близости, но он сказал мне, что не хочет испортить то, что было между нами, и для него это означало не спешить прыгать в постель. Перед этой поездкой мы начали дурачиться на диване Красавицы Мэгги, и, желая его так сильно, что было больно, я засунула руку ему в штаны.
Я хотела проделать это снова. Более того, я хотела принадлежать Брандо так, как никогда не принадлежала никому другому. Я хотела отдать ему всю себя, а он должен был отдать мне всего себя.
Мы смотрели друг на друга... я даже не знаю, как долго, пока его язык не смочил нижнюю губу, а зубы не прошлись по ней. Тик на его челюсти можно было сравнить с пульсом.
— Думал, ты вернулась домой, — сказал Брандо низким и почти холодным голосом. — Я не знал, где ты была.
Мои глаза исследовали его взгляд, не находя в нём ничего приятного. Если в лифте в его глазах и таился юмор, то гнев убил и его, как только мы вошли в дверь.
— И? — Как бы я ни была растеряна под его пристальным взглядом, мой разум, казалось, подсказал мне слова раньше, чем самосохранение сказало своё слово.
— И, — повторил Брандо, притягивая меня ещё ближе. Я чувствовала, как он хочет меня, большой и твёрдый, прижатый к моему животу. — Я всегда знаю, где ты. В любое время.
— Невозможно, — выдохнула я.
— Нет, — сказал он. — Ни хрена не невозможно. — Прежде чем я смогла согласиться или опровергнуть, его рука на моей спине поднялась и снова прижалась к моей щеке. Моё дыхание участилось, и я рванулась вперёд, навстречу Брандо.