Удача Фаусти
Шрифт:
Я отмахнулась от дыма и снова позвала его по имени.
Он моргнул.
— Да, малышка?
— Где Брандо взял эту машину? Я никогда не видела её раньше. — У него дома был старый «шевроле», который был в идеальном состоянии – его детище. Эта машина соответствовала машине, на которой ездил Серхио. Всё, что я могла сказать, это то, что она была быстрой.
Медленная улыбка появилась на лице Митча, его глаза не отрывались от так называемого гоночного трека.
— Он выиграл её в споре.
— Ещё одно пари?
— Да, Фаусти приложил все усилия,
— На что он поставил в этом пари?
— Деньги, которые он ещё не выиграл.
— Понимаю. — Я внезапно ощутила приступ слабости.
Вайолет рассмеялась.
— Ему не хватает уверенности в себе, это точно.
Нет, это определенно не было тем, чего ему не хватало. Но почему он должен был это делать? Весь мир был на его стороне. Внешность. Тело. Сила. И даже если он ненавидел признавать это, сердце. Брандо, на мой взгляд, состоял из всего того, что делало мужчину мужчиной. И ему об этом прекрасно известно.
Джок подошёл поближе к нам, все его гиганты окружили его. Я не понимала, пока они не нависли над ним, насколько профессиональным он казался. Возможно, «карманный защитник» должен был предупредить меня, но я была погружена во всё происходящее.
С тех пор как я заметила итальянцев, у меня по костям пробежал холодок, и я сунула руки в карманы куртки, плотнее прижимаясь к воротнику. Я чувствовала его запах в волокнах, запах кожи, смешанный с запахом мужчины. Я взглянула на женщину, которую Митч называл Тали.
Мой. Он всецело мой.
Даже если её имя на иврите означало «капля росы».
— Ты беспокоишься о ней, малышка?
Мне потребовалось мгновение, чтобы понять, что Митч имел в виду блондинку.
— А мне стоит начинать беспокоиться?
Он засмеялся, но, похоже, не издевался.
— Не в этой жизни. Даже не в следующей. Единственная девушка, которой Фаусти когда-либо давал слово, стоит рядом со мной.
— Вайолет?
Я застала его врасплох. Огромный клуб дыма вырвался у Митча изо рта, когда он засмеялся. Он смеялся до тех пор, пока не началась гонка. Казалось, что в одну минуту всё вокруг ожило от голосов и смеха, а в следующую все затихли, когда две машины завели свои двигатели. Один из гигантов Джока встал между машинами.
По его сигналу обе машины сорвались с места быстрее, чем можно себе представить. Это было куда громче, чем я себе представляла. Мы все остались позади в огромном облаке дыма. Как только всё прояснилось, стало ясно, что Брандо совершил прыжок. Он опередил Серхио. Он буквально оставил его в клубах пыли плестись в хвосте. Машина Серхио продолжала вилять, и в какой-то момент я забеспокоилась, что он теряет контроль и во что-нибудь врежется. В толпу, например.
Всё закончилось быстрее, чем я думала. Брандо победил. Я выдохнула, не осознавая, что всё это время задерживала дыхание.
Большая часть толпы аплодировала громче, чем две машины,
Итальянцы подошли ближе к месту гонки.
Как только Брандо подъехал к месту старта, а Серхио приехал как раз за ним, на меня что-то нашло. Не обращая внимания на зовущего меня Митча, я бросилась к Брандо, как только он вышел из машины, и так сильно впечаталась в него, когда мы столкнулись, что у меня перехватило дыхание.
— Ты беспокоилась обо мне, Малышка Балерина. — Его рот дернулся.
— Заткнись и поцелуй меня, Фаусти, — сказала я.
Что он и сделал.
Однако романтический момент длился недолго. Зик подошёл, его люди расступились и окружили Серхио. Я соскользнула с тела Брандо, но он крепко прижимал меня к себе, пока Митч и Вайолет не подошли, и он приказал Митчу проводить меня до машины.
Я отрицательно покачала головой.
— Возвращаемся домой. — Я отказывалась смотреть на Зика. Брандо пристально смотрел в глаза парню, отказываясь опустить глаза первым.
— Иди с Митчем, — сказал он. — Это не займёт много времени.
— Значит, русская шлю...
Прежде чем эти слова слетели с уст Зика, казалось, произошли сразу две вещи. Митч дёрнул меня в сторону, а Брандо схватил голову Зика и швырнул её в окно машины, которое недавно было опущено. Он взял парня за руку – ту руку, которой тот обнимал меня за шею – и вывернул её назад. Я услышала хруст его костей. Брандо оттащил его назад, затем наклонился и что-то сказал ему на ухо слишком тихо, чтобы я могла расслышать. Секундой позже тот упал на землю.
Я стояла там, уставившись на них, не в силах пошевелиться. Только когда рука Брандо легла мне на спину, и я услышала его голос, обращённый к Джоку, – он бросил ему ключи от неизвестной машины, велев добавить деньги к его выигрышу и вычесть деньги за разбитое окно. Я моргнула, осознав, что мы движемся. Не спеша. Мы уходили так, как будто человеку только что не проломили голову, впечатав её в окно, а его рука не висела безвольно на боку.
Мы замедлили шаг, когда подошли к итальянцам. Не настолько, чтобы кто-то ещё заметил, но я заметила. Брандо встретился с ними взглядом, и, казалось, сделал это намеренно.
Я хотела что-то сказать, но зубы стучали слишком сильно, чтобы говорить. Как раз перед тем, как мы дошли до машины, блондинка, Тали, шагнула к нам.
— Тебе бы не пришлось делать этого для меня, — сказала она.
Брови Брандо опустились, а затем поднялись. Секунду спустя он сощурился.
— Я этого и не делал. — Он посмотрел на меня сверху вниз. — Никто не прикасается к тому, что принадлежит мне, кроме меня.
Мои щёки вспыхнули, но я не отвела от него взгляда. Я собиралась повторить её слова, но всё ещё была слишком ошеломлена событиями последнего часа или около того, чтобы ответить. Так много мыслей пронеслось у меня в голове.