Ученик
Шрифт:
Даша взглянула на свои часики.
– Полвосьмого. Почти тютелька в тютельку.
– Какие будут инструкции? – деловито осведомился Глеб.
– Все те же, – ответила Даша. – Мы из газеты «Вечерний курьер», пишем статью о кино.
Глеб смотрел на нее внимательно.
– И кто же наш объект на сей раз?
– Французская киноактриса Элен Вилье. Знаете такую?
Глеб покачал головой.
– Увы, нет.
– Темнота! Элен – звезда среди первых. И очень красивая женщина.
Лицо Глеба выразило
– Что она делает в Москве? И какое, вообще, имеет отношение к нашему делу?
– К моему делу, – подчеркнула Даша, – имеет отношение каждый, кто попал в ольгин список. Независимо от профессии и пола.
– И французская киноактриса? – с сомнением переспросил Глеб.
– Да хоть сам Римский папа! – отрезала Даша. – В Москве она уже около четырех месяцев, снимается в двух совместных картинах… И живет она в этом доме, у своей подруги Шлыковой, которая, кстати сказать, тоже включена в список. Мало ли что Оля про них нарыла.
– Допустим, – неохотно уступил Глеб. – И как вы собираетесь общаться с француженкой? По-английски?
– Нет, через Марью Шлыкову. Хоть в олином списке она числится домохозяйкой, но пообещала побыть сегодня переводчицей. В общем, с Богом!
Они поднялись на шестнадцатый этаж и позвонили в дверь. Открыла им, судя по свиноподобной физиономии, не французская кинозвезда, а переводчица-домохозяйка. Она была в потертой фуфайке, надетой поверх халата, и в тапочках на босу ногу.
– Здравствуйте, мы из газеты «Вечерний курьер», – бойко представилась Даша. – Утром я с вами созванивалась.
На свиноподобной физиономии не дрогнул ни один мускул, лишь маленькие злобные глазки уперлись Глебу в кадык.
– Вы не сказали, что вас будет двое, – каким-то механическим голосом произнесла госпожа Шлыкова.
Даша виновато улыбнулась.
– Извините, Марья Павловна, я не знала, что это важно.
Марья Павловна чуть пожевала губами.
– Э-э… вообще-то Элен не вполне здорова и лучше бы…
– Марь-ийя! – прозвучал из квартиры женский голос. – Я хотель, они входить! Антрэ!
Пожав плечами Марья Павловна отступила в прихожую. Вошедшему вслед за Дашей Глебу в нос ударил густой запах марихуаны. А сверкающий хрусталь, который выпирал ото всюду, буквально слепил глаза. Под ногами раскинулись персидские ковры.
Элен Вилье стояла в глубине комнаты, облокотясь на сервант. На ней было надето облегающее серебристое платье с разрезом до середины бедра. Фигурой своей она откровенно гордилась, и поза ее была вызывающей. Изящная длинная шея, прямые черные волосы до плеч и карие глаза мгновенно приковывали внимание. Французская актриса была красива, даже очень. Она курила сигарету через мундштук, что и являлось, очевидно, источником запаха марихуаны.
Глеб принял дубленку у Даши и повесил на предложенные хозяйкой плечики, затем разделся сам.
– Бонсуар! Вот все, что я знаю по-французски.
Рядом с ней киноактриса как-то сразу потускнела, красота ее словно поблекла. И женским своим чутьем она это мигом ощутила.
– Сэ манифик! – улыбнулась она в ответ, что далось ей не без труда.
– Здравствуйте, – произнес Глеб, уперев глаза в пол.
Он старался держаться на расстоянии, но, разумеется, его это не спасло.
Лихорадочно блестящий взгляд Элен скользнул вверх по джинсам Глеба, чуть задержался на дешевой рубашке и наконец рассеянно остановился на его лице. Киноактриса сперва обомлела, затем едва не подскочила. И возбужденно залопотала по-французски.
– Лорд Грин! Какая встреча! Но что за вид?! – перевела Марья Шлыкова и, обращаясь к француженке, постучала себя по лбу. – Тю э маляд, мон ами.
Элен вспыхнула, как порох. Разумеется, по-французски.
– Я не больна, кретинка! Это лорд Грин, мы познакомились в Ницце на вилле Мак-Грегори! Исчезни, уродина, вместе с этой девкой! Я должна поговорить с ним наедине!
Шлыкова растерянно прокашлялась и, буравя Глеба злыми глазками, перевела:
– Она утверждает, что вы какой-то лорд Грин и что вас познакомил какой-то… не важно. Она хотела бы переговорить с вами конфиденциально. Что вы на это скажете?
Глеб с улыбкой пожал плечами.
– Даже не знаю… Мне, конечно, лестно, что меня путают с английским лордом, но… как говорится, и близко не стояло. Марихуана порой вызывает такие странные видения…
Шлыкова перебила:
– Я предупреждала, что она не совсем здорова.
– Теперь мы видим, – поспешно согласился Глеб.
Изумрудные глаза Даши в это время прожигали его насквозь. Она ехидно усмехнулась.
– Пожалуй, нам лучше придти в другой раз.
Элен обвела взглядом всех по очереди. Затем подошла к Глебу и страстно проговорила:
– Майкл, что за комедия?! Ведь ты в совершенстве владеешь французским! Или наш разговор предназначен для ушей твоей шлюхи?!
– Она почему-то называет вас Майклом, – перевела Шлыкова, – и утверждает, что вы знаете французский.
Даша покачала головой.
– Мне очень жаль, но его зовут Глеб.
– Причем с детства, – добавил Глеб, пятясь к двери.
– А что касается французского… – вздохнула Даша.
– Я просто ни в зуб ногой, – заключил Глеб.
Свиноподобная физиономия Шлыковой выразила подозрительность и лукавство одновременно. Косясь на киноактрису, она постучала пальцем себя по лбу.
Однако Элен не собиралась сдаваться.
– Майкл, дерьмо! – возопила она. – Я не позволю дважды себя динамить!