Убийство-2
Шрифт:
— Какой вкусный торт, — сказал Бьорн, кладя себе третий кусок.
— Ты нашла, где будет твое место? — спросила Вибеке и показала точку на плане.
— Разве я не с Марком буду сидеть?
— Ты нужна нам вот здесь. — Материнский голос вновь приобрел привычное наставительно-строгое звучание. — У двоюродного брата Бьорна заболела жена, и он приехал один.
— Он деревенский парень, — сказал Бьорн и закашлялся. — За ним нужно присматривать. Простите…
Он прикрыл рот рукой. В воздух полетели шоколадные
— Ты можешь привести с собой кого-нибудь, — добавила Вибеке. — Если хочешь.
Лунд качнула головой.
— Разве у тебя нет приятеля? — спросил Бьорн. — У такой молодой красивой девушки? Если уж мы, старики, сподобились…
— У Сары сейчас пауза в отношениях, — сказала Вибеке и похлопала его по спине, так как с ним случился новый приступ кашля.
У Бьорна покраснело лицо. Лунд украдкой глянула на этикетку, наклеенную сбоку на упаковку от торта. Ингредиенты… Она протянула руку и незаметно оторвала бумажку с предательской информацией, скомкала ее и сунула в карман.
— Вот-вот, у меня тоже была такая пауза, — сказал он внезапно осипшим голосом. — Но потом появилась твоя матушка, и паузе сразу пришел конец. Она тебе уже рассказывала, как мы познакомились?
Ответить ей помешал вновь зазвонивший мобильник. Вибеке неодобрительно сжала губы. Звонил Странге, который как раз ехал домой через Эстербро и решил передать ей что-то важное. Он уже стоял у подъезда.
— Как? — спросила Лунд, нажав отбой.
— «Йестедэй…» — пропел он строчку из старой песни и поцеловал Вибеке в щеку.
— Это было в комиссионном магазине, — сказала ее мать. — Там очень хороший товар, не какие-нибудь поношенные тряпки на выброс…
— Разумеется, — согласилась Лунд.
— Я искал себе пальто. — Он стукнул себя по груди, борясь с подступающим кашлем. — И даже увидел подходящее, известной фирмы. А потом…
В дверь позвонили. Лунд извинилась и пошла открывать, стараясь не обращать внимания на кашель за спиной, который становился все громче. На площадке стоял Странге, с него капала дождевая вода. В руках у него было две тонкие папки.
— Я нашел отчет военного прокурора, как вы просили. И еще личное дело Лисбет Томсен.
Она взяла папки.
— Есть какие-нибудь соображения, где она может быть?
Он развел руками. В первый раз она видела его уставшим.
— Свою квартиру она сдала год назад. Раз в три месяца приезжает за почтой и за арендной платой. Это все, что я узнал.
Лунд листала протоколы суда.
— Может, она хочет побыть одна, — предположил он. — Кстати, она тоже проходила курс обучения в спецназе, вместе с Рабеном. Если она захочет спрятаться…
— Зачем ей прятаться?
Он посмотрел на нее.
— Вы же уехали в Гедсер.
— Это не одно и то же…
В прихожей раздались шаги. Вибеке помогала Бьорну одеться. Он задыхался и выглядел
— Я отвезу Бьорна домой, — на ходу проговорила Вибеке. — Ему нехорошо.
— Сочувствую…
У него опухли глаза. Этот симпатичный человек был не столько встревожен своим состоянием, сколько смущен.
— Ты уверена, что в торте не было орехов? — спросила ее мать.
— Я… ну… я просила без орехов.
Странге кашлянул в кулак и опустил глаза.
— На меня и глютен так может действовать, — быстро сказал Бьорн. — Ничего страшного, я привык. Доброй ночи…
Держась рукой за перила, он стал медленно спускаться по лестнице. Вибеке задержалась.
— А вы?.. — спросила она, оглядывая Странге с головы до ног подозрительным взглядом.
Он протянул руку и улыбнулся. Она пожала ее, и последовала беседа, такая легкая и искренняя, что Лунд почувствовала себя лишней. Несколькими короткими предложениями Странге охватил все приличные случаю темы: погоду, пожелания в связи со свадьбой и заверения в том, что в роковом торте не было ни грамма орехов, во всяком случае, так сказали в кондитерской.
Вибеке поболтала бы с ним подольше, но снизу донеслись жалобные призывы Бьорна, перемежаемые хриплым кашлем. Тогда она одарила Ульрика Странге взглядом, который Лунд ненавидела еще с детства. Он говорил: «Что за милый мальчик», и впервые мать продемонстрировала его, когда к юной Саре зашел самый неприятный из одноклассников.
— С трудом верится, что вы полицейский, — прощебетала Вибеке на прощание. — Видели бы вы некоторых из них. Настоящие животные…
Странге поклонился. Когда мать отошла достаточно далеко, Лунд сердито проговорила:
— Меня сейчас стошнит.
— Надеюсь, дело не в торте?
— Вы же понятия не имеете, есть в нем орехи или нет.
Он согласно кивнул.
— Да. Я просто поддержал вас. Ведь мы напарники, помните?
Она помахала папками, собираясь закрыть дверь.
— Я договорился с полковником Ярнвигом о встрече на завтра, — добавил Странге.
— А о Рабене не было новостей?
— Нет.
— Ладно. До завтра.
Странге переступил с ноги на ногу, но не выказал намерения уходить.
— Вообще-то, я очень люблю торты, — неуверенно произнес он. — С орехами. Или без орехов. Я… — Он потопал ногами. — Рядом не было свободных мест, машину пришлось оставить за углом, и я весь промок, пока добирался под дождем. — Он заглянул в пустую квартиру. — У вас и кофе есть?
— Что-нибудь еще?
— Кофе и торта вполне достаточно, спасибо.
Лунд, к своему изумлению, колебалась. В глазах Странге уже загорелся огонек надежды, отчего он стал казаться молодым и неискушенным.