Убийца и целительница

Маас Сара

Но глаза девушки были прикованы к Ирэн, и она немного прищурилась. В вызове, в команде.

«Сопротивляйся, — казалось, говорит она. — Борись за свою жалкую жизнь».

Двое мужчин с мечами приблизились ближе, но она не опустила клинок.

— Брось оружие, или я перережу ей глотку, — прорычал тот, кто держал Ирэн. — Как только мы закончим мстить за наших товарищей, за все деньги, которых вы нам стоили, может быть, мы позволим ей жить. — он прижал Ирэн сильнее к себе, но молодая женщина просто смотрела на него. Наёмник

прошипел:

— Брось оружие.

Она этого не сделала.

Боги, она собиралась позволить ему убить её, не так ли?

Ирэн не могла умереть вот так — не здесь, как бармен без имени в этом ужасном месте.

Не могла умереть вот так, в то время как её мать сражалась за неё, убила этого солдата, чтобы у Ирэн был шанс бежать, чтобы сделать в жизни что-то большее. Сделать что-то хорошее для мира.

Она не умрёт так.

Ярость ударила, так ошеломляюще, что Ирэн едва могла видеть сквозь её пелену, едва могла видеть что-либо, кроме года в Иннише, будушего, которое она не могла понять, и жизнь, с которой она не была готова раставаться.

Она не предупреждала, когда топнула ногой так сильно, как только могла, прямо в чувствительное место на ступне мужчины. Он отстранился, взвыв, но Ирэн подняла руки, отбрасывая кинжал одной рукой, а другой ударила локтем в его живот. Со всей силой, со всем гневом, который горел в ней. Он застонал и согнулся пополам, и она ударила локтем в его грудь, как показывала девушка.

Мужчина упал на колени, и Ирэн повернулась. Чтобы бежать, чтобы помочь — она не знала.

Но девушка уже стояла перед ней, широко улыбаясь. За ней двое мужчин лежали неподвижно. И человек на коленях…

Ирэн уклонилась, когда молодая женщина схватила задыхающегося мужчину и бросила его в туман. Удар, а затем приглушённый крик.

И, несмотря на её стальную выдержку целителя, которую она унаследовала, Ирэн едва успела сделать два шага прежде, чем её вырвало.

Когда она подняла голову, то заметила, что молодая женщина снова смотрит на неё с лёгкой улыбкой на лице.

— Быстро учишься, — сказала она. Её прекрасная одежда, даже мрачно сверкающая рубиновая брошь, были покрыты кровью. Не её собственной — с некоторым облегчением заметила Ирэн. — Ты уверена, что хочешь быть целителем?

Ирэн вытерла рот уголком фартука. Она не хотела знать какова альтернатива — кем была эта девушка. Нет, всё, что она хотела — это ударить её. Сильно.

— Ты могла бы убить их без меня! Но ты позволила этому человеку приставить нож к моему горлу — ты позволила ему! Ты ненормальная?

Девушка улыбнулась так, словно сказала «да», ведь она была, безусловно, безумной. Но она сказала:

— Эти люди были шуткой. Я хотела, чтобы ты получила реальный опыт в контролируемой середе.

— Ты называешь это контролируемой средой?

Ирэн

не могла не кричать. Она приложила руку к уже свёрнутой крови на её шее. Это быстро заживёт, но может остаться шрам. Ей нужно будет немедленно это осмотреть.

— Посмотри на это так, Ирэн Тауэрс: теперь ты знаешь, что можешь это сделать. Этот человек был вдвое больше твоего веса и почти на голову выше, и ты сбила его с ног за несколько сердцебиений.

— Ты сказала, что эти люди были шуткой.

Жуткая усмешка:

— Для меня — да.

Кровь Ирэн похолодела.

— С меня на сегодня достаточно. Думаю, мне нужно идти спать.

Девушка вернула меч в ножны.

— И я, пожалуй, должна уже собираться в путь. Совет: выстирай кровь со своей одежды и не говори никому, что ты видела сегодня вечером. У этих людей может быть еще больше друзей, и, насколько мне известно, они были несчастными жертвами ужасного ограбления. — она подняла мешочек с монетами и проследовала мимо Ирэн в гостиницу.

Ирэн бросила взгляд на тела, почувствовав, как тяжёлый вес появился в её животе, и последовала за девушкой внутрь. Она всё еще была в ярости из-за этого, всё еще дрожала от остатков ужаса и отчаяния.

Поэтому она не прощалась со смертоносной девушкой, когда она исчезла.

Глава 6

Ирэн сделала так, как сказала девушка, и переоделась в другое платье и фартук прежде, чем отправилась на кухню, чтобы смыть кровь с одежды. Её руки дрожали так сильно, что для стирки понадобилось больше времени, чем обычно, и к тому времени, когда она закончила, бледный свет рассвета проник сквозь кухонное окно.

Она должна была отдохнуть… ну, теперь уже нет. Со стоном, она поплелась в свою комнату, чтобы повесить мокрую одежду, чтобы она высохла. Если кто-то увидет, что она вывесила одежду на улицу, это вызовет только подозрения. Она предположила, что должна притвориться той, кто найдёт эти тела. Боги, какой беспорядок.

Вздрогнув от мысли о долгом, длинном дне, она попыталась понять, что она получила, когда Ирэн вошла в комнату и тихо закрыла дверь. Даже если бы она рассказала кому-то, они, вероятно, не поверили бы ей.

Только когда она закончила развешивать одежду на крючках, встроенных в стену, она заметила кожаный мешочек на кровати и записку.

Там, элегантным женским почерком, девушка написала…

Без имени, без даты. Взглянув на записку, она могла почти представить себе дикую улыбку девушки и неповинование в её глазах. Эта записка была похожа на вызов — решится ли она.

Руки начали дрожать вновь, когда Ирэн вытрясла содержимое мешочка на кровать.

Куча золотых монет мерцала, и Ирэн отшатнулась, рухнула со стуком на стул напротив кровати. Она моргнула, потом еще раз.