Убийца ее мужа

Ефремов Валерий Сергеевич

– Обычное дело, – капитан развел руками, – попал в пробку.

Бороздин не решился сказать, что видел своими глазами Азу Арзаеву. Он, конечно, хотел избежать малоприятной выволочки со стороны Зайцева – «фофан ты, а не сыщик, упустил преступницу, которая сама шла к тебе в руки», – но промолчал капитан не только из-за этого: он уже не был уверен, что действительно видел Азу. Вполне возможно, рассуждал Бороздин, постоянные размышления о том, как найти Арзаеву-убийцу, и грезы о ней как о женщине-мечте все же повлияли на его психику. Он изучал еще в институте, что такая раздвоенность сознания неизбежно сказывается на высшей нервной деятельности человеческого мозга.

– Ладно, садись. Я включаю в бригаду по расследованию «дела Арзаевой» – как мы пока условно называем цепь известных вам убийств – еще двух оперативных сотрудников: Склярова и Радимова. – Зайцев

кивнул на лейтенантов. – И сейчас мы начнем нечто вроде мозгового штурма. Нам еще неизвестны результаты баллистической экспертизы – из какого ствола убит Эдуард Хромов, но примем пока за данность: убийца все тот же, или, точнее, та же. Я имею в виду Азу Арзаеву в тех случаях, когда применялось огнестрельное оружие. Но я не исключаю, что и ножом или кинжалом орудовала тоже она. Арзаева – кавказская женщина, а значит, владеет холодным оружием по определению. Скорее всего, она действует по ситуации,– какое орудие убийства ей сподручнее применять в данный момент, такое и идет в ход. – Выпалив все это на одном дыхании, майор взял паузу и оглядел своих сотрудников, видимо, пытаясь оценить, насколько каждый из них согласен или не согласен с ним. Однако все оперативники сидели с совершенно непроницаемыми лицами, находясь, похоже, при своем, сугубо индивидуальном мнении. Не дождавшись какой-либо реакции со стороны подчиненных, начальник отдела продолжил свой монолог: – Но я также не исключаю, что ей кто-то оказывает помощь. Второй главный вопрос: каковы мотивы преступных действий Азы Арзаевой? Я пока вижу только один – месть. Мужа с любовницей она застрелила, понятно почему, а Хромову Арзаева отомстила за его фотографии. Ведь это даже не Карнаухов, а Хромов разрушил ее семейное счастье! Пока она не ведала, что муж ей изменяет, никаких проблем для Арзаевой не существовало. И тут Хромов предъявляет ей компрометирующие Карнаухова фотографии – причем делает это публично! Он совершенно явно провоцирует Арзаеву на месть, имея, конечно, в виду еще и то обстоятельство, что она – женщина с Кавказа, где кровавые расправы за любовные и тем более семейные измены в ходу. И понеслось… – Он опять взял паузу и на этот раз спросил своих сотрудников напрямую: – А как вы думаете, ребята?

– Тогда за что же была убита Ольга Агапова? – поинтересовался в свою очередь мнением начальника Колодков.

Майор, однако, оказался к этому вопросу готов и ответил не задумываясь:

– В «Монмартре» ее считали любовницей Хромова. Возможно, Арзаева полагала, а может быть, и имела какие-то конкретные основания полагать, что Агапова помогала своему дружку Эдику в сборе компромата на Карнаухова.

– А как вы объясните убийство спартаковского фаната? – спросил все тот же Колодков, давая этим вопросом понять, что не разделяет мнение майора: версия Зайцева ему казалась слишком простой и не объясняющей все обстоятельства данного дела.

Понимаешь, старший лейтенант… – задумчиво и, можно сказать, проникновенно произнес начальник отдела, после чего вылез из-за стола и встал прямо напротив Колодкова, как бы для того, чтобы его слова не распылялись по всему помещению, а доходили до адресата быстро и точно. Сергей, естественно, не мог допустить, чтобы он сидел, а его начальник стоял, и старшему лейтенанту тоже пришлось подняться со стула. При этом картину они вдвоем создавали довольно комичную: небольшого роста, пузатенький и вальяжный командир и его подчиненный – двухметровый, амбалообразный детина, вытянувшийся по струнке. Глядя на них, все присутствующие не смогли сдержать улыбок. – Я полагаю, здесь произошло вот что. Эта Арзаева, насколько можно понять по фотографиям и оценкам свидетелей, – девица чрезвычайно привлекательная. Вполне возможно, тот несчастный парнишка, встретив ее, причем в довольно безлюдном месте, стал к ней клеиться. И скорее всего перешел допустимую грань. Короче, я полагаю, что здесь имела место самозащита, как, скажем, в случае Человека Со Шнурком. Кстати, личность этого маньяка наконец установлена: Николай Полуяров – бывший спецназовец, участвовавший еще в первой чеченской войне. Так что ничего удивительного, если у мужика в результате крыша поехала. – Тут майор похлопал Колодкова по плечу. – Ну как, Серега, убедительно? Тот неопределенно повел головой:

– Что-то в этом есть.

На самом деле Лев Зайцев и сам не слишком верил в свою версию, но считал, что хотя бы от чего-то надо отталкиваться при выборе дальнейшего плана действий.

– Ну а ты, Димыч, чего молчишь?

Бороздин не сразу ответил на вопрос майора.

Наконец, тяжко вздохнув, произнес:

– Я

пока не понимаю, что происходит, командир. Имеющиеся факты плохо ложатся в какую-либо схему. Мне кажется, мы еще очень мало знаем, чтобы делать совершенно определенные выводы, хотя уже и имеем достаточно много трупов. Ясно одно, что надо ловить Арзаеву, но следует также собирать все возможные данные по традиционным версиям. Начнем с самого начала. Кроме мести, если не зацикливаться на одной Арзаевой, кому была выгодна смерть Карнаухова как весьма богатого человека? Его наследникам, естественно. Но мы их так и не установили. А между прочим, Людмила Силкина, все из того же отдела сбыта, родом из Туркмении, откуда приехал и Карнаухов. Что-то не нравится мне и вся эта история с фотографиями. Ведь никто из нас их не видел, как и соответствующую фотопленку. Вопрос вроде бы второстепенный, но… Его перебил начальник отдела:

– Вот тебе показания Хромова. – Майор протянул Дмитрию папку с бумагами. – Здесь указано агентство и конкретный детектив, с которым Хромов сотрудничал. – У тебя все?

– Остался пока не допрошенным важный свидетель: начальник отдела сбыта фирмы «Монмартр» Малков. К нему не допускали врачи. – Бороздину пришлось соврать в течение часа дважды, а ведь это обычно его месячная «норма»!

– Малкова завтра должны выписать из больницы, – поступило неожиданное сообщение от Колодкова. – Я туда сегодня звонил.

Итак, ближайшие задачи на будущее, – объявил Зайцев, любивший побалагурить за рюмкой водки или кружкой пива, но не терпевший длительных совещаний, поскольку его постоянно таскали «наверх», на разного рода оперативки, установки и пятиминутки, длившиеся часами. – Арзаеву объявляем в федеральный розыск, иначе начальство нас потом не поймет. Вы, двое, – он ткнул пальцем в лейтенантов, которые немедленно вскочили на ноги, – завтра же выезжаете в Чечню, на родину Арзаевой, и узнаёте там про нее и ее родственников все, что только можно. Ты, Бороздин, – тот тоже поднялся со стула, – допросишь Малкова и съездишь, раз уж считаешь нужным, в детективное агентство на предмет хромовской фотопленки. Теперь с тобой, Серега… – Майор вдруг замер, словно в голову ему пришла какая-то необыкновенно продуктивная мысль. – Тут же факс на наш запрос из Туркменистана пришел, а я его так и не успел просмотреть! Все время по большим кабинетам мотался. – Он достал из ящика стола лист бумаги и быстро пробежал его глазами. – Ага, Карнаухов-то в свои тридцать восемь уже до Арзаевой был женат, разведен и имел троих детей: мальчика Гену и девочек Любу и Галю. Пацану сейчас, выходит… сколько же?., семнадцать, а девицам – девятнадцать и пятнадцать. И они теперь – граждане России! Вон оно как!

– А адресов их в факсе нет? – поинтересовался Колодков.

– Бог с тобой, Серега! Ты хочешь, чтобы туркмены за нас нашу работу делали? Вот ты этих Гену, Любу, Галю и установишь. Фамилии их известны – Карнауховы.

– А фамилия жены тоже Карнаухова? – осведомился капитан.

– Естественно.

– А в девичестве?

– Хм… Ты слишком много хочешь, Димыч! – Он еще раз, уже повнимательнее, перечитал факс, и у него едва ли не в буквальном смысле полезли глаза на лоб. – Есть, однако, фамилия жены Карнаухова в девичестве. И фамилия эта – Силкина!

– Людмила?! – в голос вскричали Бороздин и Колодков, повскакав со своих мест.

– Именно что Людмила! По отчеству Евгеньевна. А наша Людмила – как по батюшке?

Капитан со старшим лейтенантом, переглянувшись, пожали плечами.

Глава пятая

В поисках новых версий

1

На следующий день Бороздин прямо с утра решил ехать в «Склиф» с идеей перехватить свидетеля Малкова еще до выписки из больницы. А то совершенно непонятно, куда он потом вместе со своей подружкой двинется – то ли к себе домой, то ли к ней, то лик кому-нибудь из них на дачу, тем более что наступила пятница.

Вчерашний небольшой шухер по поводу Людмилы Силкиной быстро сошел на нет, когда выяснилось, что отчества у нее и бывшей жены Константина Карнаухова – разные. А совпадения имен и фамилий – скорее всего дело случая. Хотя если сюда приплюсовать тот факт, что и сотрудница фирмы «Монмартр» тоже из Туркмении, – все это, конечно, настораживало. Потому в Ашхабад послали новый запрос на предмет: не имеет ли Силкина из «Монмартра» каких-либо родственных связей с Константином Карнауховым. Впрочем, все в отделе, начиная с его начальника Левы Зайцева, сомневались, что туркмены всерьез возьмутся изучать генеалогию гражданки другого государства.