Убийца ее мужа
Шрифт:
– Неужели нельзя найти на него никакой управы?
– Можно! – тут же сказала она. – И ты мне в этом поможешь.
– Как именно?
– Ты сделаешь то, что умеешь хорошо делать.
– Что конкретно?
– Убьешь его. Устрой ему несчастный случай, Стасик. Как когда-то моему первому мужу.
Станислав чуть не застонал: вот тебе и расслабился в объятиях любимой женщины! Ну что за напасти на него сегодня навалились!
Немедленно отказать? Значит попросту потерять Свету. А он, как сейчас выяснилось, уже успел здорово соскучиться по этой обольстительной женщине или, говоря точнее,
– Это не так просто, как ты думаешь, – глухо произнес он. – Чтобы такое подготовить, понадобится время.
– Я готова ждать, – быстро ответила Света. – Но не очень долго. Каждая минута совместной жизни с этим извергом причиняет мне душевную и физическую боль. Сколько тебе понадобится времени?
– Ну, скажем… неделя…
– Вот и договорились. – Света вдруг стала одеваться. – Мне пора идти, а то мой мучитель меня хватится и что-нибудь заподозрит. А я буду приходить к тебе. Каждый день в это время. Ровно неделю…
На следующее утро Бороздин с Колодковым встретились в управлении, в своем кабинете.
– Ну что, Серега, подобьем бабки? – не слишком весело предложил капитан. – Начинай.
Итак, на нас висят уже несколько трупов: Карнаухов, Малахова, футбольный фанат Хлебников, Новосельцева, а также, возможно, ее супруг. Сюда можно прибавить и Человека Со Шнурком.
– Нет-нет! – протестующе замахал руками капитан. – Маньяк идет по отдельному производству.
– Так или иначе, искать следует предположительно двух убийц – Азу Арзаеву и Петра Дерюгина. Хотя, по словам Новосельцева, ликвидировал Карнаухова Дерюгин, подозрения в трех убийствах с Арзаевой снимать нельзя. На нее указывает слишком много улик.
– Между прочим, – не преминул подчеркнуть Бороздин, – я уже ранее выдвигал версию, что убийство Карнаухова было задумано Дерюгиным, а Арзаеву авторитет использовал с помощью какой-то хитрой комбинации.
– Может, и так, а может, и нет, – пожал плечами старший лейтенант, – все это пока наши домыслы. Но главное – установочные данные на обоих подозреваемых мы вместе с фотографиями всем, кому следует, раздали. Что еще можно сделать? А, капитан?
«Просто ждать, когда убийцы попадут в густую и широко расставленную сеть розыска, а также ждать ответ на запрос из Туркменистана. По уму, так и следовало бы поступить да заняться другими, не менее важными делами, – рассуждал про себя Дмитрий. – Но начальству вряд ли понравится такая идея. Оно, начальство это, назовет Бороздина и Колодкова ленивыми и безынициативными и намекнет на их профнепригодность».
– Вот что, Серега, сгоняй-ка ты все же в клуб болельщиков ЦСКА. Вдруг Арзаева выкинула свой пистолет, а им воспользовался кто-то в фанатской разборке? – предложил капитан безнадежным тоном.
Колодков посмотрел на Бороздина почти с жалостью – как на человека, явно попавшего в интеллектуальный тупик.
– Окстись, Димыч! Для чего же тогда Арзаева патроны и глушитель на рынке покупала? Хотя, возможно, ты и прав. Она просто
Капитан, однако, пребывал в столь безысходном состоянии души и ума, что пропустил мимо ушей иронию напарника.
Помолчав минуту-другую, Дмитрий набрал несколько цифр на телефонном аппарате и спросил Ольгу Агапову. Выяснилось, что та на обеде.
– Ничего себе, на обеде, – удивился он, взглянув на часы. – Время-то – еще одиннадцати нет. Но эту Агапову мы с тобой обязательно должны сегодня достать. Сесть ей на хвост, когда она уйдет с работы, и поговорить где-нибудь в укромном местечке. А теперь ты позвони в тот же «Монмартр» и спроси Людмилу Силкину. Если она на месте, сразу вешай трубу.
– Нет ее на службе, – объявил Сергей после короткого телефонного разговора. – У нее отгул.
Капитан печально кивнул:
– Значит, в больнице торчит, стерва. Своего ненаглядного Малкова пасет. Выходит, и его пока не допросишь. – Он на минуту задумался. – Надо, пожалуй, узнать, кто откуда родом в этом отделе сбыта. Нет ли, допустим, кого-нибудь из Туркменистана?
– Ты имеешь в виду «Монмартр»?
– Угу.
– Значит, хочешь отработать версию номер три? – широко улыбнулся старший лейтенант. – Убийство из-за наследства? По-моему, ты, Димыч, сильно распыляешься.
– Давай, давай действуй. Вдруг да что выгорит. А пока других мыслей нет.
– А ты сам-то что будешь делать?
– Поеду в поликлинику, к которой был прикреплен Дерюгин. Сниму копию с его больничной карты.
Колодков пожал плечами:
– Уж и не знаю, что с этого можно поиметь.
Однако дотошность капитана Бороздина была вознаграждена: из больничной карты Петра Дерюгина выяснилось, что убийца был диабетиком, а значит, инсулинозависимым. И Бороздин, заручившись поддержкой начальства, немедленно распорядился разослать фотографии Дерюгина во все аптеки Москвы и Подмосковья.
Итак, был закинут еще один крючок. Но как проконтролировать оптовые аптекарские базы?
Надо будет посоветоваться со специалистами из УБЭП, подумал Дмитрий, а сейчас пора пообедать. Тем более что время приближается к трем, и, возможно, его уже ждет профессор Круг.
…Войдя в кафе и не найдя за тем же, «вчерашним», столиком профессора, он испытал секундное разочарование. Но именно только секундное – капитан почти сразу же заметил Круга, призывно махнувшего ему рукой из-за другого стола. И действительно, разве «вчерашний» столик их именной или они с профессором его на сегодня заказывали? Круг просто занял тот, который освободился.
– Присаживайтесь, – приветливо произнес профессор, – я специально держу для вас место. – И он указал на пустой стул рядом с собой.
– Большое спасибо, Григорий Алексеич. – Бороздин был польщен оказанным ему вниманием.
Поглотив основную часть заказанного обеда, профессор спросил:
– Так вы действительно хотите прослушать мою небольшую лекцию об эволюции смерти или, точнее, об эволюции отношения к ней некоторой части органических объектов?
– Безусловно, профессор. Но сначала я хотел бы получить от вас дополнительное разъяснение о субсоциумах. Вы их определяете как сообщество по интересам?