Убей или люби!

Суворова Анастасия Романовна

— Еще?

И вот тут я понимаю, сделала она меня. А я — ее.

Теперь она мне точно подчинится. Может, не

во всем по жизни, но в постели будет покорной. Моей будет. Ласковой и отзывчивой. Такой вот, как сейчас — на все готовой. И от осознания этого меня плющит тонной радости. Не просто же так она отдается. Угодить хочет. А угождают кому?

— Чувствуешь что-нибудь? — спрашиваю, тратя последние силы на шепот. — Ко мне что-то чувствуешь?

— Да, — так же с трудом бормочет она. — Тягу.

— Сильную?

— Угу.

— А я знаешь, что к тебе чувствую?

— Что?

— Что-то такое непонятное,

думаю… только Лавии твоей ведомое.

— М-м-м-м, — выдыхает она шумно и улыбается. — Взаимно.

Глаза подернутые негой, светятся. Улыбаются. Пленяют меня еще больше.

Я же с трудом освобождаю ее от своего гнета, ложусь рядом и, зарывшись в рыжих волосах, бормочу:

— Дом надо бы построить другой. У тебя спальня слишком маленькая.

Она издает тихий смешок, а после… засыпает. Положив голову на мое плечо, засыпает. Доверилась. Покорилась. А я определился-таки со стороной. На ее всегда стоять буду. Что бы ни случилось. Ведь она отдалась, значит, теперь я несу за нее ответственность.