Убей или люби!
Шрифт:
— Как видишь, — спокойно отвечает ему Тайвил.
Поражаюсь его выдержке. Ведь он уже получил мой короткий отчет о том, что все в боевой готовности, а вид такой делает, будто случайно на прогулке встретились два старых приятеля.
— С чем пожаловал? — сухо осведомляется Крайд и рожу кирпичом делает, хотя все равно видно, как у него обида аж из ушей лезет. И телепатом быть не надо, чтобы понять, как он осерчал на Тайвила за то, что тот отставил их.
Странно, на нас вот с братьями не так злится. За салаг держит, что ли?
— С вопросом, —
— Каким? — жует губы Крайд.
— Я его всем задам, так что пусть выходят. Или нас внутрь запускают.
Крайд скрипит зубами, но дверь распахивает и машет оставшимися бойцам рукой, чтобы вываливались на ступени. Те выходят, позвякивая доспехами и оружием.
Команда внушительная. Нам ее не победить. И не важно, что в нашей шестерке самые сильные собрались. На их стороне банальное численное превосходство. Простых солдат больше, чем воительниц. Они уложат их, это как пить дать. Да и нас в два раза меньше, чем братьев. Крылья и телепатия не спасут, если начнется драчка.
— Что спросить хотел? Говори. Все в сборе, — чеканит Крайд.
— Братья ли мы еще? — просто и без пафоса говорит Тайвил. Скотина, а мне про стратегию заливал!
— В смысле?! — голосит Крайд. — Ты нас об этом спрашиваешь? Мы тот же вопрос хотели бы задать!
— Я все еще брат вам, — спокойно отвечает Тайвил и начинает перечислять. — Тебе, Крайд, потому что до сих пор помню, как кровяху твою первую вытирал, когда ты с Парком подраться решил. Парку брат, ведь он меня отпаивал, когда я в орден попал весь избитый и в грязи. Миралу брат, просто потому что он надежный и ни разу во мне не усомнился.
Тайвил не забыл ни одного, и каждому у него нашлось, что сказать. Я даже пожалел, что оказался не по ту сторону. Стало вдруг интересно, а что бы он лично мне наплел. Парни слушали молча. Кивали. Каждый по очереди, когда та до них доходила. А я все больше и больше напрягался. Пока не почувствовал, как по моей спине проходится рука Грейлы. Просто пальцы. Те, что привыкли сжимать меч, но сейчас… ласкающие, успокаивающие.
— Ничего не бойся, — зашептала она.
— Но я боюсь, — говорю едва, тихо. — За тебя.
— А я нет. И… для меня честь стоять здесь рядом с тобой.
И все. Я воспарил. Окреп. Не знаю, как у других парней, а у нас с Грейлой не только магия любви, но еще и долга. Оба мы одному богу служим — войны. Но повенчаны оказались совершенно противоположной силой.
Сжимаю ее руку и на парней смотрю. Спокойным таким взглядом, открытым. Не таюсь, причина, по которой ушел, на лицо. Но я, как и Тайвил, все еще их брат. Надеюсь, это читается в моем выражении.
— Решили сменить веру? — не злобно, а скорее обиженно, ухмыляется тот самый надежный Мирал.
— Скорее, семейное положение, — отзывается Дамир, но тут же затыкается. Не может этот парень без шуточек. Хотя… почему бы не сменить, в самом деле, если нашел свою?
— А мы как же? — возмущаются сразу несколько парней.
— А
Даже малыш Леам, и тот улыбается. Одни мы с Тайвилом и Катаном стоим серьезные.
— Девки девками, но как же орден? — продолжает Крайд.
— Осточертело, — честно признается Тайвил, поражая всех. — Выхожу.
— Нас бросишь?! — голосят парни хором.
— Я про орден, не про братство. Мы отдельная единица, когда все вместе — несокрушимая. Самостоятельная, если уж на то пошло.
— Ага, самостоятельная, — усмехается Крайд. — А ничего что нас Наместник создал?
— Обокрал, ты хотел сказать?! — встревает вдруг Иман. Сел на своего конька. Теперь не соскочит.
— Не все как ты благородными были и свой богатый дом имели, — напоминает ему Крайд. — Нас с улицы подобрали.
— Да, но не просто так, — стоит на своем Иман. — Подобрали и лишили свободы выбора.
— Он прав, — неожиданно подает голос и Леам. — Мы были детьми, когда Наместник стал пудрить нам мозги. Он рассказывал красивые сказки, но… Они оказались лживыми. Все не так, как он говорил. Жрицы Лавии так точно не порочные девки, они…
— Святые еще скажи, — ржут парни с той стороны, и Леам не выдерживает — вспыхивает. Это видно по его доспеху.
— Не стыдно вам Леама провоцировать? — корит их Тайвил.
Неожиданно, но братья притихают. Как-то так сложилось, что этот пацан нами не столько как брат воспринимался, а как сын полка, скорее.
— Я свой выбор сделал, — говорит Тайвил ровно. — К старым богам вернусь. Не один, со второй половиной и с теми, кто меня поддержал. Вы — люди самостоятельные, поэтому вам я тоже даю право выбора. Если вы с Наместником, то возвращайтесь к нему. Если со мной, то выпускайте из клеток жриц и помогите местным привести в порядок их жилища, в которых мы устроили погром.
— И что потом? — не без скепсиса в голосе интересуется Крайд.
— Жизнь, брат. Просто жизнь. Нормальная такая жизнь. По своей стезе, не по чужой.
— А по своей ли? — хмыкает Крайд, намекая на то, что мы променяли бога на богиню, оставшись слугами.
— Решать тебе, — пожимает плечами Тайвил.
— А если я решу не в твою пользу? — щурит он глаза.
— Будем биться.
— Проиграете.
— Посмотрим.
— Так, все! — гаркаю я, шокируя всех и каждого в отдельности. Ну, во-первых, я прежде не позволял себе повышать голос, а во-вторых, не полагается мне в переговоры влезать. Я ж теневой персонаж. — Ты, Крайд, можешь сколько угодно гордыней пред нами трясти, но знай, что большая часть парней не хочет разваливать братство. Мы ж не про веру и тем более не про орден. Мы про семью. И так уж сложилось, что шестеро из нее сменили религию. Бывает. Вас это делать никто не просит. Разговор о том, вмести ли мы или распадемся, только потому, что провалили задание Наместника. Кто он нам? Отец родной?