Ты меня предала
Шрифт:
Зеваю и открываю глаза. Кидаю взгляд в окно, где ещё темно. Соблазн завернуться в одеяло и никуда не идти, слишком велик.
— Останешься у меня сегодня на ночь? — с небольшой заминкой, тихо спрашивает мужчина.
Мне даже мерещится, что я слышу в его голосе что-то похожее на страх. Будто Лёша боится, что я откажусь.
— Да. Останусь, — не тяну с ответом.
— Хорошо. До вечера, Вера.
Лёша сбрасывает вызов, а я сползаю с кровати и иду собираться на работу.
День пролетает незаметно. Когда я выхожу на крыльцо
— Простите, пожалуйста, — бормочу и вскидываю глаза на высокого мужчину, лица которого не видно из-за очков. — Я Вас не сильно зацепила? — заметив, что он опирается на трость, спрашиваю с тревогой.
— Нет. Всё в порядке. Я сам виноват.
— Извините, ещё раз, — улыбаюсь виновато.
— Поднимете? — указывает мужчина на конверт, который, видимо, выпал из его рук при нашем столкновении. — Мне сложно колено сгибать, — взглядом указывает на свою правую ногу.
— Да. Да, конечно, — я торопливо наклоняюсь и поднимаю со ступеней пухлый конверт. — Держите.
— Спасибо, — мужчина забирает у меня из рук конверт, а потом накрывает пальцы ладонью. — Девушка, а чем Вы сегодня вечером занимаетесь? Не поужинайте со мной?
— Извините, я занята, — улыбаюсь.
— В каком смысле? — лукавая улыбка трогает губы мужчины, но не касается глаз.
Они смотрят в моё лицо цепко. Скользят быстро, считывают эмоции.
— У меня есть мужчина. Простите, я тороплюсь.
Мне удаётся вытащить руку из хватки мужчины. Я натянуто улыбаюсь и сбегаю по ступеням, тороплюсь в сторону машины, которую Лёша прислал за мной.
— Ещё увидимся, — несётся мне вслед.
Я не оборачиваюсь. Подхожу к машине, у которой стоит Глеб.
— Здравствуйте, Вероника Олеговна, — улыбается водитель. — Прекрасно выглядите.
— Здравствуйте, Глеб. Спасибо, — я смущённо улыбаюсь.
Водитель открывает передо мной заднюю дверь, я проскальзываю в салон. Пока мы едем в ресторан, я открываю зеркальце и проверяю, не растрепались ли волосы и не испортился ли макияж. Ира помогла мне уложить волосы небрежными волнами при помощи новогоднего подарка Лёши. Лёгкий макияж подчеркнул только длину ресниц и разрез глаз. Вновь перед встречей с Лёшей я волнуюсь, как школьница. Ладошки потеют, а колени дрожат.
Мне хочется увидеть восхищение в его глазах. В очередной раз убедиться, что я его привлекаю. Что он меня хочет.
Хотя только вчера он меня в этом убеждал, когда в торговом центре затащил в какую-то коморку и, закрыв рукой рот, заставил забыть своё имя и где мы находимся. С ним я будто снова вернулась в молодость. Будто мы беззаботные студенты, которые прячутся по всем укромным уголкам. Мы ничем не отличаемся.
Я влюблённо улыбаюсь и провожу пальцами по шее, где Лёша оставил очередной след. Хоть его и не видно под слоем корректора и тонального крема, но я знаю, что там зубы моего мужчины оставили багровый след.
Ловлю в зеркале
— У Вас с Алексеем Дмитриевичем сегодня годовщина? Месяц?
Я задумываюсь. Вспоминаю точный день нашей встречи и понимаю, что Глеб прав. Месяц назад я спасла Лёшу. Месяц. Месяц, который мне кажется бесконечно счастливым. Месяц, который укутал меня коконом.
— Да, — я улыбаюсь и киваю. — Месяц.
— Вы красивая пара.
— Спасибо большое.
Машина останавливается у ресторана. Я сразу замечаю высокую мощную фигуру Лёши на ступенях. Он курит, но как только замечает, что подъехала машина, выкидывает сигарету и подходит к задней двери. Открывает её и протягивает мне руку, в которую я с готовностью вкладываю пальцы. Лёша помогает мне выйти и застывает.
У меня в груди фейерверки начинают взрываться, когда замечаю взгляд любимого, направленный на меня. Он с таким восхищением, с такой одержимостью рассматривает меня, что сердце замирает в груди.
— Девочка моя… Какая красивая…
Берёт мою руку и подносит к губам. Целует пальцы, будто я хрустальная. И не отрывает при этом жадного взгляда от лица.
— Спасибо, — чувствую, что щёки краснеют.
Лёша подаётся вперёд, касается румянца губами. Рукой обвивает талию и ведёт меня в ресторан.
— Сегодня месяц, как мы встретились, — накрыв кулак Лёши, лежащий на столе, поглаживаю костяшки.
— Знаю.
Кивает. И смотрит. Смотрит так, будто насмотреться нее может. Он пожирает меня глазами. Будто хочет впитать меня в себя. Будто хочет, чтобы я прямо сейчас растворилась в нём.
— Месяц назад ты не только не дала мне сдохнуть. Месяц назад ты явно что-то подмешала мне в тот малиновый чай, ведьма, — хрипит любимый, протягивает руку и проводит пальцами по щеке.
Я задыхаюсь. Лёша немногословен. Прямолинеен. И порой груб. И его слова больше похожи на признание. Глаза мигом становятся влажными. Боже. Как же я люблю этого мужчину.
— Лёш… Я думала… Если ты хочешь… — замолкаю. Осекаюсь.
— Что, девочка?
— Я… Уля… Я думала, ты не хотел бы…
— Когда ты сама будешь к этому готова, Вера, — кивает серьёзно. — Ты своего ребёнка знаешь лучше всех. Познакомишь, когда решишь.
Понимает меня без слов. Я улыбаюсь уголком губ и благодарно сжимаю его руку. Обманывать Ульяну постоянно я не могу. Но я не имею понятия, как отреагирует Уля на появление мужчины в моей жизни. Боюсь.
— Попробуй вино, — Лёша протягивает мне бокал с бардовой жидкостью. — Лёгкое.
— Я не знаю, как реагирую на алкоголь, — улыбаюсь мужчине, беря бокал. — Вдруг я начну к тебе приставать?
— Я буду только рад, — хрипит.
Я делаю глоток вина. Смакую его вкус. И понимаю, что отторжения, как раньше, алкоголь не вызывает. Я сама не замечаю, как выпиваю бокал. А следом второй.