Твой Никто
Шрифт:
Вот еще! На кой черт Игнашкин подтянул к нашему столу всю эту компанию из местных «светских львиц»?
Хоть он и представил их, как своих подруг… не понятно, какую роль они должны играть за столом?
Поворачиваю голову в сторону рядом сидящей персоны. Да простит мне мама, интеллигентная женщина и художественный руководитель балетной школы, мой французский, но девушка, сидящая рядом – блядь блядью. И пусть Игнашкин, как хозяин этого развлекательного комплекса, и представил мне ее дочерью мэра, мое мнение останется неизменным. А с другой стороны,
– Конкретизируй, - мне не особо хочется с ней общаться. Вообще, я лояльный человек, но в данную минуту меня тянет постебаться над такой… недалекой, пустой… да просто безмозглой, нет, не львицей, а драной кошкой. И это не потому, что я застрял в своей семейной драме или даже трагедии, нет… Просто настроение такое гадкое, что хочется непременно испортить его и другим.
Милана или Милена… по-моему ее зовут как-то так, несколько раз хлопает наращенными ресницами и приоткрывает рот.
– Че? – выдает она.
– Что именно мне должно у вас понравится? Город? Ресторан? Природа? Климатические условия?
– А! – восклицает она. Наконец-то, дошло. – Я о развлекательном комплексе. Правда у нас здесь здорово!
– Спорный вопрос… - я собираюсь развить свою мысль, но стопорюсь. В зал влетает девушка. Первая мысль: «Тая! Как она здесь оказалась? За сотни километров…». Но стоило мне моргнуть несколько раз, как туман рассеивается, и я понимаю, что это совсем не она. Эта девушка, совершенно другая… Молодая, красивая, легкая, словно мотылек… Но что ее роднит с Таей, так это грация и стан балерины, играющей свою главную роль на сцене театра.
Она приближается к нам и с каждым ее шагом, я все ярче вижу отличия. И не только от Таи, но и от окружающих меня «дам».
Как бы повела себя Тая? Она бы гордо несла себя с грацией прима-балерины, подчеркивала бы каждым движение, поворотом головы и взглядом свою уникальность и непревзойденность. Она никогда не стеснялась подавать себя, да и продавать, что уж скрывать, буду честен хотя бы с собой, но не так дешево, как рядом сидящая дочь мэра, а за все деньги мира. Вот только никто больше ломаного гроша не давал…
А как ведет себя эта девчонка? Она плывет грациозно по залу, однозначно привлекая к себе внимание мужиков, но… она, задала себе курс движения и четко следует ему, смотря себе под ноги. Никаких тебе улыбок, кокетливых взглядом, жеманства… только работа.
Дочурка мэра следит за моим взглядом. Боковым зрением подмечаю изменения на ее лице. Она злится. Уверен, что она даже знает эту девчонку и считает ее какой-нибудь неудачницей или задротиной.
Лично мне, приятней смотреть на обычную официантку, чем на расфуфыренную богатую сучку.
Девчонка, словно легкий ветерок, касается края нашего стола, оставляя два ведерка со льдом на краю. Не взглянув ни на кого из сидящий, она намерена так же быстро испариться, как и появилась, но эта завистливая и злобная тварь незаметно для остальных, но не для меня, задевает одно ведерко, и оно с грохотом падает на пол.
–
На лице Милены расплывается самодовольная улыбка.
Постой, я сейчас ее сотру. Ни один человек в этом городе не скажет мне ни слова, ведь даже ее папашка заинтересован в наших инвестициях.
А еще потому, что я НикТО, человек с таинственной репутацией и обширным кругом знакомств из совершенно разных кругов.
– Стой, - останавливаю… Асю, которая уже кинулась поднимать кубики льда.
Она замирает, и так и остается в наклоненном положении.
– Собирай ты, - указываю глазами Милене на пол. Улыбка на ее лице застывает, превращаясь в оскал. Раз моргнула, второй… Видно стало доходить, что я ей приказал делать. Лицо покрывается багровыми пятнами. Она переводит взгляд на Игнашкина, ища в нем поддержку.
– А что случилось-то? – пытается понять директор.
– Милена знает, что она сделала, - спокойно отвечаю на его вопрос, даже не повернув голову в его сторону, а продолжая испепелять «героиню». – Компания, которую я представляю, является сторонником демократических отношений между гостями наших заведений и персоналом. Мы создаем комфортные условия для посетителей, выполняя все взятые на себя обязательства по обустройству их досуга, а они, в свою очередь, отвечают нам благодарностью и уважением к обслуживающим их лицам. – Директор завис, не до конца понимая смысл моей пламенной речи. Наконец-то поворачиваю голову в его сторону. – Это я о том, что, если вы хотите получить идеально приготовленное и поданное блюдо, вы не будете с порога принижать достоинство обслуживающего вас персонала, строить ему козни и пакостить. Так понятно?
Понял он или нет, но вернув свой взгляд Милене, он сдвинул брови и приказал:
– Помоги Асе.
Рад, что Милене хватило ума не устраивать скандал, а молча наклониться и приступить к делу.
Девчонка испарилась, как только последний кубик льда оказался в ведерке. Она также легко и невесомо проскользнула обратно в часть здания, предназначенную для персонала, как и появилась.
Дальнейшая беседа стала более натянутой и касались мы только рабочих моментов. Более вопросов личного характера мне не задавали.
– Продолжим разговор завтра, точнее сегодня, - исправляюсь сам, так как время приближается к пяти часам утра. Посетители давно уже рассосались, испарились и наши спутницы, остались только мы.
– Да-да, - оживает сонный Ивашкин. Его помощник Виктор, уже чуть ли не спит за столом. – Мы сняли вам номер в лучшей гостинце города.
– Не стоило. И снял себе квартиру, не люблю гостиницы.
– А как же… - он вскидывает брови от удивления.
– Снимите бронь, - мне по фиг на их траты и мнимую забот. Я делаю так, как удобно мне. Поднимаюсь из-за стола и следую на выход. Они следуют за мной. – В шесть вечера я приеду. Организуйте мне кабинет, снесите все папки с документами туда.