Турист поневоле
Шрифт:
– Веришь, нет, забыл! Честное слово. Да и зачем мне тебя такому «учить», если ты – это я и есть? Да уж… не просто изменить историю, даже свою собственную… короче, ты меня услышал?
– А эта твоя как, сексапильная?
– Не хами старшим. Она – лучшее из всего, что будет в твоей жизни!
Он хотел добавить еще что-нибудь нравственно-поучительное, но тут зазвонил мобильник в кармане пиджака, с ночи валяющегося на полу.
– Все, некогда. Я у Тани назидание оставлю и, возможно, завтра отвалю. Но может случиться и так, что еще на недельку задержусь.
– Тогда про родителей не забудь! Пока.
– Заботливый ты наш. С каких
– Да как с тобой познакомился! – Гудки отбоя.
Николай подобрал с пола пиджак и, путаясь в его складках, достал телефон. Звонила Ксюша.
– Ну что еще?!! Я же просил писать, а не звонить!
– Здравствуй, солнышко! На душе неспокойно. У тебя там все хорошо?
– К чему этот вопрос?
– Не знаю. Егорыч твой заезжал, спрашивал, когда вернешься, как будто нельзя по телефону это выяснить… А когда уходил, посмотрел, так, с прищуром и спрашивает: а что, говорит, Ксюша, нравится тебе Колина квартира? Я прям похолодела, как он на меня в этот момент смотрел. Скажи, у тебя с ним все нормально?
– Нет у меня с ним никаких проблем. А когда он заходил?
– Сегодня.
– Сегодня?! Странно… Ладно, разберусь, что он мутит. Ну, все у тебя?
– Как ты там, расскажи? Ни в какую мулатку не влюбился?
Николай помолчал и решил, что рано или поздно, все равно с девушкой придется расстаться, так лучше рано. Определенно, в ее случае лучше рано:
– Влюбился. Ксюша, я, скорее всего, вернусь не один, так что ты завтра до обеда все прибери и возвращайся к себе.
– Зая, это не смешная шутка.
– Я абсолютно серьезен.
– А почему завтра? Ты же на следующей неделе должен вернуться! Киця, любимый, куда я вернусь, я же с квартиры съехала! Я так быстро не найду новую… ну, почему?! Котик, я же люблю тебя! Солнышко, не гони меня, ты не можешь так со мной поступить! Ы-ы-ы… – в ход пошли тяжелые аргументы.
Николай подождал некоторое время, пока театральные рыдания не перешли во всхлипывания и жестким голосом продолжил:
– Ксения, сделаешь, как я сказал, и не дури. Я шутить в этом деле не собираюсь. Деньги квартиру снять у тебя есть, я приеду, еще дам… в качестве моральной компенсации.
– Солнышко, как ты можешь меня на улицу выбрасывать после всего!
– Все сказала? Пока. И еще раз, Ксюша, без глупостей, сделай, как я сказал, ты знаешь, меня злить не надо. Ага? – и положил трубку.
Вера внимательно слушала оба разговора. Она сидела на кровати, опершись о стену и обняв согнутые колени.
– С кем разговаривал, расскажешь?
Открыв рот, чтобы, как обычно в таких ситуациях, отшутиться, Николай встретил ее взгляд и понял, что пришло не только время, но и желание расставить точки над i. И он рассказал Вере о своей жизни, о том, как он искал и как нашел ее.
Как вкусно ему было артикулировать этот прекрасный глагол – люблю!
***
Утром вторника счастливые, с черными кругами вокруг глаз, влюбленные ехали в метро. Вера ехала в институт на Авиамоторную, чтобы взять отгул, потом попрощаться с мамой, и успеть до 13.30 (так договорились с Николаем) на Павелецкую, откуда уже месте они отправятся в новую жизнь. Николай направлялся на Третьяковскую дописать назидание, избавиться от лишних вещей и денег, оттуда пешком на Павелецкую, чтобы увезти Веру с собой под венец.
С Татьяной было договорено, что она тоже возьмет отгул и приедет их проводить.
Был час пик, до станции, где Вера пересаживалась,
Она тоже влюбилась, но решение уехать с любимым далось непросто. Во-первых, не было уверенности, как долго продлится их роман, даже если он станет браком - уж очень быстро все произошло. Во-вторых, сейчас ее маме 53 года (почти ровесница будущего мужа!), а в 2009 году ей будет 79, если, конечно, доживет… Возможно, Вера сегодня увидит ее в последний раз. Появилось ощущение предательства: она бросает маму умирать одну. И хотя мама была не одна, а с очередным мужчиной; хотя их отношения уже много лет сохранялись только из-за родства; хотя Николай всучил целую тысячу (!) рублей оставить маме на будущее, Вера свой предстоящий отъезд иначе как предательством назвать не могла. И все-таки она решила ехать. Вопреки сомнениям разума, в душе она знала – это судьба, и приняла ее с радостью.
[1] – аллюзия на известный в то время анекдот про ворону.
Сидит ворона на дереве. Мимо проходит человек. Ворона ему: «мужчина, я вас боюсь!» Человек в ответ: «почему?» Ворона: «а вдруг вы меня изнасилуете?» Мужчина, с иронией: «как же я смогу изнасиловать, если ты на дереве сидишь, а я тут, внизу?!» Ворона: «ну, тогда я спускаюсь…»
[2] – В СССР любое официальное обращение в КВД для лечения ЗППП имело два обязательных последствия: во-первых, требовалось сообщить обо всех партнерах, с кем имелся контакт в последнее время; во-вторых, обязательно направлялась информация по месту работы пациента. Для комсомольского работника, даже холостого, информация о «беспорядочных половых связях» была серьезным пятном на репутации, в обязательном порядке влияющим на дальнейший карьерный рост.
Глава 12
Дома Николай позавтракал вместе с Васей и засел срочно дописывать завещание. В принципе, он уже много подсказок дал Петру и самому себе. Тут были и валютные скачки августа 1998 года и более раннего «черного вторника» [1], на котором сам Николай не погорел. Ему повезло: когда народ кинулся лихорадочно скупать наличные доллары по безумному курсу, Николай во все лопатки развлекался с очередной пассией, увезя ее далеко от городского шума на дальнюю сибирскую заимку к армейскому другу. Когда он, не ведая о том, что происходит в стране, вернулся в Москву, то с интересом узнал от том, что почти все его знакомые бизнесмены погорели на этом ажиотаже, сначала накупив доллары втридорога, а через три дня, когда биржевой шторм прекратился, и курс рубля вернулся к приемлемым значениям, продавали валюту с двойными, а то и тройными потерями.
Не забыл посланец грядущего предупредить и о финансовых пирамидах, указав точные даты как их максимального взлета, когда можно было позволить держать в них вклады, так и точные даты прекращения выплат и краха.
Впрочем, он еще очень много подстелил соломы на будущее.
Николай так увлекся работой, что не услышал, как вернулась Татьяна.
– Привет! Живой? Вижу, живой. Слушай, ребята под таким впечатлением! Обе ночи не спали, все обсуждали твои рассказы.
– Я тоже не спал.