Тройной полярный сюжет
Шрифт:
Сашка взял папиросу. Прикурил.
Они сидели па ветхом деревянном причале и пускали голубые дымки. Вася безмятежно щурился на солнце, на море – голубой, отрешенный от забот человек. Притушил окурок. Посмотрел на часы.
– Капитально! Через десять минут притопает катер… Погрузим мы оба-два эти ящики и устремимся обедать. Так?
– Так.– Сашка улыбнулся и посмотрел на этого безмятежного человека. Тот широко улыбнулся в ответ.– Так,– повторил Сашка.
– Капитально! Потом снова сюда, еще груз должен быть. Поработаем и вечером выпьем пива.
– Давно здесь?
– Не-е! Временный перебой. В
Из-за поворота в чахлых дымах выполз обшарпанный грузовой катер. Человек в кожаном пальто – за версту в нем можно было узнать снабженца,– стоял на носу первооткрыватель не отмеченных на картах путей снабжения. Катер подошел к причалу, из люка вылез парень в беретике, кинул чалку и сам же махнул вслед за ней, принять.
Снабженец сошел на берег.
– Орелики! – закричал он простуженным голосом.– Давай, орелики, перекидывай груз, не обижу.
В дымной и шумной пивной они устроились за угловым, прижатым к стенке столиком. Вася прихлебывал пиво и с изумлением поглядывал вокруг.
– Во многих местах я был. Надо тебе сказать, пивные везде одинаковы. Значит, существует на них типовой проект?
– Сюда как попал?
– Приехал. Имею специальность: каменщика, плотника, бульдозериста. Раз! Могу: на компрессоре, автомашине, буровой установке. Два! Слесарить не так чтобы очень умею и газорезчик второго разряда. Три! С моими руками меня везде ждут.
– Понятно,– сказал Сашка.– Завидую. Но все-таки зачем ты здесь?
– Не знаю,– сокрушенно ответил Вася Прозрачный.– Чувствую капитальное движение души. Но нету общей идеи. Получается что? Получается, Васька – летун. Между прочим, водку по пью и к рублю равнодушен.
– Обратный случай,– сказал Сашка.– Есть идея. Нет: денег и… времени. Ты на Колыме не бывал?
– «Колыма ты, Колыма, чудная планета. Десять месяцев зима, остальное лето». Но был. А ты?
– Буду! – коротко сказал Сашка.– Хотел матросом на навигацию. Не получается. Надо иметь вариант.
– А ты приглашай меня. Вдвоем мы в Индию заберемся.
– Чудак! Ты меня всего два часа знаешь.
– Я шаромыг за версту вижу, понял. Тебе верю.
– Спасибо. А зачем Колыма, знаешь?
– Расскажешь.
Сашка огляделся. Дым и человеческий шум. В стороне, заняв столик, сидели вшестером рыбаки – обветренные ребята. Сидели молча, смотрели перед собой, и каждый зажимал кружку рыбацкой рукой, красной от соли, ледяной воды и сизаля.
– У меня, Вась, мечта. И чтоб ты не мучился… В дымной пивной, наполненной людьми физического труда, Сашка рассказал вновь обретенному другу о дальней вятской деревне, о розовой чайке, о горнолыжном спорте и о странном человеке Шаваносове, который отправился искать птицу, потому что котел дать людям новую религию, основанную на «живой красоте». Методика поисков розовой чайки в дневнике Шаваносова была описана с чрезвычайной краткостью. "Держись все время к Востоку".
Средь запаха пива, еды, человеческих тел и опилок шел спотыкающийся рассказ Сашки Ивакина. Васька Прозрачный – весь внимание, только беззвучно усмехался, восхищенно крутил головой. Сашка смолк. С минуту Прозрачный рисовал пальцем по мокрому столу пивные узоры, потом твердо глянул
Сашке в зрачки.
– Слышь, Сань! А у тебя там, случайно,
– Нет, – Усмехнулся Сашка. – Все так, как– я рассказал.
– Тогда Васька с тобой. Значит, что? Перво-наперво капитально решим денежную проблему. Руки-ноги при нас, получается что? Получается заработаем. Как заработаем, таки рванем. Осуществим капитальную твою мечту. Эх, специальности у тебя человеческой нет! Лыжи и прочее – это все несерьезно. А счас топаем к пирсу, малая навигация нас ожидает.
По-весеннему пригревало солнце. Доски причала были сухи и теплы. Сашка Ивакин и Вася Прозрачный лежали и курили.
– Надо еще работу найти,– сказал Сашка.– Чувствую, что надо спешить. Так мы долго рубли сколачивать будем.
– А знаешь, Сань, у меня тоже мечта есть,– доверительно заговорил Вася Прозрачный.– Мечтаю быть в Антарктиде. Сегодня во сне пингвина видел. Стоит пингвин и хохочет. Чего, говорит, Васька, долго не ехал. Где шлялся? Да так, говорю, в пределах родной державы. От Чукотки до Балтики. Пингвин так махнул рукой, крылом то есть, пошел прочь. А понимаешь,– Прозрачный мечтательно улыбнулся,– приедешь в свою деревню, или кореша встретишь знакомого. Где был, где калымил, будет, конечно, вопрос. А я гордо так отвечаю: никак не калымил, браток. Осваивал шестой континент на пользу советской науки… А пингвин, правду, хохотал сегодня во сне. Надо же такому присниться…– Прозрачный замолчал, затянулся, выпустил к небу дым.– А работу найдем,– другим голосом добавил Васька.– На лесной бирже люди нужны. Через месяц двинем в сторону, противоположную Антарктиде. Шестой кон-ти-нент! Да-а!
Сашка Ивакин в компании с двумя телогреечными личностями разгружал машину на пирсе. Складывал в штабель огромные папиросные ящики. Внимательный снабженец стоял с блокнотом, делал пометки. Время от времени Сашка поглядывал на дальний конец причала, ждал Васю Прозрачного.
– Папиросы все! – сказал наконец снабженец.– Сейчас пойдут две машины сгущенки. Ты за старшего,– обратился он к Сашке.
– Ага! – Сашка отодвинул в сторону ящик. Сел. Вытащил из кармана пачку сигарет. Прикурил, сгорбился на ящике. Телогреечные личности отошли в сторонку. Снабженец сел в машину и укатил.
В сторонке стоял, покачивался на волне катер. Вышел морячок, развесил на тросике постирушку. Постоял, закурил, глянул на причал. Неторопливо ушел в рубку.
По причалу бегом бежал Вася Прозрачный.
– Капитально! – издали крикнул он.
Но все больше замедлялся его бег, потом он перешел на шаг и подошел вовсе уж грустный.
– Вот! – он извлек из кармана газету.
«Новая советская экспедиция отправляется к берегам Антарктиды»,– гласил крупный заголовок.
– Вот,– сказал Васька убитым голосом.– Везет же людям!
Сашка откинул окурок и закурил новую сигарету.
– А ты рискни,– тихо предложил он.
– Что ты! Там же очередь с километр, наверное. Все же хотят.
– Не все, Вась. Это ты по ошибке.
– Ну, у кого вместо мозгов квартира там или ресторан. Вдвоем бы! Почему я тебя раньше не встретил, Саня?
Сашка молча затянулся раз, другой, третий. Искоса посмотрел на Прозрачного.
– Едем! – сказал Сашка.
– Не шути, Саня. Горестно Ваське сегодня.
– Едем! Я не шучу.
– А как же…