Тропы зазеркалья
Шрифт:
— Давай жуй, хватит в пустоту таращиться, — попросила Ольга, — нас в двенадцать выселят, а я хочу максимум урвать остаток отпуска. Пойдем плавать, посмотри, какая чудесная погода на финише.
Она подошла к нему, зашла за спину и положила руки на плечи, стало тепло и хорошо.
— Я люблю тебя, — прошептала она ему на ухо. — Ешь, и пошли плавать.
Радим улыбнулся и кивнул.
— Десять минут, я твой, — после чего, схватив вилку и нож, набросился на еду.
Глава 18
Глава 18
Отель покидали сразу — через туалет возле ресторана, там было вполне приличное зеркало, через которое без напряга можно вернуться домой. Дождавшись, пока его покинет тучный
— Не буду желать тебя здравствовать, ходок, — произнесла она сквозь зубы. — Не желаю я, чтобы ты здравствовал. Да и не нужно оно тебе больше. Девка твоя у меня, в соседнем подземелье, ей ничего не угрожает. Как я сказала, невинных я не трону, потом отдам ей то, что останется от тебя, и верну обратно. Любит она тебя, по-настоящему любит, так что, я ударю по ней иначе. С виду она вроде крепкая, вот и проверим, как она переживет то, что увидит. Кстати, она будет видеть и слышать все, что тут происходит. Уверяю тебя, если не сойдет с ума в этом подземелье, то потом точно, как вы, русские, говорите, кукушкой поедет.
— Отпусти ее, Виара, — спокойно, можно даже сказать, равнодушно, попросил Радим, хотя в душе у него бушевала буря, он хотел разорвать женщину, стоящую перед ним, голыми руками. — Это между мной и тобой. Ты же сказала, посторонних втягивать не будешь, а ее все же втянула. И выходит, что твое слово ничего не стоит. Кстати, как ты меня сюда затащила? Я ведь четко чувствовал свой маяк.
— Как заманила? Да просто. Ты же зеленый совсем, и не способен высшие руны творить. Есть там одна, любопытная, ну да тебе без разницы, ты слабый, она тебе не подвластна, просто шел ты, куда хотел, а пришел ко мне. Всего-то нужно знать, как направить коридор в другое место. Я знала, откуда вы пойдете, и заранее закляла зеркало в этом туалете, показала тебе то, что ты должен был видеть. Но, куда бы ты ни отправился, пришел бы сюда, я уже три дня за вами слежу. Так что, это было просто. Уйди бы ты из коттеджа, и все бы сорвалось.
Радим кивнул, принимая объяснение, противник у него был серьезный, просчитала она его.
— Отпусти Ольгу, — еще раз попросил он.
— Отпущу, — кивнула Виара. — Она уйдет отсюда целой и невредимой, ни один волос с ее головы не упадет. Клянусь тебе в этом. Ну а то, что она посмотрит, так это же ее желание. Может не смотреть, надо только глаза закрыть и уши заткнуть. Но ведь не удержится, переживает она за тебя, будет поддерживать, как может.
— Сука, — процедил сквозь зубы Радим. — Иди сюда, я тебя на куски быстро порежу, и мы домой пойдем.
— Не спеши, ходок, не так быстро, — покачала Виара головой под капюшоном, — я тебя сама убью, но сначала ты поиграешь со своей подружкой. Ты зачем девочку убил, а, зеркальщик?
Радим вздрогнул, глядя, как из прохода за спиной Виары показалась женская фигура. Ну, что сказать? Вот и догнало его ночное происшествие.
— Что, страшно? — оскалилось ведьма. — Знаю, что страшно. Влада, ко
То, что еще недавно было Владой Зотовой, приблизилось и остановилось возле зеркальной ведьмы. Она изменилась за эти часы. Лицо и волосы были вполне узнаваемы, а вот тело претерпело более значительные изменения. Оно было покрыто черной коростой, прочной и крепкой, отрасли внушительные когти, скорее всего, возросла сила и скорость. Радим прекрасно знал, кто перед ним. По классификации зеркальщиков Влада стала навьей — трупом человека, который плохо умер, а затем подвергся воздействию руны изменения. Надо сказать, изменение вышло для Виары удачным, и вправду она сильна, раз смогла сотворить не просто дохлятину. Обычно они туповатые и медленные, как зомби в кино, а эта была явно не такой.
— Нравится? — с издевкой поинтересовалась Виара. — Ты ее выбросил, а я подобрала. А ведь она боготворила тебя. Я, когда у нее в голове покопалась, пришла в восторг, вот и сняла твою руну памяти. Думала, она убьет твою подружку, а вон, как вышло.
Радим молчал, глядя на бывшую любовницу. Плохо все сложилось, ой, как плохо. У навий есть один плюс, они фактически не подвержены рунам, чтобы он не сотворил. Огонь, лед, да просто силовая, ничего не подействует. Со слов подполковника Пряхина, который помимо рун учил его и зазеркальному бестиарию, навью можно уничтожить только физически — держи кукри крепче, руби с оттяжкой, собери все в кучу и сожги. Второй способ — грохнуть кукловода. Убив хозяина, навья станет тем, чем должна быть, мертвым телом. Ну и третий — это солнечный свет, причем яркий, он сжигает тварь быстро и с гарантией. Но Виаре ему не навредить, солнца тут нет, так что, придется сойтись с этой тварью в ближнем бою. А он, как назло, в хлопковых штанах и рубашке, соли нет, да и куда ее сунуть, ни одного кармана. Значит, будет все по-взрослому.
— Ну, что ты молчишь, ходок? — позвала его Вияра. — Скажи, зачем ты позволил девочке умереть?
— Ты ведь знаешь, что я не убивал ее, — зло процедил Вяземский.
— Ох, ходок, ты убил ее, когда отверг, когда стер ей память о себе. Ты бы только знал, в какую ярость она пришла, когда я сняла руну. Но ради правды, поначалу она хотела убить только твою подружку, и ей бы это удалось, не примени ты руну здоровья, и не вытащи ты Ольгу с того света. Не думала, что у тебя хватит на это сил. А вот как вышло. Если бы ты знал, как она сопротивлялась тому, чтобы напасть на тебя, не говоря о том, чтобы убить или ранить. Фанатичка. Одна эта мысль причиняла ей невероятную боль. Но я смогла, ни один ты умеешь работать с памятью. Поверь, я намного искусней в этом. То, что ты проделал с Ольгой, жалкая поделка, по сравнению с сотворенным мной шедевром. А потом ты закинул тело в зеркало, а я подобрала, до утра над ним работала, создавая шедевр. Если бы ты знал, как было сложно.
Радим мысленно поаплодировал Виаре, она за несколько минут разрушила все, что было между ним и Ольгой. Сомнительно, что та простит его, и не за то, что он лишь косвенно виновен в смерти Влады, а за то, что он изменил ей память. Сам бы он после такого, ни за что не смог бы доверять даже самому близкому человеку. Эта ведьма переиграла его по всем статьям. Она разделала его в сухую. И последнее, что у него осталось, это жизнь, но он сильно сомневался, что удастся разделаться сначала с очень удачной навью, а следом с сильной ведьмой, возможно, даже высшей.
Радим покрутил головой, потом произнес в пустоту:
— Оль! Знай, все, что я сделал, это было, чтобы защитить тебя. Прости. Но так было лучше, и если бы не эта тварь, не было бы на твоей душе камня.
— Как трогательно, — зааплодировала Виара. — Тебе не наплевать, что она будет думать о тебе через несколько часов, ты ведь все равно сдохнешь тут, или у тебя есть какие-то иллюзии? Ладно, хватит разговоров, я уже насладилась твоим отчаянием и беспомощностью. Ты уже мертв. Ты уже проиграл, поскольку понимаешь бесперспективность борьбы. И знаешь что? Будет забавно, что тебя начнет рвать на части та, кто любила тебя больше жизни, та, что боготворила. А теперь она просто марионетка, слепо преданная мне. Влада, — крикнула она навьи, — убей его, если сможешь, но медленно.