Тропа глупца

Sleepy Xoma

– В идеале да, - ответил ему Олтирн, не отрывая взгляда от братца, вырубившего пятого противника, и подскочившего к еще двум бойцам.
– Но никто, в общем-то, не запрещает сражаться и с прочими бойцами.

– Поразительное мастерство, - цокнул языком северянин.
– Я и сам неплохо владею мечом, но, должен признаться, что мне с подобным бойцом не совладать на близкой дистанции.

– Поэтому ты используешь лук, господин?
– улыбнулась Малика.

– Именно, о прекрасная дева. Лук - оружие воина, требующее многих

лет упорных тренировок для своего освоения.

– Я слышал, что господин - мастер лука, - вставил Олтирн.

– Да, это так, - без ложной скромности ответил ему северянин.

– А сколько стрел ты можешь держать в полете?

– На двухстах шагах - шесть.

Малика широко распахнула глаза. Она никогда не видела, чтобы хоть один стрелок проделывал нечто подобное.

– Я хотела бы взглянуть на это.

– С удовольствием покажу, госпожа, - северянин склонил голову и поцеловал кончики пальцев ее правой руки.

Малика охнула и отдернула руку, услышав мерзкий смешок Олтирна.

Она бросила на братца испепеляющий взгляд, и поняла, что тот сейчас собирается устроить какую-то подлость.

– Моя дражайшая сестра, кстати говоря, один из лучших бойцов с копьем, которых я только встречал, - совершенно невинным тоном сообщил он.
– Впрочем, одного взгляда на нее достаточно, чтобы понять - она воин.

Все это звучало как комплимент, но Малика слишком давно препиралась с родичами, чтобы не понимать действительный смысл сказанного.

"Мужеподобная уродинпа".

Она сжала губы и процедила благодарность - не хватало еще, чтобы благородный гость стал свидетелем очередной перебранки.

К ее удивлению, Хис-Тир смотрел с широко раскрытыми глазами, в которых плескалось удивление.

– Моя прекрасная госпожа, ты просто обязана продемонстрировать свое мастерство, - с жаром проговорил он.

От этих ее слов Малику бросило в жар, и она с трудом пропищала:

– Как смогу.

– Буд ждать с нетерпением, о несравненная.
– От улыбки Хис-Тира кровь должна была закипеть у любой девушки, и неискушенная в любовных делах крестьянка не стала исключением.

А бой на поле, меж тем, заканчивался. На ногах остался один лишь Антэрн, и Хис-Тир не замедлил указать на это.

– Просто фантастическое владение мечом. Думаю, господин, что этот человек окажется твоим противником Не знаешь, кто он?

– Мастер меча, - ответил Олтирн, - я даже знаю, из какой школы.

– Хм-м?

– Школа Карпа.

– Слышал о такой, - кивнул северянин.
– Серьезные бойцы. И мастер меча этой школы - достойное украшение твоего турнира, который ничуть не уступает королевским, а в чем-то, кстати, и превосходит.

– Не верю, что великий турнир, который его величество по милости своей устроил в столице, может уступать моему?
– в голосе Олтирна было что угодно, но только не неверие. Братцу очень понравилось, как северный граф отозвался

о его мероприятии.

– Быть может, ты и прав, господин, но я тогда был мал, и мне отчего-то не понравилось. Смею заметить, что его величество, на мой взгляд, плохо разбирается в некоторых вещах, - он выразительно посмотрел на Олтирна.
– К тому же, думаю, ни для кого не секрет, что он сейчас...болеет.

– Не стану соглашаться с тобой, господин, потому как плохо знаю нашего короля. К сожалению, он не слишком высокого мнения о моем роде и о моей чести.

– Ты имеешь в виду славную победу над оскорбившими тебя жителями Гримта?

– Да, именно. Его величество не захотел дать свое позволение, и мне пришлось брать дело в свои руки, дабы восстановить попранную честь рода.

– Понимаю, честь - это самое главное, - кивнул Хис-Тир.
– Но хочу обратить твое внимание...

Он прервался, взглянув на турнирный луг, с которого уносили последних бойцов, поверженных мастером меча. Олтирн проследил взглядом за собеседником и невольно поежился. Многие из них просто не могли встать, другие хромали или шли, поддерживаемые товарищами.

Сам же виновник этого побоища шел легко и уверенно. Поравнявшись с трибуной, он издевательски отсалютовал герцогу, указав на того своим тренировочным мечом, после чего продолжил движение, положив оружие на плечо, и насвистывая какую-то мелодию.

Олтирн сжал подлокотники кресла, чтобы не выдать бешенства, и жестом подозвал слугу.

– Передай приглашение мастеру меча. Я хочу, чтобы он отужинал со мной.

После этого он повернулся к северянину.

– Прошу прощения, господин, на чем мы остановились?

– На чести, - улыбнулся тот.
– Я счастлив, что в южных королевствах еще есть люди, знающие, что это такое.

– Я...
– открыл он рот, но тут в разговор вмешалась Малика.

Она бесцеремонно схватила брата за руку и потащила того из кресла.

– Пойдем, поговорить надо!

При этом было в ее взгляде что-то такое, что отшибало любое желание спорить.

– Прошу меня простить, - Олтирн с вымученной улыбкой поднялся и последовал за сестрой, провожаемый недоуменным взглядом северянина.

– С ума сошла?
– прошипел он, когда они оказались за трибунами, там, где не было ни одного человека.

– Это ты рехнулся!
– в тон ему ответила сестра.
– Звать этого к себе на ужин? Ты что задумал!

– Хочу немного поиграть!

– Не смей!

Олтирн скрестил руки на груди.

– Прости, что?

– Я сказала, - четко выговаривая каждое слово, произнесла воительница, - чтобы ты не вел себя, как осел!

– Сестра, - в голосе брата зазвенела сталь.
– Я в последний раз предупреждаю тебя: следи за языком. Ты - гость в моем замке, пускай тебя и отправил отец. Не думай, что я стану сносить оскорбления до бесконечности. Я знаю, что делаю.