Тропа глупца

Sleepy Xoma

– Да неужели? Поэтому тащишь врага на ужин?

– Я хочу поговорить с ним. Возможно, еще не поздно переманить этого воина на нашу сторону, ты же видела, на что он способен без Дара. А если отец обучит его?

Малика не поверила ни единому слову этого напыщенного гузна.

"Перетянуть на нашу сторону, как же. Просто дурь в жопе заиграла. Мудень"!

– Нужно устроить засаду. Когда он придет, схватим и прирежем этого гавнюка!

– Нет. Ты не сделаешь этого - отрезал герцог, поворачиваясь спиной и давая понять, что разговор окончен.
– Вернемся

на свои места - негоже заставлять высокородного гостя, который, к тому же, заинтересовался тобой, ждать.

Малика закашлялась.

– Чего?

Северянин ждал их, как ни в чем не бывало. Он с большим интересом наблюдал за боями следующей группы участников турнира, и, как будто, совершенно не заметил напряженности, возникшей между братом и его сводной сестрой.

– Прошу меня простить, господин Хис-Тир, - герцог откашлялся.
– Неотложный вопрос.

– Все хорошо, - ободрил его собеседник.
– Дела не могут ждать.
– Кстати о делах, позволишь задать один вопрос личного плана?

– Позволю, но не обещаю ответа.

– Скажи, я никогда и ничего не слышал о твоей супруге, господин.

– Это потому, что ее нет, - просто ответил Олтирн.
– Как, впрочем, и у тебя, господин.

Северянин ухмыльнулся, бросив короткий, но очень красноречивый взгляд на притихшую Малику.

– Я просто не нашел еще ту единственную.

– Как и я.

Посол замялся.

– У его величества подрастает дочь. Настоящая красавица, которая может стать превосходной партией благородному герцогу.

И тут Малика, сама не понимая, зачем она это делает, заговорила.

– Да просто король - безмозглый старик, - фыркнула она.
– Извини уж, господин, если обижаю, я не учена мудреным словесам, но так оно и есть. Он не имеет права сидеть на троне.

Хис-Тир удивленно выгнул брови - этот жест получался у него просто превосходно - и чуть улыбнулся.

– О прелестнейшая из дев, твои слова несправедливы к доблестному Ивилэрну Второму, чьи деяния на полях Войны Семерых известны далеко за пределами Семи Королевств.

– Это было давно, - отмахнулась Малика, не обращая внимания на яростные взгляды, бросаемые ее братцем.
– Тогда король был ого-го, а сейчас что? Тьфу, плюнуть и растереть.

Она действительно сплюнула себе под ноги и наступила на слюну сапогом.

– Мы решили, что братцу было бы неплохо жениться на королевской дочке, но не просить ее руки, а требовать, как сильному.

– Мы?
– удивился дипломат.

– Ну да, семья наша, отец...

– Разве его светлость герцог не покинул этот мир много лет назад?

Только теперь разошедшаяся Малика поняла, что ляпнула лишнего.

– Ой, я оговорилась, - неловко попыталась отбрехаться воительница.
– Я говорила о родне.

Хис-Тир наморщил лоб.

– А разве у вашего батюшки были родные? Насколько я помню, почти весь его род был уничтожен во время войны, а сам он получил титул именно за великие подвиги и самопожертвование во славу короны.

– Ну, он любил налево сходить, - промямлила Малика, осознавшая

всю глубину своей ошибки.

– А-а-а, так у вас есть еще родные, как я сразу не догадался!
– радостно хлопнул в ладоши имперец.

– Ну да, пара человек помимо нас.

– Наверное, столь же прекрасные внешне и опасные в бою?
– предположил Хис-Тир.

Малика затравленно посмотрела на Олтирна, не зная, что и сказать

– Сестра сгущает краски, - брат, пытавшийся сохранить на лице спокойной выражение, пришел к ней на помощь.
– Конечно же, его величество в последние годы не показывает всей своей силы, и поговаривают даже, что он начал сдавать, а тут еще единственная наследница престола без мужа...

– О да, то, что принцесса не нашла человека, с которым она могла бы связать свою судьбу, действительно трагедия, - поддакнул Хис-Тир.
– Ты полагаешь господин, что демонстрация воинской доблести и рыцарской чести может помочь тебе в деле грядущей помолвки?

– Помешать уж точно не сможет, - усмехнулся Олтирн, и, заметив сомнение во взгляде собеседника, продолжил.
– Сильные всегда правы.

Посол склонил голову в знак согласия.

– Глубокая мысль, господин. От себя замечу, что мой повелитель, да будет править он вечно, всегда придерживался точно таких же взглядов. Приятно осознавать, что на юге хватает столь же разумных, как и он людей.

– И я тоже желаю императору править столько, сколько не живут простые смертные, - льстиво ответил Олтирн, которму все больше и больше нравилось расположение знатного северянина.

И Малика поняла, что братец, точно так же, как и она пару секунд назад, готов к небольшой откровенности. Скорее всего, он счел Хис-Тира совершенно неслучайным человеком, озвучивающим заинтересованность императора.

– Да, его величество сейчас уже не тот, - заговорил тот.
– Но я - верный его подданный, не замышляющий ничего против своего сюзерена, тут моя сестра ошибается. В Гримте я просто восстанавливал попранную честь и очень надеюсь на то, что его величество все правильно поймет и сделает нужные выводы, осознает, кто его друг, а кто - враг. Я также уверен, что когда встречу ее высочество, то смогу убедить принцессу в том, что брак со мной будет наилучшим для нее выходом. И я буду очень признателен, если при встрече с его величеством ты, господин, сможешь передать ему мои слова вместе с самыми наилучшими пожеланиями.

– Обязательно так и сделаю, - заверил его Хис-Тир.
– И напишу тебе, господин, сразу же, как только смогу.

Малика смотрела на все это, и поражалась увиденному. Посол добился того, чего хотел - завязал контакты и выяснил намерения герцога. Тот же получил возможность начать переговоры с императором и, быть может, получил союзника при дворе.

"Все как и говорил отец, сила чувствует силу и тянется к ней. Слабым же остается лишь ждать, когда могучие решат их судьбу. Проглотив грубое оскорбление, король и его прихвостни показали, кто они на самом деле. Вот к братцу и побежал знакомиться самый прозорливый из соседей".