Троецарствие

Гуань-чжун Ло

Чжао Юнь собрал свое войско и повернул обратно. А Чжугэ Лян в это время снаряжал в Чэнду огромную армию для предстоящего похода.

Поистине:

Едва от Северного Вэй оборонился Восточный У,Как начал Западный Шу против Южного Мань войну.

О том, кто победит в предстоящих боях, вы узнаете из следующей главы.

Глава восемьдесят седьмая

в которой пойдет речь о том, как Чжугэ Лян отправился в большой поход на юг,

и о том, как маньский князь был взят в плен

В то время, когда Чжугэ Лян решал все государственные дела, народ в Сычуани наслаждался великим благоденствием. Воровство и разбои прекратились, люди на ночь не запирали дверей, потерянное на дороге никто не подбирал. Кроме того, несколько лет подряд на полях вызревал обильный урожай. Люди были счастливы и распевали песни. Все наперебой старались выполнять повинности, государственные кладовые и житницы ломились от различных запасов. Чжугэ Ляну не составляло особого труда снарядить войско.

В третьем году периода Цзянь-син [225 г.] из округа Ичжоу пришло известие, что маньский князь Мын Хо со стотысячной армией вторгся в пределы царства Шу, а цзяньнинский тай-шоу Юн Кай, вступив с ним в союз, поднял мятеж. Чжу Бао, правитель области Цзангэ, и Гао Дин, правитель области Юэцзунь, вступили с противником в сговор и сдали ему свои города. Только Ван Кан, правитель области Юнчан, отказался примкнуть к бунтовщикам. Когда Юн Кай, Чжу Бао и Гао Дин провели войско Мын Хо в область Юнчан, Ван Кан и его гун-цао Люй Кай решили насмерть отстаивать свой город. Положение их было крайне опасное.

Все эти события обеспокоили Чжугэ Ляна, и он, явившись во дворец, доложил Хоу-чжу:

— Настоящим бедствием для нашего государства является непокорность южных маньских племен. Мне придется с большим войском пойти на юг и утихомирить их.

— С востока нам грозит Сунь Цюань, а с севера Цао Пэй, — возразил Хоу-чжу, — и если вы, учитель, пойдете на юг, они тотчас же нападут на нас. Как же тогда быть?

— Мы заключили союз с Восточным У, — ответил Чжугэ Лян, — и Сунь Цюань против нас не пойдет. А если бы он вдруг и вздумал напасть, то Лю Янь в Байдичэне задержит его. Наш Лю Янь ни в чем не уступает Лу Суню! Что же касается Цао Пэя, то после недавнего поражения ему не до новых походов. Но на всякий случай Ма Чао стережет горные перевалы в Ханьчжуне. Вы не тревожьтесь! Я оставлю вам для охраны Гуань Сина и Чжан Бао, и можете быть уверены, что никакой беды не случится. Когда я приведу к покорности маньские племена, тогда можно будет подумать и о походе на царство Вэй. Я выполню волю покойного государя, который оставил вас на мое попечение!

— Мы молоды и неопытны, — согласился Хоу-чжу, — и только вы можете действовать смело!

— Нет, на юг идти нельзя! — раздался чей-то голос.

Это сказал советник Ван Лянь, выходя вперед.

— На юге земли бесплодны, там страна чумы и лихорадки, — продолжал он. — Наш чэн-сян управляет государством, и он не может сам пойти на юг. Это слишком опасно! Ведь мятежник Юн Кай — это всего только короста на теле, и чтобы его усмирить, достаточно послать одного полководца.

— Земли маньских племен находятся далеко от нашего государства, и местное население не привыкло жить под властью чужих людей, — возразил Чжугэ Лян. — Покорить их трудно. Вот почему я и решил сам отправиться в этот поход. Там придется действовать твердо и вместе с тем считаться

с местными обычаями. Иначе с маньскими племенами не справиться!

Ван Лянь еще пытался возражать, но Чжугэ Лян не стал его слушать.

В тот же день он, попрощавшись с Хоу-чжу, выехал в Ичжоу. Его сопровождали советник Цзян Вань, чжан-ши Фэй Вэй, военачальники Чжао Юнь и Вэй Янь. Чжугэ Лян взял с собой еще и чиновников.

По дороге они неожиданно повстречались с третьим сыном Гуань Юя, по имени Гуань Со. Он рассказал Чжугэ Ляну:

— Когда пал Цзинчжоу, я был ранен, мне пришлось уйти в Баоцзячжуан и там лечиться. Я спешил возвратиться в Сычуань, чтобы отомстить за покойного государя, но не мог двигаться из-за многочисленных ран. А когда я выздоровел, мне сказали, что уже нет в живых тех, кому я хотел мстить, и тогда я отправился в Чэнду повидаться с нашим молодым императором. Но раз уж я встретился с вами, позвольте мне служить вам.

Чжугэ Лян, выслушав Гуань Со, разрешил ему идти в поход с передовым отрядом.

Огромное войско двигалось, соблюдая строжайший порядок. Кормили воинов в положенное время, на ночь устраивали привалы, с рассветом продолжали путь. В местах, по которым войско проходило, никто не смел тронуть ни одного колоска.

Когда Юн Кай узнал о том, что против него ведет войско сам Чжугэ Лян, он, посоветовавшись с Гао Дином и Чжу Бао, разделил своих воинов на три отряда и двинулся навстречу врагу. Гао Дин шел посредине, слева от него Юн Кай, справа Чжу Бао. У каждого было тысяч пятьдесят-шестьдесят воинов.

Во главе передового отряда Гао Дин поставил военачальника Оу Хуаня, — тот был высок ростом, вооружен алебардой. Лицо у него было безобразное, но он обладал такой силой, что мог противостоять десяти тысячам храбрых мужей.

Едва перейдя границу округа Ичжоу, передовой отряд армии Чжугэ Ляна во главе с Вэй Янем и его помощниками Чжан И и Ван Пином столкнулся с войском Оу Хуаня. Противники построились в боевые порядки.

— Сдавайтесь, злодеи! — закричал Вэй Янь, выезжая вперед.

Оу Хуань схватился с ним, и после нескольких схваток Вэй Янь, притворившись разбитым, бежал. Оу Хуань — за ним. Но тут на него напали Чжан И и Ван Пин, отрезали ему путь к отступлению и взяли живым в плен. Связанного веревками пленника привезли к Чжугэ Ляну, который приказал развязать Оу Хуаня и угостить вином.

— Кто ты такой? — спросил его Чжугэ Лян.

— Военачальник, подчиненный Гао Дину, — отвечал тот.

— Я знаю Гао Дина как человека честного и справедливого, — продолжал Чжугэ Лян, — но его ввел в заблуждение Юн Кай. Я отпускаю тебя, возвращайся к Гао Дину и скажи, чтобы он сдавался, иначе ему не сдобровать!

Оу Хуань почтительно поклонился и уехал. Возвратившись к Гао Дину, он рассказал ему о великодушии Чжугэ Ляна, чем необычайно взволновал его.

На другой день в лагерь явился Юн Кай и спросил Гао Дина:

— Как удалось Оу Хуаню вернуться из плена?

— Чжугэ Лян отпустил его из чувства справедливости, — ответил Гао Дин.

— Это не справедливость, а хитрость! Чжугэ Лян пытается разъединить нас, посеяв между нами недоверие, — убежденно сказал Юн Кай.

Но Гао Дин не поверил утверждению Юн Кая и терзался сомнениями.

В это время подошел противник и стал вызывать на бой. Навстречу выехал сам Юн Кай, но после нескольких схваток поспешно отступил. Воины Вэй Яня гнались за ним более двадцати ли.