Троецарствие
Шрифт:
Хуан Гай подготовил двадцать судов, нагруженных горючим. На носу этих судов густо торчали длинные шипы, чтобы при столкновении с кораблями врага они крепко сцепились с ними. А в трюмах этих судов лежали груды сухой соломы и хвороста, обильно политые рыбьим жиром. Поверх была насыпана селитра, сера и прочие легко воспламеняющиеся вещества. Суда обтянули черной материей, пропитанной маслом, а в носовой части поставили знамена Черного дракона. За каждым судном шла на привязи небольшая лодка.
В речном лагере Гань Нин и Кань Цзэ тщательно стерегли
А Чжоу Юй тем временем сидел в своем шатре и размышлял. Разведчики сообщили ему, что суда Сунь Цюаня пришли и стали на якорь в восьмидесяти ли от лагерей и ждут добрых вестей от него, Чжоу Юя.
Чжоу Юй повелел Лу Су передать военачальникам, чтобы они были в полной готовности.
— Скажите, что с теми, кто опоздает, я буду поступать по военным законам! — предупредил Чжоу Юй.
Получив приказ полководца, воины загорелись желанием поскорее вступить в бой с врагом.
Между тем день клонился к вечеру. Небо было чистое, не чувствовалось ни малейшего дуновения ветерка.
— Наверно, Чжугэ Лян солгал! — воскликнул Чжоу Юй. — Может ли в самый разгар зимы быть юго-восточный ветер?
— Чжугэ Лян лгать не станет! — уверенно сказал Лу Су.
Вдруг во время третьей стражи воины заметили, как легкий ветер зашевелил полотнища знамен. Когда Чжоу Юй вышел из шатра, знамена уже развевались по ветру, вытянувшись в северо-западном направлении. Дул сильный юго-восточный ветер.
— Да! Даже демонам и духам не сравниться в своем искусстве с Чжугэ Ляном! — задумчиво сказал Чжоу Юй. — Нет, в живых оставить его нельзя! Это будет бедствием для Цзяндуна! Чем скорее я убью его, тем лучше!..
И он тут же приказал своим военачальникам Дин Фыну и Сюй Шэну, каждому с сотней воинов, пойти к алтарю Семизвездия и схватить Чжугэ Ляна. Дин Фын отправился туда по берегу, а Сюй Шэн — по реке.
— Рубите ему голову без всяких разговоров, — напутствовал их Чжоу Юй.
Свежий юго-восточный ветер дул им навстречу.
Потомки сложили об этом такие стихи:
В ту ночь на алтарь Семизвездья вступил Чжугэ Лян, и подулВдруг ветер юго-восточный, уснувшую реку волнуя.Но если бы план свой прекрасный не выполнил Спящий дракон,То были бы ни к чему способности все Чжоу Юя.Дин Фын первым добрался до горы Наньбин. Увидев воинов, которые с флагами в руках стояли, наклонившись в сторону ветра, он сошел с коня и с обнаженным мечом направился к алтарю. Чжугэ Ляна там не было. Дин Фын стал расспрашивать воинов, в какую сторону он ушел.
— Он только что спустился с алтаря! — сказали ему.
Дин Фын бросился на поиски. В это время подошло судно Сюй Шэна. Они встретились на берегу.
— Вчера вечером пришла какая-то быстроходная лодка и стала возле отмели, — сказали им воины.
Взгляды
Дин Фын и Сюй Шэн по берегу и по воде бросились вдогонку за ней. Сюй Шэн, пользуясь благоприятным ветром, приказал поставить все паруса. Впереди неслась лодка, увозившая Чжугэ Ляна.
— О учитель! Не уезжайте! Вас хочет видеть господин ду-ду! — кричал ему Сюй Шэн.
Чжугэ Лян, стоявший на корме, громко смеялся.
— Передайте ду-ду, чтобы он получше командовал войсками! Скажите, что Чжугэ Лян решил на время вернуться в Сякоу и приедет к нему в другое время!
— Остановитесь хоть на минуту! — просил Сюй Шэн. — У меня к вам важное дело!
— Я знаю, что Чжоу Юй давно хочет меня убить! — крикнул в ответ Чжугэ Лян. — Не старайтесь меня догнать! Я все предусмотрел и велел Чжао Юню приехать за мной!
Сюй Шэну показалось, что на лодке Чжугэ Ляна нет парусов, и он решил, что ее можно легко догнать. Расстояние между лодками постепенно сокращалось. Сюй Шэн узнал Чжао Юня, который стоял на корме и держал лук наизготовку.
— Эй, ты! Я — Чжао Юнь из Чаншаня! Чего ты хочешь? Я мог бы убить тебя, но не хочу, чтобы два могущественных рода из-за этого враждовали. Вот я покажу тебе свое умение, смотри!
Чжао Юнь выстрелил из лука. Стрела просвистела в воздухе и перебила канат, придерживающий парус на судне Сюй Шэна. Парус упал в воду, судно повернулось поперек течения. А Чжао Юнь приказал своим воинам поднять парус на лодке, и она умчалась, как птица. Никто, казалось, не мог бы ее догнать! Дин Фын окликнул Сюй Шэна. Тот пристал к берегу.
— Что ж поделаешь! — сказал Дин Фын. — Придется нам вернуться ни с чем. Чжугэ Ляна все равно не перехитрить! А тут еще и Чжао Юнь подоспел. Он так храбр, что десять тысяч доблестных мужей против него не устоят!.. Вы знаете, что он сделал на Данъянском склоне?
Дин Фын и Сюй Шэн вернулись к Чжоу Юю и рассказали, что Чжугэ Ляна увез Чжао Юнь, с которым он заранее условился.
— Ну и хитер же этот Чжугэ Лян! — воскликнул Чжоу Юй. — Ни днем, ни ночью не дает он мне покоя!
— А вы сейчас не беспокойтесь, господин ду-ду, — сказал Лу Су. — Вот разобьем Цао Цао, тогда и подумаем, как разделаться с Чжугэ Ляном.
Чжоу Юй согласился с ним и, не теряя времени, созвал своих военачальников.
— Гань Нину взять с собой Цай Чжуна и его воинов, сдавшихся в плен, проникнуть в расположение врага, дойти до самого Улиня, где находятся склады Цао Цао, и там зажечь огонь, который послужит для меня сигналом. Цай Хэ останется здесь, он мне понадобится…
Затем Чжоу Юй обратился к Тайши Цы:
— А вы с тремя тысячами воинов вторгнетесь в хуанчжоуские земли и отрежете дорогу вспомогательным войскам Цао Цао, которые могут прийти из Хэфэя. По вашему сигналу огнем я пойму, что вы сошлись с противником. Если вы увидите красное знамя на нашей стороне, знайте: это подошел Сунь Цюань…