Тридцать ночей с мужем горцем
Шрифт:
– Ладно. Далеко не уходи. Делай, как я говорю. Не уходи дальше воды. – Он едва взглянул на нее, когда давал указания, и продолжил разговор с Дунканом, отпуская ее словно ребенка.
Второй раз за два дня Коннор так обращается с ней.
– Мужчины.
Кейт шла через буйно растущий лес. Трудно представить, что она когда-то думала, будто властность привлекательна в мужчине. Она знала Коннора меньше суток, а он уже вел себя так, словно имел право указывать ей, что делать. Он ворвался, перевернул ее жизнь, подстроил самый чувственный в
– Типичное мужское поведение.
Бормоча себе под нос, Кейт обошла большие валуны и подошла к берегу. Она наклонилась, расстегнув рубашку, опустила руки в воду и плеснула немного на лицо и шею.
Ледяная вода остудило ее лицо, но не пыл. Кейт все еще злилась из-за взгляда Коннора, когда, поднимаясь, неожиданно столкнулась с огромным, волосатым, пускающим слюни животным.
Схватив меч, Коннор бежал к ручью. Адреналин наполнял его тело, когда воображение рисовало бесчисленные опасности, представшие перед лицом беспомощной женщины под его охраной. Почему он вообще позволил ей уйти одной? То, что ее присутствие мешало ему рационально мыслить, не оправдание. Ее безопасность - его обязанность.
Когда он обогнул валуны, перед ним предстало необычайно курьезное зрелище, которое заставило его остановиться. Кейт лежала на спине, придавленная к земле огромной собакой. Коннор не мог сразу решить, что было удивительнее: смех Кейт или огромное животное, весело вылизывающее ее лицо.
– Бист [6] , – закричал он, – не мучай девушку.
Пес, навострив уши, кинулся к Коннору, и тот взъерошил его шерсть, пока Бист обнюхивал его руку.
– Вижу, ты познакомилась с моим другом. Значит, ты не боишься собак?
6
Бист (Beast) – в переводе с английского – Чудовище, Зверь.
Кейт села и отряхнулась.
– Я люблю собак. Извини, что кричала. Просто не сразу поняла, что это собака. – Она смущенно засмеялась. – Боже, он самый большой волкодав, какого я видела.
Коннор наклонился, предложив руку, и помог Кейтлин встать. Краска, залившая ее лицо и шею, была такой притягательной, особенно, когда она добралась до кожи, обнажившейся в распахнувшейся рубашке. Все его мысли занял лишь один вопрос: «Сколько же ее кожи могло быть покрыто теплым розовым цветом?». Коннор быстро отпустил Кейт и нервно потер руки.
– Бист обычно не любит чужаков. – Качал головой Коннор, когда они возвращались к лагерю. – Я видел, как при первой встрече он кусал людей, но никогда не видел, чтобы он вел себя так. Он тебе ничего не сломал?
– Нет, он был очень осторожным. По крайней мере, после того как опрокинул меня на землю. – Кейт улыбнулась ему. – Бист - это его имя?
– Да. Я так зову его.
Когда она так улыбалась ему,
– Он и есть зверь. Обычно, когда я с кем-то, он держится подальше от лагеря.
Коннор взял Кейт за руку, помогая перешагнуть через упавший ствол, и как-то поддерживал этот контакт всю дорогу до лагеря. Бист следовал за ними по пятам.
Волкодав сел рядом с Кейт. Весь ужин Коннор не обращал внимания на ускользающие собаке кусочки еды. К концу ужина Бист был полностью очарован их гостьей.
– Прямо здесь? На земле? На улице? – ей следовало этого ожидать. В конце концов, это XIII век. Тут не могло быть придорожных отелей. – Даже без палатки?
Все три путешественника посмотрели на нее, словно она сошла с ума.
– Пора спать. Тебе придется обойтись тем, что имеется. Кажется, миледи, по дороге нам не попадались постоялые дворы. – Насмешливый голос Коннора соответствовал надменному взгляду, которым он окинул ее, бросив ей под ноги то, что на проверку оказалось связкой одеял.
Розалин и Дункан взяли по такой же связке и, расстелив на земле недалеко от костра, спокойно забрались под отдельные покрывала. Коннор прижал собственную связку под рукой, повернулся к девушке спиной и ушел.
Кейт подняла одеяла, что он ей бросил, и пошла за ним.
– Я не ждала шикарных постоялых дворов.
– Хотя любой постоялый двор будет лучше, чем спать под открытым небом.
Коннор не ответил и даже не побеспокоился взглянуть на нее. Разложив свои одеяла, он лег и закрыл глаза, словно отгораживаясь от Кейт.
– А что если пойдет дождь?
– Накроешься с головой. Под шерстью ты практически не промокнешь.
Он опять не посмотрел на нее.
– Практически, - повторила Кейт, - А что с … с остальным? – она махнула в темноту, что окружала их.
Коннор нетерпеливо выдохнул.
– Остальным? С чем остальным?
– Не знаю. Животными. Медведями. Да со всем, что водится здесь большого. Жуки. Змеи. О Боже, как она раньше об этом не подумала.
Коннор открыл глаза и приподнялся на локте.
– Значит, ты боишься? Да?
– Нет. – Ладно, она не боялась, пока не начала представлять все, что может скрываться в темноте.
Коннор рассматривал ее, прищурив глаза, очевидно не поверив ее ответу, но потом встал и, забрав у нее одеяла, развязал их и расстелил на земле рядом со своими.
– Вот. Теперь ложись и спи. Завтра рано вставать, и предстоит долгая дорога. Этой ночью я прослежу за всеми «остальными», что выползут из темноты. Не волнуйся. – Коннор ждал, пока она смотрела на одеяла, принимая решение.
Видимо, у нее был только один вариант. Она завернулась в одеяло, а он, накрыв ее шерстяным покрывалом, лег рядом.
Что-то холодное коснулось ее лица, и Кейт вскочила.
– Это всего лишь Бист, – прошептал Коннор, но все равно, словно защищая, положил на нее руку.